Приятно так…

— Ребята! Вот вы где! — в кабинет заглядывает Марина. — А я вас по всему дому ищу. Смотрите, сколько всего мне надарили! Где Эля? Элька, хочешь разбирать подарки?

Я лишь смущенно развожу руками. Если Сергей надеялся на интимный вечер, то пришло время прощаться с мечтами. Марина, с ее энергией, уединиться не даст. Элька тут же прибегает на обещание подарков, и даже я заражаюсь ее энтузиазмом. Рассматривать новогодние коробочки и сумочки жутко приятно.

Еще приятнее, что вместе с Элькой приходит пакет мандаринов с кухни, и, пока мы с племяшкой потрошим школьное богатство, Сергей чистит нам маленькие мандаринки и выдает по дольке. Или чтобы не объелись, или чтобы чаще подходили. Элька вообще любит его внимание, так что готова и за мандаринами бегать, и на руках сидеть.

А я до сих пор не знаю, что между нами происходит. И будущее подернуто туманом…

— Ого, — хмыкает Марина, — сертификат на квест на группу до пяти человек. Круто.

— Что за квест? — спрашиваю я.

В коробке с яркой картонкой еще и офигенно вкусные конфеты, которые я тут же отбираю и прячу в ящик стола — полакомиться, когда буду рисовать в ночи. Иногда так хочется что-нибудь сожрать, а вниз спускаться лень и стыдно.

— Игра такая, на логику и соображалку. Тебя запирают в комнате и надо за час найти ключ.

— А, так она в такую игру позавчера играла, когда забыла ключи от дома, — хмыкает Сергей. — Сидела в машине, пока я не приехал.

— Ну там декорации, комнаты разные интересные…

— Машина у меня неплохая.

— Да хватит вам, — обиженно бурчу. — Хочу на этот квест.

— Пойдем. Только тут от трех человек.

Я вопросительно смотрю на Сергея, но тот качает головой.

— Кисточка, я уже стар для таких развлечений.

— Ладно, — вздыхаю, — позовем Костю? Он будет рад выбраться, скоро ведь возвращается.

Я все-таки немного садистка: с удовольствием наблюдаю за тем, как вытягиваются лица у Сергея и Маринки.

— Почему мой подарок стремительно превращается в наказание?! — возмущается подруга.

— Кисточка, это игра не по правилам.

— Слушайте, у Кости стресс, он снова может ходить. Надо его поддержать! Погулять с ним, сводить вот, на квест. Чтобы он не жалел о принятом решении. Ну что вам стоит? Не хотите на квест, давайте сходим на концерт или в музей. Ну что?! Что вы так на меня смотрите?

— Ладно, — отмахивается Марина, — будешь мне должна. Если этот говнюк согласится вообще с нами куда-то идти.

Сергей тоже сдается, правда, не сразу.

— Если ты кому-нибудь расскажешь, — шепчет он мне на ухо, — что я согласился на детское развлечение, я резко увлекусь взрослым БДСМ.

— Я тебя даже сфотографирую, — хихикаю я.

— Это намек?

— А говоришь, мужики с намеками не дружат, все вы дружите, только когда вам удобно.

— Значит, не получишь мандаринку.

Весь мандарин уходит Эле, а шкурка от него — коту, который прибегает на общий сбор и немедленно требует внимания и игры.

— Тогда мы завтра съездим за елочными украшениями? — спрашиваю.

— Да, нарядите к приезду Кости. Кисточка, тебя на минуту можно?

Мы выходим в коридор, где Сергей протягивает мне какой-то конверт.

— Что это такое?

— Помня историю, как меня чуть не отправили на пятнадцать суток по подозрению в похищении ребенка, хочу отдать тебе это, чтобы тебя не отправили по подозрению в похищении карты.

В конверте, запечатанном так наглухо, что я минут пять пытаюсь его аккуратно открыть, кредитка на мое имя.

— По лицу вижу, — усмехается Серебров, — сейчас что-нибудь ляпнешь.

— Ну да… но я не знаю, что ляпнуть, потому что адекватных аргументов против у меня нет.

— А ты растешь, Кисточка, — смеется он. — Аргумент у тебя один: ты считаешь, что тратить чужие деньги — плохо. Но елка стоит в моем доме. Я не хочу, чтобы на ней висели пластиковые шарики с трескающейся краской. Раз уж наряжать, то прилично. Стеклом. Мне нравятся игрушки в советском стиле, посмотри в торговом, там был отдел.

— Ты хоть представляешь, сколько надо этих игрушек на две елки?

— На шесть, — поправляет он.

— Что?!

— Одна, большая, в гостиной. Вторая у тебя в кабинете. Третья у Элины. Четвертая у Кости, правда к нему влезла только маленькая, и то, наполовину в коридор торчит. Вот Костя-то обрадуется. Пятая на кухне, тоже маленькая. Шестая у нас.

— А ты ничего не делаешь в пол силы, да? — пораженно бормочу. — Может, проще сразу упаковать весь отдел?

— А как же приятный процесс выбора? — Он обнимает меня, и как-то спорить уже не хочется. — Развлекайтесь. Это ведь единоразовая трата. Если не уроним елку, сохраним игрушки на следующий год. И еще купи что-нибудь мне.

— Например? Плюшевого оленя под елку?

— Нет, — Серебров делает вид, что раздумывает, — комплект белья, платье, туфельки…

— Тебе?!

— Кисточка, уж у тебя-то с намеками все должно быть нормально. Тебе. Но мне. Ты поняла, в общем, да? И платье ребенку. Не в коньках же она будет встречать.

— Может, сразу список напишешь?

Где-то внизу раздается подозрительный шум, и наше игривое настроение стремительно улетучивается.

— Это что? — с подозрением интересуется Сергей.

— Это, кажется, кот уронил елку… ты все еще уверен насчет стеклянных дорогих игрушек? Может, я фетровых наделаю?..

— Убью кота, — мрачно цедит мужчина сквозь зубы и несется вниз.

Да, дом изменился. Теперь в нем не бывает ни минуты тишины.

Мысль о том, что собственная кредитка — это не совсем правильно, не отпускает меня вплоть до следующего дня, когда мы с самого утра едем в торговый. Сначала покупаем платье для Эли. Естественно, розовое, естественно, как у принцессы, с маленькой короной со снежинками в комплекте.

Потом долго выбираем игрушки. Едва я попадаю в отдел, о котором мы с Сергеем говорили, сразу понимаю, почему он отправил нас именно сюда. Сколько бы ни стоили эти украшения, они идеальны. Здесь нет огромного количества блесток, как в прочих новогодних магазинах. Здесь в каждой игрушке душа и история, даже если игрушка пару месяцев как вышла с конвейера. Щелкунчик, герои мультфильмов, тематические коллекции. Элька, едва дыша, смотрит на коробку с коллекцией по мотивам "Красавицы и чудовища", и не верит, что мы покупаем ее к ней в комнату. С трудом, но я прихожу к компромиссу с нежеланием тратить полугодовую зарплату на игрушки: покупаю для каждой елки по одной коробке в едином стиле, и к каждой добавляю по коробке бус и гирлянд. Должно получиться красиво, не аляписто. Елка в европейском стиле — едином цвете и строгой геометрии, но с советским колоритом. Так сказать, сплав вкуса Сереброва и моей страсти к художественному порядку.

Спустя минут двадцать я уже сама чувствую себя, как Эля, увидев набор игрушек на художественную тему: краски, кисточки, палитры из тончайшего стекла, расписанные нежными красками. Удержаться не могу, фотографирую и отправляю Сереброву.

"Если пушистая жопа из разобьет, то станет главным новогодним блюдом. Купила?".

"Еще нет".

"Я на тебя обижусь, если не купишь".

Бедный Рома: мы уже уходим из магазина, а он все таскает коробки с украшениями в машину и хорошенько их там укладывает, чтобы не разбить по дороге. Сначала я рвусь ему помогать, но потом понимаю, что на такие нагрузки нога еще не рассчитана. Мы отправляем Элю поиграть в детский городок, а сами бредем вдоль витрин кондитерских и закусочных. Марина все интересуется, почему я такая задумчивая.

— Я просто немного не уверена… как бы тебе объяснить: я боюсь, что влюблена не в Сергея, а в его обеспеченность.

— Сложная ты баба, Липаева, — хмыкает подруга. — Серебров симпатичный?

— Конечно.

— Умный?

— Да.

— Чувство юмора? Адекватность? Вредные привычки?

— Да все нормально, Марин.

— Секс как?

— Вот все тебе расскажи. Не жалуюсь.

— Ну вот, — Марина вырывает у меня из рук карточку и хмыкает, — богатый. Деньги на тебя тратит и, что интереснее, тратит на ребенка. Что тебе еще от мужика-то надо?