Собеседники замолчали. Бриан перебирал бумаги в толстой папке, Атор изучал заявления. Усмехнулся, подняв бровь:

— «Немотивированная жестокость преподавателя» — это что-то новенькое. Раньше в причинах перевода писали «переоценил свой уровень подготовки» или «слишком серьёзные нагрузки». Ай да желторотики! Ты их сразу обрадовал, что не подпишешь, или решил поглумиться и велел зайти завтра?

— Сразу, — собеседник поморщился и попросил: — Атор, может, ты и впрямь относился бы к ним помягче.

— Обойдутся, — боевик скрестил руки на груди. — Бриан, я не хочу, чтобы реальность для них оказалась суровей, чем тренировки. Сломаются — и закатные твари с ними, выдержат — будут жить.

— Твоя правда, — со вздохом согласился декан и предупредил: — Кстати, если твоя девочка захочет уйти, её заявление я подпишу.

— Лучше бы захотела, — хмыкнул Атор, постаравшись не акцентировать внимание на словах «твоя девочка».

Лидана пока что и впрямь имела все шансы стать «его», особенно, если и дальше будет так настойчиво виться вокруг в неучебное время. Но посвящать Бриана в то, что его подчинённого перемкнуло на собственной студентке, боевик не планировал. К тому же он пока что ещё надеялся, что его отпустит. Девушка более чем явно продемонстрировала нежелание сближаться, отскочив от него в зале, словно ошпаренная. И почему-то это Атору не понравилось.

— Так давай переведу её к Микаэлю, — предложил маг крови, выудив из ящика стола чистый лист.

— Она не согласится, — покачал головой хаосит и поднялся. — В лунницу забираю часть группы по боёвке на пересдачу микрозачёта по ориентированию в лесу. Вернёмся вечером.

Лорио молча кивнул. Скомкал заявления о переводе и выбросил в урну для бумаг. Вновь придвинул к себе папку и погрузился в изучение счетов. Атор направился в свой кабинет, чтобы хотя бы начать заполнять затребованные Брианом характеристики. Придвинул к себе папку с делом Лиданы Льенн, быстро просмотрел исписанные листы, заполнил требуемые графы в первом бланке. Перешёл ко второй папке. Элея Вьер. Задумался на минутку. Девчонка была слишком мягкой и бесхарактерной, хоть верёвки из неё вей. Наверное, весь запас возмущения и несогласия с собственной судьбой истратила на то, чтобы сбежать в Академию. Навряд ли из неё выйдет толк… Такая курицу не прирежет, не то что человека.

Вернувшаяся после тренировки в общежитие Дана долго стояла под душем, оттягивая момент выхода в комнату и неизбежной встречи с соседкой. Но бесконечно сидеть в ванной было невозможно.

— В город не собираешься? — дружелюбно спросила Айя, отрываясь от очередного каталога.

— В соларис, с девочками ещё на прошлой неделе договорились, — неохотно ответила Дана.

— Жаль, — блондинка вздохнула, — я в лунницу планирую… Могли бы вместе пойти.

— Айя, я не хочу с тобой общаться, — Дана решила расставить все точки над «i». — Ты подставила Альму и Лею! Алю из-за тебя чуть не отчислили!

— Сама виновата, — маркиза крутанула на пальце локон. — Могла подумать головой и не повестись.

— Какая же ты… — брюнетка не договорила, махнула рукой и выскочила из комнаты.

Столкнулась на лестнице с Маттисом и Мелисой. Парочка самозабвенно целовалась на одной из площадок, не обращая ни на кого внимания. Почувствовав себя неловко, Дана опустила глаза и прошла мимо. Зашла в мужское общежитие, заглянула в комнату к Ниэлю, но там было заперто. Феба тоже на месте не оказалось. И Террен где-то разгуливал. Почти не надеясь на успех, девушка поднялась этажом выше, постучалась в комнату к Алехно. Барон оказался на месте. Лежал на кровати, перебирая струны странного музыкального инструмента.

— Не знаешь, где ребята? — поинтересовалась Дана.

— Понятия не имею, — Алехно сел. — Да ты проходи, не топчись на пороге бедным родственником. Чаю?

— Не хочу, — Дана присела на край кровати, с любопытством рассматривая музыкальный инструмент. — Это что?

— Гитара, — шатен пробежался пальцами по струнам. — У нас был конюх из ромэ — кочевого народа. Смуглый, темноглазый, с золотой серьгой в ухе. Почему решил оставить кочевую жизнь, никогда не рассказывал. Но лошадник был знатный! И пел так, что все слуги собирались послушать. Ну и мы с братьями прибегали. Я упросил его научить меня тоже играть. Он научил. А два года назад близ баронства проходили ромэ. Сташ взял расчёт и ушёл с ними, а на прощание подарил мне свою гитару. Хочешь, сыграю?

— Хочу, — обрадованно согласилась девушка.

— Только пою я не очень, — предупредил парень, перебирая струны.

Поскромничал. От его бархатного голоса у Даны просто мурашки шли по коже. А ещё музыка… Она жила, звала за собой, и так ясно представлялась история то ли прошедшей, то ли несбывшейся любви.

Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала,

В расплавленных свечах мерцают зеркала…

Напрасные слова я выдохну устало,

Уже погас очаг, в нем теплится зола.

Напрасные слова — виньетка ложной сути.

Напрасные слова нетрудно говорю.

Напрасные слова: уж вы не обессудьте,

Напрасные слова, я скоро догорю…*

*стихи Ларисы Рубальской

У Даны даже слёзы на глаза навернулись от избытка чувств. Алехно, допев, отложил гитару, и светло улыбнулся:

— Понравилось?

— Очень! — выдохнула брюнетка. — А спой ещё, пожалуйста.

— Что не сделаешь ради улыбки прекрасной девушки, — подмигнул ей барон. — Любой каприз леди для меня закон. Положу весь мир к твоим ногам, лишь прикажи!

— Да какая я леди, — Дана махнула рукой.

— Леди моего сердца, — Алехно прижал руку у груди и, заметив, как нахмурилась и посмурнела девушка, серьёзно добавил: — Я шучу, Дана. Ещё не хватало, чтобы ты меня боялась. Клянусь честью, что не замышляю в отношении тебя ничего дурного. Мир, дружба, песня?

Дана с облегчением кивнула и перевела дух. На секунду задумалась: может, попросить друга взять её под защиту? Но тут же отбросила эту мысль. Подставлять Алехно ей не хотелось. Таира говорила, что любой желающий может вызвать на бой за понравившуюся девушку того, с кем она в этот момент. И Дане совсем не хотелось, чтобы барона из-за неё побили. Но время на размышления пока ещё было. И девушка не сомневалась, что сумеет найти решение, при котором ей не придётся ни с кем спать.