— Причина? — спокойно спросил Атор.
— Она же девушка, — парень выпрямился и словно стал шире в плечах. — Я не могу позволить даме страдать.
— Благородный, значит, — усмехнулся боевик. — Дело ваше. Мне действительно всё равно.
— Я не нуждаюсь в жалости! — вспыхнула Лидана. — Спасибо, конечно, но я отказываюсь. Верните мне мой сломанный локоть, я получила его по своей вине!
— Вы же девушка! — возмутился неожиданный благодетель. — Примите руку помощи и мою поддержку.
— Приму, но меняться травмами не буду! — стояла на своём брюнетка.
— Как договоритесь — подойдёте, а пока — два шага назад, оба, — сообщил Атор, потеряв к спорщикам интерес, и двинулся дальше.
Закончив опрос, встал перед студентами, окинув каждого внимательным взглядом. Рябой занервничал и опустил глаза вниз.
— У меня идеальная память, — холодно произнёс преподаватель. — Двое из вас понадеялись, что сумеют отделаться более лёгкими травмами, чем полученные на самом деле. За обман добавляю синхронную травму на второй руке… или ноге. Льенн, де Рен, вы пришли к единому мнению?
— Оставляйте всё, как есть.
— Меняем.
Произнеся это в один голос, ребята упрямо взглянули друг на друга. Уступать никто не хотел. Атор лениво шевельнул рукой, и по залу пронеслись сдавленные стоны. Травмы вернулись к владельцам. Невредимыми остались только Дана и русоволосый. Отпустив в целительский корпус всех, кроме них, боевик прошёл к висящему в углу кожаному мешку с песком, примерившись, нанёс по нему несколько ударов. Повернулся к застывшим спорщикам.
— Решайте, сегодня я никуда не тороплюсь. А вот Рид Ренуа может уйти.
— Верните мне мой сломанный локоть! — смерив русоволосого недовольным взглядом, потребовала Дана. — И синяки. И что там ещё было.
— Я категорически возражаю! — парень выступил вперёд и задвинул опешившую от произвола брюнетку за спину. — Господин Вальтормар, я настаиваю на том, чтобы вы передали мне все травмы, полученные госпожой Льенн на этом занятии. И мои оставили при мне.
— Я тебе не кукла, чтобы за меня решать! — яростно прошипела Дана. — Не слушайте его, господин Вальтормар!
— Договоритесь, скажете, — пожал плечами Атор и повернулся к мешку.
Боевик едва сдерживал улыбку. Занятие неожиданно оказалось интересней, чем планировалось. Тем временем посреди зала разгорался спор.
— Ты чего привязался? — злым шёпотом выпалила девушка. — Я не нуждаюсь в заступничестве!
— Как благородный человек, я обязан… — начал было парень.
— Принять моё решение! — перебила Дана. — Спасибо, я ценю, восхищена, признательна, границ благодарности просто не сыскать, но сломанный локоть — результат моей ошибки, и мне нести ответственность.
— Ты — хрупкая девушка, и как мужчина, я обязан тебе помочь, — русоволосый слегка наклонил голову, выражая уважение к собеседнице. — Госпожа Льенн, позвольте быть вам полезным.
— Не позволю, — Дана вздохнула. Вот ведь упрямый одногруппник! — Господин де Рен, мы пришли сюда, чтобы учиться. Скажите, чему я научусь, если результат допущенных мною ошибок отразится на ком-то другом? И что буду делать, когда рядом не окажется столь благородного мужчины, как вы?
Она украдкой кинула взгляд на запястье парня. Браслет у него был чёрный. Поведение и манеры выдавали представителя знатного рода. Впрочем, кто ещё мог с упрямством осла настаивать на том, что обязан-де помочь даме, даже если она возражает.
— Верю в вашу проницательность и способность учиться на чужих ошибках, — не моргнув глазом, ответил де Рен. — К тому же, любезная одногруппница, я вижу, что у вас доброе сердце. Зная, что последствия от допущенных вами ошибок понесёт кто-то другой, вы будете внимательней, верно?
— Ещё внимательней я буду, зная, что мне же мои же ошибки и аукнутся, — возразила Дана. — Своя сорочка льнёт к телу ближе, чем чужая.
Де Рен не соглашался. Девушка настаивала на своём. Де Рен спорил и упирал на то, что честь не позволяет ему ничего не предпринять, либо ограничиться лишь предложением помощи. Дана отказывалась. Де Рен с достойным лучшего применения упорством напоминал о своём долге благородного человека и мужчины. Атор от избиения мешка с песком перешёл к метанию ножей в мишень, прислушиваясь к разговору и уже открыто усмехаясь.
— Мы напрасно теряем время, — вздохнула брюнетка, устав от попыток достучаться до упрямого благородного дуболома. — Я не соглашусь на ваше предложение, вы почему-то считаете себя вправе решать за меня. Давайте разыграем мой сломанный локоть, раз он так пришёлся вам по душе. У кого лучше получатся упражнения по правильному падению, тот и победит. А господина Вальтормара попросим нас рассудить.
— Я должен дать вам фору: две мои попытки против одной вашей, — попытался торговаться русоволосый.
— Де Рен, я вас сейчас стукну! — топнула ногой девушка. — Я здесь на тех же условиях, что и вы! Не оскорбляйте меня подозрениями в беспомощности и не пытайтесь победить нечестными методами. Господин Вальтормар, можем ли мы рассчитывать на вашу беспристрастность?
Атор кивнул. Не дожидаясь команды преподавателя, русоволосый направился к стопке матов. Принёс и уложил рядом две штуки.
— Падение на спину, на правый, на левый бок и вперёд, — перечислил порядок выполнения упражнений боевик.
Ему было даже интересно, чем всё закончится. В итоге Льенн лучше удались три первых упражнения, де Рену — последнее. Услышав вердикт преподавателя, парень безумно огорчился, попытался было переубедить Дану, но та твёрдо стояла на своём. Прекратив споры, Атор вернул каждому из них приобретённый на занятии комплект травм, добавив от себя маленький подарок в виде лёгкой воздушной анестезии. Льенн — за стойкость и целеустремлённость, де Рену — за проявленное благородство. Зная, что обезболивающий эффект действует недолго, отправил парочку к Риду Ренуа, надеясь, что друг дождётся «потеряшек».
Странное дело, но локоть почти не болел. Да и рёбра ныли как-то слабо. Но девушку это только обрадовало. Вместе с расстроенным поражением одногруппником она шла к целительскому корпусу.
— Меня Дана зовут, — произнесла девушка, вспомнив, что за время спора они с одногруппником по боёвке так и не познакомились.
— Ниэль, — отозвался парень. — Дана, почему вы так упрямы и не позволили мне позаботиться о вас?