- Понимаю, ваше величество. Постараюсь сделать все в точности.
- Вы свободны, генерал.
Выходя от императора, Эрих фон Фалькенгайн думал о том, что если переговоры и пройдут, то они будут необычайно трудными.
"Вильгельм слишком упрям и своенравен, а у русского царя нет практичности, зато в голове полно всякой славянской чепухи. Но это надо сделать! Или иначе меня ждет незавидная судьба!".
Прибыв на место, генерал первым делом вызвал подполковника Дитриха фон Лемница, свое доверенное лицо и после двух часов совещания тот срочно выехал в Берлин. Если первое время генерал интересовался у подполковника, как продвигается порученное ему дело дела, то после прорыва генерала Брусилова он и думать об этом забыл. Напомнил ему об этом, раздавшийся утром в середине июня, телефонный звонок. Генерал в это время только сел завтракать. У адъютантов начальника Генерального штаба был строгий приказ не беспокоить генерала в таких случаях, но в этот раз все было по-другому. На пороге возник дежурный адъютант с серьезным выражением лица.
- Звонок из личной канцелярии его императорского величества, господин генерал.
- Соедините с моим кабинетом.
После звонка генерал снял трубку.
- Здравствуйте, генерал.
- Здравствуйте, ваше императорское величество.
- Как продвигаются наши дела?
Естественно, что вопрос был не о делах на фронте, так как император был обо всем осведомлен.
- Еще неделя и я привезу вам все необходимые документы, ваше императорское величество.
- Я жду, генерал.
Начальник Генерального штаба повесил трубку и подумал о том, что беспокойство Вильгельма в таких делах обычно ему несвойственно.
"Он боится. Гм. Так же, как и я"
Неделя пролетела как один день. Неожиданный прорыв русских дивизий спутал все планы германского командования, но, несмотря на это, в назначенный срок, рано утром, на пороге кабинета кайзера появилась подтянутая фигура генерала Эриха фон Фалькенгайна.
- Ваше императорское величество, генерал....
- Здравствуйте, Эрих! - оборвал его кайзер. - Уж больно ранее время вы выбрали для визита. Значит, что-то случилось! Докладывайте!
- Пришло новое послание, ваше величество. Этим и объясняется мой столь ранний приход к вам. Оно пришло три дня назад, но я узнал о нем только вчера, так как два дня был в отъезде.
- Подайте мне письмо!
Кайзер не стал на этот раз рассматривать конверт, а сразу его надорвал. Достав листок, он тут же торопливо его развернул. Быстро пробежал глазами текст и сразу протянул бумагу генералу. Начальник генерального штаба, охваченный в равной мере, как любопытством, так и нетерпением, чуть ли не выхватил ее из рук императора и быстро прочитал вслух текст.
- Битва на Сомме. Большие потери. Гм! Сомма. Англичане и французы готовят наступление? - задумчиво задал сам себе вопрос генерал.
- Это я должен задать этот вопрос Главному штабу!
- Для меня это не новость, ваше величество. Мне уже докладывали о скоплении артиллерии и подходе новых английских дивизий. Да-а.... Значит, они все решились. Пусть идут, нам есть чем их встретить.
- Вы так уверены, Эрих?
- Ваше величество, наши позиции обороны достигают в глубину до 7-8 километров, система опорных пунктов....
- Генерал!
- Извините меня, ваше величество! Мне только хотелось... - но увидев легкую гримасу раздражения на лице своего императора, Эрих фон Фалькенгайн на мгновение запнулся, но все же продолжил. - Раньше я бы с легкостью в душе сказал вам, что уверен в надежности линии обороны, стойкости и храбрости германских солдат, а теперь, с появлением всей этой мистики, мне стало казаться, словно я кукла-марионетка, которую дергают за ниточки и вертят, как хотят.
Вильгельм, который последнее время нередко приходил к подобным мыслям, бросил на генерала сочувствующий взгляд. Эрих фон Фалькенгайн не смог по достоинству оценить его, так как, изучив характер кайзера за многие годы, вообще не предполагал наличия у него чувств, подобных этому. Император, которому подобная ситуация нравилась еще меньше, словно наказывая себя за секундную слабость, отдал приказ резким тоном:
- Генерал, по возвращению в ставку, принять немедленные меры! Вы поняли предстоящую перед вами задачу?!
- Будет выполнено все в точности, ваше величество!
- Пока присядьте, Эрих. Как говорят русские: в ногах правды нет. Вам что-то удалось узнать о русском провидце?
- Ничего особенного, за исключением одной поездки. Богуславский ездил на Сестрорецкий оружейный завод. Пробыл там, в общей сложности, два часа, потом уехал. Что он там делал, выяснить не удалось.
- Что может делать прорицатель на оружейном заводе?
- Никогда не сталкивался с ясновидцами, поэтому не представляю, на что они способны.
- Странно это все, - задумчиво произнес германский император.
- Может это просто отвлекающий маневр русских, ваше величество?
- Может и так. Теперь мне хотелось бы услышать ваше мнение по поводу нового предсказания.
- Очевидно только одно, ваше величество. Предсказание малопонятно из-за чувства союзнического долга. Русские нам как бы говорят: мы знаем о том, что произойдет, но подробности вам раскрывать не будем. Еще, мне так кажется,... что этим они дают нам понять, чтобы мы поторопились с договором.
- Почему вы так решили, Эрих?
- Мне кажется, что все эти три предсказания, словно вехи, указывают нам путь, ведущий к перекрестку. Когда мы его достигнем, нам предстоит выбрать путь.
Император с некоторым удивлением посмотрел на своего начальника штаба.
- Что-то раньше подобных выражений я от вас не слышал, Эрих.
Генерал замялся.
- Не хотел об этом говорить, ваше величество.... Гм. Вся эта круговерть с оракулом и предсказаниями настолько сбила меня с толку, что, будучи в Берлине, я решился пойти к одной известной ворожее.... Понимаю, что это все звучит глупо, но сделать с собой ничего не могу: невольно начинаю во все это верить.
- Не вы один, Эрих, - не смог удержаться от признания германский император, но сразу ушел от скользкой темы. - Интересно, как там мой кузен Ники?
- Вы думаете, что с ним происходит то же самое?
- То же самое или другое, но и так понятно, что он еще в большей степени, чем мы, зависит от них! - с нарастающей злостью воскликнул германский император. - Его толкает страх! Это очевидно! Иначе что могло его подвигнуть на переговоры! Ведь неуверенность, слабость и вялость характера - в этом весь мой кузен! Всю свою жизнь он изображает из себя рыцаря без страха и упрека, но все видят, что это только защита для того чтобы скрыть слабость и неуверенность в себе. Победа - это удел истинных рыцарей, сильных духом и верой!
Генерал вскочил на ноги: - Как верно вы сказали, ваше величество! Они должны стать девизом для нас, германских воинов!
- Я ценю вашу преданность, Эрих! Садитесь, - дождавшись, когда генерал сядет, кайзер продолжил. - Папка у вас в руках: это наши требования к русским?
- Да, ваше величество. 96 листов.
- Изложите основные пункты.
- Прошу покорнейше простить меня, ваше величество, но мне эти документы были переданы перед самым отъездом, поэтому мне не удалось их изучить настолько основательно....
- Оставьте! - оборвал его извинения кайзер. - Сам посмотрю. Вы мне лучше скажите: сколько мы сможем снять дивизий с русского фронта в случае заключения перемирия?
- До двадцати дивизий, ваше величество. Думаю, это даст нам возможность окончательно сломить сопротивление англо-французской обороны, а возможно, даже закончить войну в начале следующего года.
- Надо еще подумать, под каким предлогом мы можем объяснить германскому народу заключение мира с нашим врагом?
- Мне кажется, ваше величество, народ Германии примет ваше волеизъявление без лишних вопросов. Наши люди не какие-нибудь там славяне, а истинные тевтоны! Порядок и дисциплина у нас в крови, ваше величество!