Остановившись напротив дома Абдумалика, мы выгрузили его лопаты, он подхватил свой автомат с разгрузкой, пожал мне руку:

– Ладно, жди попозже. Не против, если детвору с собой приведем? Пельмени поможем лепить.

– Приводи давай. К соседке в Демидовск нужно бы съездить, да сейчас с этим военным положением придется попутчиков искать. А к телефону ее пока не пускают. Скорее бы вышку настраивали и сотовую запускали.

И мы поглядели в сторону завода, там перед конторой возвышалась вышка сотовой связи. Ее подняли буквально вчера, теперь вели пусконаладку.

– Ничего, телефонограмму отправим, чтобы не переживала, отнесут в палату. Давай топай, а то вымыться перед передачей не успеем.

Дома, наскоро ополоснувшись под душем, взял тарелку с горкой приготовленных Олесей бутеров с ветчиной и сыром и кружку с горячим чаем, уселся перед телевизором в гостиной. Телевизор давно работал.

– Постоянно идут короткие репортажи. В основном из Берегового, с базы, и немного из Демидовска. Правда, куцые такие, показывают выведенную из гаражей военную технику, танки там всякие с пушками разной длины, ракеты зенитные на гусеницах, тоже АКМ называются. Все бегают, все очень серьезные. В Береговом тоже все готовятся, там двуствольные береговые пушки, небольшие такие. Катера военные показали. Пообещали рассказать о подготовке кубинцев, мол, уже везут на вертолете кассеты с записями. Показали, как из самолета раненых вынесли и увезли на «скорой помощи». Но говорили мало. Только то, что нам Зарипов сказал. Конфликт, протекторат готовится к войне, ведутся активные переговоры с разумной частью руководства Ордена. А орденские каналы только недавно транслировали кадры с разрушенными строениями и сгоревшими машинами, и все. – Олеся села рядом с кружкой душистого кофе.

На экране телевизора появилась уже знакомая новостная заставка, после чего началась трансляция новостей из студии. За полукруглым столом сидела ведущая блока новостей, красивая статная блондинка лет сорока с прической а-ля Тимошенко. Она поздоровалась и начала перебирать бумаги на столе.

Тем временем в кадре появился высокой худой старик в полувоенном сером френче. Тяжело опираясь на трость с массивным набалдашником, он прошел за стол и уселся на вращающийся стул.

К нему подбежал молодой парень, надел на лацкан пиджака микрофон, проверил звук и исчез.

– Товарищи! Глава Протектората Русской Армии товарищ Аверьянов пришел к нам, чтобы сделать важное заявление. Прошу вас, товарищ Аверьянов. – Блондинка повернулась к старику.

Тот коротко прокашлялся.

– Товарищи! Как вы все уже знаете, в протекторате введено военное положение. Мы были вынуждены применить силу. Сейчас я объясню почему.

Из-за непрекращающегося экономического давления со стороны Ордена протекторат уже давно испытывает трудности в развитии экономики, и часто под вымышленными предлогами нам отказывают в завозе из Старого Мира необходимого оборудования. Например, мы уже три года не можем ввезти давно купленные и полученные с завода две первые из шести турбин на нашу ГЭС. Это причиняет огромный ущерб нашей экономике просто потому, что мы ограничены в потреблении электроэнергии и вынуждены откладывать, например, открытие производства алюминия и титана. Хотя месторождения уже разведаны, и наше совместное с Бразилией предприятие в любой момент готово начать добычу и переработку.

Но не это главное, мы ищем в таких случаях обходные пути, заказываем технику через друзей в Техасе, Конфедерации и Евросоюзе.

Главное в том, что Орден начал практически открыто снабжать оружием Имамат и пиратов с Диких Островов. Более того, по словам пленных наркоторговцев, только счастливая случайность помешала поставить им зенитно-ракетные комплексы «Стингер» в пойме Амазонки. Просто сыграла роль обычная жадность бандитов, решивших кинуть своих подельников и не платить за оружие. В результате столкновения между бандгруппами «Стингеры», к счастью, ушли обратно.

Это стало последней каплей, переполнившей чашу нашего терпения.

Мы все взрослые и ответственные люди и понимаем, что могло натворить такое оружие в руках бандитов на границе наших земель. Любой мальчишка знает, что только благодаря полному превосходству в воздухе и тяжелых вооружениях на земле мы сдерживаем угрозу полномасштабного нападения со стороны Имамата. К сожалению, у них большое превосходство в численности мужчин, стоящих под ружьем. Поэтому поставки высокоточного современного оружия бандитам смертельно опасны для каждого жителя наших земель. Да и для всего севера Залива, просто Орден этого пока не понял.

Конечно, мы отбились бы. Каждый старик, каждая женщина в наших землях готовы защищать себя и свой дом. Но это стоило бы большой крови. Очень большой.

Поэтому руководством протектората и командованием Русской Армии было принято решение о проведении точечной операции на Острове Ордена. Просто мы должны были дать понять Ордену, что наше терпение иссякло. Что мы более не позволим снабжать оружием и натравливать на нас всяких уродов, готовых насиловать женщин и убивать детей.

Только поэтому сегодня ночью спецчасти егерей частично уничтожили, частично повредили вооружения и авиацию на Острове. К сожалению, мы не смогли провести операцию без потерь с нашей стороны и со стороны Ордена, но дело в том, что, не пролей сейчас наши солдаты свою кровь, скоро ее пришлось бы лить резервистам, обороняя города и поселки.

Егеря выполнили свою задачу. Руководство Ордена само пошло на переговоры. Сейчас мои помощники вылетают в Форт-Ли, чтобы на нейтральной территории договориться о мире и желательно хотя бы о невмешательстве Ордена в нашу борьбу с бандитами.

И еще, товарищи. Поскольку нам пришлось применять силу, наше командование решило одновременно освободить Дикие Острова от пиратов. Сейчас кубинские товарищи совместно с егерями и гренадерами при поддержке артиллерии и авиации уничтожают базы пиратов. Мы решили освободить наши воды от этой мрази! Пусть водные пути в наши земли будут безопасными!

Спасибо за внимание, товарищи, сразу по достижении договоренностей вас полностью обо всем проинформируют. – Старик встал и, хромая, пошел к выходу.

Дальше начался обычный политический репортаж.

– Ну что ты думаешь, Вова? Это скоро закончится? – Олеся повернулась ко мне вполоборота и продолжила слушать ведущую.

– Не знаю. Но надеюсь. Возможно, я ошибаюсь, но эти орденские хозяева выплыли из американской политической и экономической системы, может, даже из верхушки. Ну и вели они себя по американской привычке вершить внешнюю политику Старого Мира. А там уже четырнадцать лет никто им противодействовать не может, вот они и творят, что хотят, и здесь тоже. И по фейсу получили за это. Если Аверьянов сказал правду насчет переговоров, то это очень хорошо. Худой мир лучше доброй войны. Если зачистят Острова, то это здорово, чистые воды – это очень хорошо. Но давай оставим проблемы, а? Я Малика со Светкой пригласил на обед, на пельмени. Они обещали помочь лепить, скоро придут. И Светкины дети с ними, наверное. Что скажешь? – Я поймал девушку и прижал к себе.

– Если пригласил, то отпусти меня и пошли готовить. Нужно луку начистить, мясо провернуть, тесто приготовить, салатиков парочку сделать. Пошли, любимый. – И меня утащили на кухню.

Потом подошли Малик с женой, но соседских детей с ними не было, Артемьевы забрали. Светлана выгнала меня с кухни, они стали лепить с Олесей пельмени и о чем-то секретничать.

А мы с Маликом пошли в мой будущий сад, отливать деревья.

– Скорее бы дожди пошли. Через день под каждое дерево по паре ведер таскаю – скоро без рук останусь! – Я вылил воду под абрикос.

За время дороги все деревья покрылись желто-зелеными нежными листиками. Теперь листья жухли под солнышком, деревья болели. По сравнению с двумя апельсиновыми саженцами, которые я купил уже здесь и посадил в палисаднике, они выглядели очень блекло.

– Ну что завянет – то не сгниет, – филосовски заметил Малик, выливая под персину воду из ведер. – Все? Тогда пошли, пока там девушки на стол накрывают, выпьем по соточке. А то устал на самом деле.