— С тобой не интересно…

Он поднял Воина Воды вверх и бросил в стену. Перед его глазами замелькали искры. Каратель легко вытащил нож и отбросил в сторону. Он подошёл к Сфере и произнёс небольшое заклинание. Шар взмыл в воздух. Огненный взял золотое копье из рук статуи Мирланда. Артур с криком бросился на Сферу, чтобы прекратить её действие.

— Ну, хватит!!! — крикнул Каратель и метнул копьё.

Острие пронзило Воина в живот и пригвоздило к стене, застряв там наполовину длины.

— Ты ещё не дорос, Сволэн. И почему тебе дали эту фамилию, а?!

Каратель подошёл к Артуру и поднял его голову за волосы. Воин со стоном поднял голову, держась руками за копьё.

— Развлекайся, парень. Не переживай, — он дёрнул копьё и Воин вскрикнул от дикой боли. — Скоро ты увидишь родителей…

Огненный отпустил голову и направился к выходу. Артур попытался дёрнуть копьё, но вскрикнул от жуткой боли. Чёрная сфера держалась в воздухе, маня за собой. Воин поднажал сильнее и копьё поддалось на миллиметр. Неожиданно артефакт взмыл вверх, оставляя за собой чёрный след. Оно пробило потолок и взмыло ещё метров на пятнадцать вверх.

Артур со всей силы рванул копьё и оно вылезло чуть больше. Воин не чувствовал живота, но продолжал вытаскивать копьё. Затем раздалось шипение и взрыв. В пол, где только, что был алтарь ударил чёрный луч, который уничтожал всё на своём пути. Воин почувствовал, как ветер ударил в лицо, а волосы поднялись дыбом. Воздух вокруг был наэлектризован.

Все иконы и другие мелкие предметы поднялись в воздух и закружили у чёрного луча, который рос в размерах. Артур вновь вскрикнул и упал на землю, вытащив копьё. Он поднял голову и почувствовал, как растёт напряжение. Воин Воды поднял руку вперёд, чтобы хоть как-то защититься. Звук бури нарастал и вновь взрыв. Чёрный луч разросся мгновенно, поглотив Артура и весь город…

ГЛАВА III «НОВЫЙ МИР»

Снова шёл дождь. И снова я чувствовал чудовищную боль, разрывающую грудную клетку и голову. Внезапно подошёл человек, облачённый в чёрное и схватил меня за голову. Я увидел лишь то, что было ниже носа. Рука была холодная, незнакомец улыбнулся, обнажив гнилые зубы:

— Это только начало, мальчик, — произнёс он, проведя другой рукой по шее.

Я схватил руку, закрыв глаза:

— Тише, Саш. Всё хорошо, — услышал я женский голос.

Я с трудом открыл глаза, но получилось открыть только левый. Спину щекотала мягкая весенняя трава, в нескольких местах тело жгло, правая нога замерзла, левая рука онемела, голова разрывалась. Передо мной нависла блондинка лет двадцати двух с ярко зелёными глазами. Она была божественно красива и мила. С трудом я узнал в ней ночную раненую. Которая внезапно превратилась в леопарда.

— Резко не двигайся! Лицо не напрягай. Швы могут разойтись, — сказала девушка. — Глаз цел, не волнуйся.

— Сила ушла. Неожиданно. Мне её дали, чтобы убить чудовище? Вчера раны на глазах заживали. Вы можете мне что-нибудь объяснить? Я совсем запутался.

Она чем-то провела по рёбрам. Похоже, это был мокрый кусок ткани.

— Сейчас вернётся Артём. Он всё скажет. Из меня плохой рассказчик…

Она куда-то исчезла из поля зрения, и я увидел голубое небо, затем кваканье лягушек. Похоже, мы были где-то у реки. Зачем они меня вытащили? И почему так помогают? Кто они?

— Забыла представиться, — сказала она. — Меня зовут Таней. Можешь не представляться. Про тебя я многое знаю.

Я поднялся на ноги, и она резко подскочила ко мне, сунув нашатырь. Организм вообще никак не отреагировал. Татьяна удивлённо убрала склянку, осмотрев голову:

— Насколько я знаю, у тебя зрение было минус четыре. Артём привезёт очки. Сейчас беспокоят головные боли?

— Мне не нужны очки. Я прекрасно вижу.

Девушка вновь удивлённо посмотрела на меня, не поверив.

— Если хочешь, я прочитаю инструкцию на автомобильной аптечке, которая лежит у черного Мустанга в пяти метрах от меня. Машина нашего главы администрации, на переднем крыле слева небольшая царапина.

Девушка обернулась рассматривая машину. Она часто задышала от волнения:

— Почему ты не спрашиваешь, где мы?

— Я знаю, где мы. В девяти километрах от города, через берег — небольшой посёлок, выше по реке — мост.

— Откуда ты…

— К протектору вашей машины прицепились несколько свежих хвоинок. Откуда знаю? По запаху. У нас только одна такая роща. Про посёлок тоже. Про мост — отсюда слышно проезжающие машины. И опережаю твой вопрос: нет, я здесь ни разу не был.

Девушка смотрела на меня в упор, не веря ни во что.

— Кто же ты? — спросила она.

Я повернулся к реке, разглядывая водную гладь. Только сейчас я обратил внимание, что моя толстовка лежит рядом вся в крови, штанина от джинсов — в ближайших кустах так же в крови.

— Если бы я знал…

— Есть хочешь? — спросила она.

Мне было очень неудобно, но она вложила яблоко в правую руку и сама укусила другое. Голод атаковал меня уже вторые сутки, и я немедленно съел яблоко. Девушка с интересом посмотрела на меня.

— На лице у тебя, к сожалению, будет шрам. И ещё…

Она повернулась ко мне лицом, взглянув в глаза. Ой, то есть в глаз.

— Я тут корчу из себя великого начальника, хотя боюсь тебя… но, спасибо, что спас нас. Ночью.

— Артём едет…

Я сзади слышал подъезжающую машину. Судя по звуку двигателя, она была изрядна потрёпана. Затем по грунтовой дороге вырулила разбитая десятка без бампера, и я присвистнул.

— Это мы к тебе так спешили. Не смотри так на меня. Артём щас всё объяснит.

Машина остановилась у чёрного Форда, и здоровяк вышел, сильно ругаясь. Он уже был в новой чистой одежде, и на нём не было даже царапины. Я внимательно смотрел на него, ожидая хоть чего-то.

— Я вижу, очнулся наш спаситель. Помнишь, что ты сделал ночью? — спросил он.

— Потерял друга, — сказал я.

Я присел на песчаный берег, окунув ноги в воду. Артём присел рядом. На берёзке рядом защебетала птичка. По звуку я быстро её нашёл, спрятавшуюся между двумя густыми веточками маленькая синичка. Я вздрогнул, когда мысли вновь вернулись к сегодняшней ночи. Нет, мне почему-то было не страшно. Я не боялся, просто какая-то неуверенность, что не получится. Страшно стало в последние минуты, когда я понял цену своего побега.

— Соболезную, — сказал Артём, глядя далеко за горизонт.

Я промолчал. Просто не знал, что ответить. Из-за меня погиб мой единственный друг.

— Саш, только не надо корить себя, — сказал он. — Ты ничего не мог сделать. Это монстр третьей ступени. Я впервые с таким встретился.

Ступени монстров?! Да вы рехнулись, что ли? Неужели есть классификация тварей? Страшно подумать: и неужели их столько, что пришлось классифицировать?! Ладно, попробуем, что-нибудь узнать. Может этот Ван Хельсинг знает что-нибудь?

— То, что было вчера — ушло. Видимо мне это было дано, чтобы убить монстра.

— О, нет. Вот тут ошибаешься. Хоть я до сих пор не пойму кто ты, но здесь всё так же, как всегда.

Я опешил, услышав его. Как всегда?! Неужели так часто бывает? Засыпаешь неудачником, просыпаешься — ты великий и могучий, раскидываешь всех в стороны и тебя невозможно победить. Бред какой-то. Почему тогда другие ещё не знают об этом? Или мне надо было чаще читать жёлтую газету?

— Тогда почему днём мои раны заживали, едва я успел порезаться, а ночью этого не случилось?

— Ну, во-первых, при свете солнца мы сильнее. Именно поэтому Магик вышел на охоту ночью. Люди существа дневные, вряд ли его кто-то будет искать…

— Стой, стой. Магик?!

— Вчерашний монстр. Единственное существо, владеющее магией и телекинезом.

Нет, мне это однозначно снится. Может, мне пора в жёлтый дом? Вот сижу я щас в том же доме, на вечеринке, и у меня конкретные галюны, из-за травки, которую раскуривали где-нибудь в чердаке. Легче поверить в это, чем в то, что мой красивый мир — всего лишь картинка, закрашенная рукой мастера. А если стереть некоторые места: картина останется похожей, но смысл конкретно изменится.