– Милли не болеет. – Вот оно опять. Неужели он надеялся поймать меня на лжи? Потому что если бы я была лгуньей, то сказала бы, что я обладаю сверхспособностями или IQ Эйнштейна. Я фыркнула от смеха, потому что это было привлекательно и все такое.

– Ну, Милли повезло, – выплюнул я. Ей правда повезло. Во многих смыслах этого слова. – То, что оба родителя несут этот ген, еще не означает, что все их дети получат его. Назови это русской рулеткой природы, если хочешь. И именно я получила пулю в чертову шею. Вот тебе и забавный факт на сегодня. Теперь я могу идти?

С любым другим парнем я бы развернулась и ушла. Просто. Но с Дином «Мятежным» Коулом все было не так просто. Мне хотелось доить каждую секунду, проведенную с ним наедине. Я даже не была уверена, почему. Я чувствовала себя странно, мучительно и волнующе, когда он был рядом, и в тот момент, когда он уходил, знала, что буду ненавидеть себя за каждое слово, которое сказала, за каждый свой поступок и каждый вздох, который я сделала.

– Рози.

Я подняла голову и, прежде чем поняла, что происходит, почувствовала его грубые ладони на своей талии, и мое тело полетело в бассейн. У меня не было времени подготовиться к падению. В прямом или переносном смысле. Мое тело ударилось о воду плашмя, погружение было болезненным, как будто я врезалась прямо в бетон. Я использовала свои руки, чтобы всплыть вверх и получить немного воздуха. И ощутила холод воды только тогда, когда сделала один отчаянный вдох. Я открыла глаза, все мое тело сильно дрожало, и прежде чем мои глаза привыкли, рядом со мной раздался громадный всплеск. Дин тоже прыгнул.

Мое сердце бешено колотилось, как отбойный молоток. Я чувствовала, как оно бьется о мою грудную клетку, ныряя вниз, пытаясь пробиться наружу, через мой желудок, через мое горло, желая вырваться, вырваться, вырваться. Тело Дина подплыло ко мне, прижав меня к безмятежно-голубой стене, и я начала бросаться на него с кулаками. Бешеные, злые удары. Это были не те шутливые шлепки от девушки, чтобы, чтобы пофлиртовать или предупредить парня держаться подальше. Нет. Я вцепилась ногтями ему в грудь, желая пустить кровь.

А потом начала плакать.

Это было для меня не характерно. Я никогда не плакала перед незнакомыми людьми. И если уж на то пошло, любой, кроме Милли, мамы или папы, был для меня незнакомцем. И все же, мои горячие, соленые слезы смешивались с холодной, сладкой водой.

Жизнь несправедлива.

– Да что с тобой такое, черт возьми? – взревела я, продолжая бить его кулаками в грудь. Он снял куртку перед тем, как прыгнуть в воду, и теперь единственное, что разделяло нашу плоть, была его обтягивающая черно-золотая футболка и моя промокшая толстовка. Его кожа была теплой, несмотря на воду, и мне нужно было больше воды. Он хотел отдать мне это тепло. Все его тело говорило об этом. Кричало. Особенно с крыши этого чудовищного особняка. Вообще-то не было произнесено ни слова, что сделало наш язык тела намного громче. «Опасная химия», – предупреждал он. Убегай, Рози.

– Твои легкие работают нормально, – прорычал он мне в лицо, схватив меня за запястья и крепко прижав к стене. Что он делает? Вишес мог увидеть нас. Черт возьми, Милли тоже могла бы. Если бы она вошла в ворота прямо сейчас, что бы она подумала? Ее парень и сестра вместе купаются в бассейне. Тело к телу. Душа к душе. – Ты, блять, в порядке! – добавил он, и его лоб оказался в нескольких дюймах от моего.

Пытался ли он убедить меня или самого себя?

И вообще, какого черта его это волнует?

Я заставила себя успокоиться. Мне нужно было вразумить этого парня. Он должен был отпустить меня, пока нас не поймали за тем, что мы делали.

– Дин, – сказала я так холодно, как только могла, высвобождая запястья и кладя ладони ему на грудь. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. С его ресниц капала вода, и все в нем было мокрым, влажным и восхитительным. Где-то в глубине души я понимала, что это важно. Это то, что мы разделили в тот момент. Я никогда больше не почувствую этого ни с одним другим парнем. Этот кусочек жизни был нашим, даже если я этого не хотела.

– Рози, – возразил он.

– Я больна, – повторила я.

– Не говори так. Ты не больна. Это просто гребаное состояние.

Я покачала головой, вода и слезы летели туда-сюда. – Это просто состояние. Я умру очень молодой, Дин. После тридцати, может быть, сорока …пятидесяти, если повезет.

– Заткнись, – прошипел он сквозь стиснутые зубы. Его ладонь ударила по стене позади меня, и я задрожала не только не от холода.

– Все это чушь собачья! – Он сплюнул. – Нет, это не правда.

Мне нужно было найти другую тактику. Быстро.

– Послушай, ты не можешь этого делать, ладно? Мы можем быть друзьями, – солгала я, потому что к тому моменту уже знала, что это невозможно. – Но ты не можешь просто бросить меня в бассейн посреди осени. Во-первых, я действительно больна, и даже если бы не была склонна к пневмонии, это не весело, плавать в ледяной воде. И Милли… Это несправедливо по отношению к ней. Ты не можешь так обращаться с ее сестрой. Как будто…

– Как будто что? – Он бросил вызов, его зрачки вспыхнули.

Как будто ты хочешь меня.

Так ли это?

Мои гормоны взбунтовались. Моя мораль обожгла меня изнутри. Каждый волосок на моем теле встал дыбом. Его рука скользнула между нами и обхватила одну из моих щек, поднимая мое лицо вверх и заставляя меня смотреть на него. – Как будто что Рози?!

Что-то было в его глазах. Такой силы я никогда раньше не видела. Что-то подсказывало мне, что он понятия не имел, что делает. Он просто знал, что это неправильно. И, как и я, был смущен, обижен и зол.

– Как будто ты хочешь меня, – тихо повторила я свои мысли.

– Но я хочу, – добавил он. – Может быть, пришло время. Твоя сестра не слишком заботится обо мне, малышка Леблан.

Она тоже не слишком заботилась о нем. Но он заботился о ней. Что делало его еще более привлекательным, потому что наша цель была взаимной – защитить дорогого человека.

Но в то же время горечь разъедала меня каждый раз, когда я наблюдала за полным расточительством их отношений. Когда я видела, как ее глаза перемещались на Вишеса, когда он стоял рядом. Как мы с Дином смотрели друг на друга через всю комнату. Мне хотелось схватить сестру за плечи и хорошенько встряхнуть. Сказать ей, чтобы она взяла себя в руки и подошла к парню, который разбудил ее сердце. Но я была не в том положении, чтобы просить ее о чем-то, учитывая, что мои родители вырвали нашу семью из нашего дома в Фэрфаксе, и перевезли нас в Калифорнию, чтобы я могла иметь лучшее медицинское обслуживание. Поскольку у меня были друзья и хорошая жизнь, а у нее ничего не было, именно из-за этого переезда. Поэтому я позволила ей забрать их обоих. Тело Дина и сердце Вишеса.

– Если ты меня не отпустишь, – мои зубы стучали, и не только от холода, – я получу легочную инфекцию. Дин, – его имя было предупреждением, и на этот раз он позволил мне оттолкнуть себя ладонями, отплывая от меня и наблюдая, как я поднимаюсь к краю бассейна, а моя тяжелая, промокшая одежда тянет меня вниз.

Я даже не обернулась, чтобы посмотреть на него. Я слишком боялась, что он увидит мои глаза, одурманенные эйфорией, испорченные похотью. И мое лицо, розовое по контрасту с синеющим от холода телом.

Краем глаза я видела, как он подплывает к краю, упираясь локтями в мокрые плитки пола и подпирая подбородок сжатыми в кулаки руками.

– Это дерьмо токсично. Мы должны остановить это, пока все не зашло слишком далеко, – пробормотал он скорее себе, чем мне.

– Дальше, чем что? – Я сняла толстовку и бросила тяжелую ткань на ближайший шезлонг. – Чем целовать и тереться об мою сестру, при этом подкатывая ко мне? – Мой голос дрожал.

– Рози, – сказал он. У меня вырвался пронзительный смех. Рози, твою мать! Он встречался с моей сестрой. Правда, я сама заставила его быть с ней, но от этого мне не стало менее горько. – Не обращай все это против меня. Ты же сама блять сказала мне быть с ней. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Игнорировал ее задницу?