много. Иногда Сталин отрывается от чтения, откладывает в сторону очередную бумагу, кладёт поверх листа карандаш, затем достаёт из ящика стола курительную трубку, спички и папиросы "Герцеговина Флор", затем открывает коробку и берёт в руки пару папиросных столбиков, отламывает бумажные гильзы и кладёт их в пепельницу. Оставшимися частями папирос с душистым табаком он набивает камору трубки, чуть слышно произнося слова известного поэта: "... Всэм папиросам даст фор "Герцеговина Флор!"...

Пространство возле письменного стола наполняется запахом табака самого высшего сорта, выращиваемого в Югославии. Довольно поглаживая правой рукой свои чёрные усы, Сталин с явным наслаждением несколько раз вдыхает в себя аромат напоминающий благоуханье цветов, берёт в рот мундштук трубки, зажигает обычную спичку, подносит её к чаше, раскуривает трубку, тянет в себя табачный дым, глубоко затягивается, затем, после долгой задержки, выпускает из лёгких сизый дымок. Дымя трубкой, хозяин кабинета не спеша подходит к одному из трёх высоких окон, поднимает вверх массивную портьеру, открывает оконную створку и с высоты второго этажа смотрит на Арсенал, вслушиваясь в шум улицы. Буквально через минуту до слуха доносится явственно слышимый бой кремлёвских курантов на Спасской башне. Кабинет, общая площадь которого сто пятьдесят квадратных метров, находится в северной части здания и жара в нём переносится легче, хотя кавказские мужчины с самого раннего детства на такие мелочи не привыкли обращать внимание. Свежий уличный воздух проникает в кабинет, постепенно заполняя всё его пространство. Хозяин кабинета поправляет на голове густые тёмные, с заметной сединой волосы, делает очередную затяжку и, после того как табачный дым заклубился возле окна, расстёгивает верхнюю пуговицу своего лёгкого цвета стали френча полувоенного кроя. Немного постояв у распахнутого окна, держа трубку в своей левой, чуть согнутой руке, Сталин поворачивается на низких каблуках хромовых сапог спиной к окну и отходит, оставив его не закрытым, потом, мягко ступая по красной ковровой дорожке, направляется к двери, ведущей в приёмную. Обычно для вызова секретаря нажимается специальная кнопка, смонтированная в письменном столе, и в приёмной раздаётся звонок, затем на пороге кабинета появляется незаменимый Поскрёбышев, но сейчас идти к столу он не захотел. Вождь вышел из кабинета, открыл массивную дубовую дверь и прошёл в небольшую приёмную, где за письменным столом сидит его неутомимый секретарь, занятый своей обычной работой. На зелёном сукне стола аккуратно разложены папки с документами и листы рабочих бумаг. Чуть глуховатым голосом с лёгким акцентом Сталин отдаёт распоряжение:

Товарищ Поскрёбышев, на завтра пригласите ко мне Начальника Разведывательного Управления ГШ Голикова и Начальника I-го Управления НКГБ Фитина. Лучше во второй половине дня, ближе к обеду. После того как согласуете время, доложите мне.

Будет исполнено, товарищ Сталин! поставленным голосом произносит вставший из-за своего рабочего места невысокий мужчина с бритой лобастой головой и крепкой фигурой, угадываемой под тёмным полувоенным френчем, над левым карманом которого блестел орден Ленина...

Прибыв в Кремль, Голиков и Фитин прошли к посту охраны, предъявили на входе свои служебные удостоверения и в сопровождении одного из сотрудников поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж, затем прошли по длинному коридору, который заканчивался входом в кабинет приёмной Вождя. Сопровождающий охранник привёл их в небольшую комнату, где работают три человека из секретариата Сталина, в соседней комнате находится начальник охраны Власик и ещё трое сотрудников из личной охраны. Звучит дежурная фраза: Сдать любое оружие!

У нас оружия нет, за двоих отвечает генерал Голиков.

Но сотрудники охраны неумолимы - быстро, профессиональными движениями они досматривают обоих вошедших, затем досмотру подвергаются их папки с рабочими документами. После завершения процедуры один из проводивших досмотр негромко произносит единственное слово:

Чисто!

Комиссар ГБ III-го ранга Власик, наблюдавший за действиями подчинённых, буднично отдаёт распоряжение одному из охранников:

Харитонов, проводи посетителей к товарищу Поскрёбышеву.

В небольшой комнате приёмной, где всеми делами заправляет преданный помошник вождя, Голиков и Фитин присаживаются на предложенные секретарём стулья и ждут, когда товарищ Сталин закончит дела с посетителями, находящимися сейчас в кабинете.

Спустя некоторое время из кабинета Вождя с явно озабоченными лицами выходят служащие одного из Наркоматов. Поскрёбышев, выдержав пятиминутную паузу, открывает дверь в кабинет Вождя со словами: Разрешите войти? проходит вовнутрь кабинета и не громко докладывает: Товарищ Сталин! Товарищи Голиков и Фитин находятся в приёмной. Они ждут, когда ВЫ их пригласите.

Сталин, стоящий в этот момент возле огромного полотна политической карты мира, на мгновенье отрывает свой взгляд от европейской части и негромко произносит: Пригласите их. Пусть проходят....

Поскрёбышев, не закрывая дверь в кабинет, выходит в приёмную и обращается к посетителям:

Товарищи, проходите в кабинет! Иосиф Виссарионович вас ждёт!

Голиков и Фитин скрываются за массивной дверью, по ковровой дорожке делают несколько шагов вовнутрь и останавливаются почти на пороге кабинета, рядом со столом для посетителей. Взгляду разведчиков открылся вид сталинского кабинета. Это было большое помещение с высоким потолком, декорированным причудливой лепниной, освещаемое массивными бронзовыми люстрами, свет которых можно регулировать в зависимости от времени суток. Большие окна кабинета закрыты тяжёлыми портьерами, легко поднимаемыми вверх с помощью шёлкового шнура. На полу видны натёртые до блеска плашки паркета из светлого бука, выложенные ёлочкой. Красные ковровые дорожки, уложенные на пол, приглушают любые шаги. Портреты Маркса и Энгельса, висевшие на стене, сразу же бросаются в глаза вошедших. Большая политическая карта мира, обычно закрытая шторами, в этот раз была открыта, и на ней можно было разглядеть воткнутые небольшие красные флажки, назначение которых знал только хозяин кабинета, стоящий возле неё. У самой дальней стены стоит старинный письменный стол, сделанный из дерева дуба, на котором располагаются невысокий торшер, выполненный в виде вычурной лампы с абажуром, письменный набор, ваза с карандашами, пресс-папье, рядом лежит толковый словарь Ушакова, раскрытый на одной из страниц и листы писчей бумаги. В правом углу столешницы разложены папки с рабочими документами, несколько газет и журналов, тут же рядом нашла себе место большая пепельница. За этим столом днём и ночью работает хозяин кабинета. Рядом с основным столом пристроился небольшой столик с телефонными аппаратами. Чуть левее от входа в кабинет, вдоль стены стоит стол для посетителей, к которому придвинуты стулья. На этом столе, застеленном накидкой зелёного сукна, беспорядочно лежат исписанные листы докладных и донесений...

Обычно Сталин принимает посетителей в присутствии Берии, Ворошилова или Маленкова, но сегодня хозяин кабинета был один, что говорило о том, что разговор предстоит серьёзный и непростой.

Сталин, не обращая внимания на вошедших, несколько минут рассматривает карту на стене, потом прикрывает её шторами, отходит от карты и неспешно подходит к Голикову