командованием задачу. Офицер всегда знает, что надо делать, он обязан найти выход из любой сложной ситуации и принять правильное решение! Рейн взял себя в руки и, преодолевая страх, стал громко отдавать распоряжения:
Готовность номер один! Всем приготовиться к атаке! Пулемётчики - прикроете нас!
В ответ раздалось молчание.
Унтер-офицер Келлер! Вы слышите меня? громко проорал лейтенант.
Да! Слышу! Командуйте лейтенант! до его слуха долетели слова ответа Келлера.
Вы со своим отделением до окончания артиллерийского обстрела постараетесь скрытно выдвинуться вперёд и обеспечите общую атаку роты! Приказ вам понятен? озвучил задачу лейтенант.
Да, герр лейтенант! кратко ответил "папаша Франц".
Тогда быстрее думайте, как лучше это сделать! Сейчас должны ударить наши миномёты и артиллерия. А после артиллерийской подготовки мы сразу же атакуем русских! продолжил разговор командир взвода.
Спустя считанные минуты после слов лейтенанта, ротные миномёты от леса начали по квадратам обстреливать территорию усадьбы. Послышался характерный шелест летящих мин, летящих в сторону обороны русских, затем, с периодом в несколько секунд, загремели серии взрывов, засвистели разлетающиеся осколки, территорию усадьбы заволокло серым дымом.
Унтер-офицер Келлер стараясь переорать грохот взрывов, успел отдать несколько команд стрелкам своего отделения:
Манн, Диц, Ланге! Вы трое, со своими МР, короткими перебежками выдвигаетесь вперёд и залегаете! Остальные прикрывают! Через восемь-десять шагов падаете, делаете несколько перекатов в сторону, встаёте, бегом ещё пять-шесть шагов, перекатываетесь и так далее. Надо продвинуться на сорок - пятьдесят шагов, пока "Иваны" не пришли в себя. Займёте позицию и прикроете отделение. Надо постараться не дать противнику поднять свои головы! Остальные подбегают к вам и закидывают "колотушками" их траншею, на короткое время надо ослепить "иванов"! Если у кого есть гранаты с белой полосой на корпусе, это нам может сильно помочь. Сила взрыва, осколки и дымовая завеса сделают своё дело! Шансов на спасение у них не будет! Ты, Герман, с напарником, попробуете заткнуть этих мразей! Келлер назвал по имени пулемётчика, замолчал и после мгновенной паузы продолжил говорить: Своей "пилой" вы, не жалея патронов и ствол, не переставая бьёте, не давая русским поднять свои головы. Всем остальным приготовить по несколько гранат, примкнуть штыки и ждать начала атаки! У нас должно получиться!
Через несколько минут после слов Келлера из-за реки ударила артиллерийская батарея. Её мощные 122-ти миллиметровые снаряды, попадая в землю, оставляли глубокие дымящиеся воронки, силой взрыва поднимали в воздух комья земли и обломки строений. Мины, выпущенные из батальонных миномётов, долбили по площадям, выстригая осколками траву, ветки деревьев и кустов, оставляя после разрывов облака дыма. Ещё не закончилась артподготовка, когда унтер-офицер Келлер, решив использовать момент внезапности, пока не рассеялся дым, и русские спасаются от разящих осколков в укрытиях и щелях траншеи, громко скомандовал:
Трое первых, перебежками вперёд! Отделению приготовиться! Пулемётчикам открыть огонь!
Поддержанные огнём пулемёта MG-34, трое штурмовиков, как на учениях, низко пригибаясь, часто падая и вставая, устремились вперёд, пытаясь быстро приблизиться на тридцать-сорок шагов к русской траншее, затем залечь и прикрыть товарищей. Им удалась эта проверенная схема передвижения в бою, позволяющая сохранить солдатам свои жизни.
Командир отделения видел, как трое бойцов его отделения мгновенно поднялись и устремились вперёд, потом залегли и начали вести огонь, стреляя по русской траншее короткими очередями из пистолет-пулемётов МР-40. Тытыжш-тытыжш-тытыжш-ччч-ччч-ччч - работал МG. После того как первые трое штурмовиков пробежали вперёд и залегли, остальные солдаты отделения без команды поднялись и побежали по полю в атаку. "Папаша Франц" сам ловко вскочил из наспех отрытого окопчика и побежал вслед за всеми. Ему посчастливилось добежать до своих солдат. Келлер, с разбегу всей своей массой, плюхнулся в небольшую свежую воронку от снаряда, в которой ещё не выветрился запах сгоревшей взрывчатки, отдышался и, приведя дыхание в полный порядок, осторожно стал осматриваться вокруг себя. В соседней воронке прятались двое перепуганных солдат из соседнего взвода. Потом он заметил тело стрелка, очевидно получившего смертельную рану в начале заварухи. Парень полулежал в траве возле "его" воронки, привалившись спиной на походный ранец, стального шлема не видно, карабин отлетел в сторону, поясной ремень расстёгнут, патронные подсумки раскрыты, обоймы с патронами беспорядочно валяются рядом с телом. У раненого был шок и он, с какой-то блаженной улыбкой, смотрел на свой распоротый осколком форменный китель, из которого виднелись розовые внутренности, при каждом вдохе-выдохе всё сильнее и сильнее выпирающие из живота бедняги. Солдат руками пытался впихнуть кишки обратно в живот и плотно зажать пальцами свою рану. Увидев Келлера, бедняга дёрнулся телом, попытался что-то сказать, но издал лишь натужный стон и затих, не успев произнести ни слова...
Эй, клювы! Быстро с оружием ко мне! властно произнёс унтер-офицер и, когда два штурмовика перебрались в воронку, крепкими словами постарался привести их в чувство. Пока все сражаются, вы говнюки, со страху обмочили штаны и теперь косите!!! Гер-рои сраные!
Господин унтер-офицер, мы не успели... Да! ... совсем... Они стали нас расстреливать... взвод лег... перебивая друг друга, вразнобой начали бормотать стрелки, потом взгляд одного из них уперся в развороченное тело убитого. Солдат, видя выпущенные наружу из распоротого на животе мундира розово-синие внутренности товарища, дрожащим от страха голосом громко заблажил: Это Пауль! Эрвин, посмотри! Это же Пауль… он из нашего отделения! Он не дышит...
Оба с ужасом смотрели на тело своего товарища, его закаменевшее мертвенной бледностью лицо, на котором блестели широко раскрытые уже не живые глаза. Кровь и не прикрытые внутренности убитого вызывали у обоих солдат рвотный рефлекс, вывернувший содержимое их желудков на землю.
Не сметь бояться! Ему уже ничем не помочь! заорал на солдат Келлер. Оба, быстро утёрлись! Оружие к бою! Сейчас начнётся атака! Надо собраться! Будете поддерживать огнём роту!
Потом "папаша Франц" повернул голову в сторону, где находился Рейн и громко крикнул:
Лейтенант! Мои люди готовы! Командуйте!
Ангриф!(Атака!) Все вперёд! громко командует офицер, дублируя свой приказ, длинным сигналом свистка о начале атаки. Видя, как быстро поднялись солдаты роты и начали короткими перебежками двигаться в сторону вражеской траншеи, офицер достал из кабура свой "Вальтер", поставил его на боевой взвод, поднялся и вместе со всеми устремился к русской траншее. Рейн, с криком "ура!", успел пробежать по полю с десяток шагов и даже в азарте атаки пару раз выстрелить из пистолета в воздух, прежде чем тяжёлая винтовочная пуля, пробив стальной шлем, попала офицеру в голову. Сильный удар отбросил лейтенанта на несколько метров назад, и он, нелепо взмахнув руками, выронив пистолет, навзничь упал на землю.