— Тогда все складывается просто замечательно. — Лилька тем временем сверялась с записной книжкой, попутно дожевывая завтрак. — Сейчас у нас тесты и упыриха, потом еще один экзамен, а потом надо котом заняться.

— Каким котом? — не понял он.

— Левкой. Представляешь, Левиафан вернулся!

— Что?!

— Что слышал! Я утром просыпаюсь — как ни в чем не бывало сидит на кровати. Лапы грязные, шерсть пыльная и в какой-то саже… Хотя, наверное, пока мы тут сидим, он уже отмылся… Короче, он оттуда удрал. И теперь надо срочно придумать, что с ним делать дальше.

— А что с ним делать? Мы же уже все решили?

— Ну, Валька, ну ты совсем уже на своих экзаменах помешался! — всплеснула руками девушка. — Его ведь куда-то отдать надо! В добрые руки! А он уже от двоих удрал. И поэтому мы с тобой после занятий идем и ищем, кому его пристроить. Понятно?

— Понятно, — кивнул юноша.

Настроение у него начало портиться. Он не просто искренне не понимал, как можно отдать куда-то кота, который прожил в семье несколько лет… Нет, конечно, бывают разные обстоятельства, но ведь из любого положения можно найти выход. И наилучшим вариантом не всегда бывает самое простое и первое пришедшее в голову решение.

— Тогда пошли? — подхватилась его подруга, одним глотком допивая успевший остыть кофе, и, вскакивая со стула, устремилась к выходу.

Он не стал задерживаться: именно по шестокам в столовой и работали дежурные первокурсники, так что об уборке со стола можно было не беспокоиться. Но как все-таки удивительно! Лилия из простого народа, хотя в профессиональной гильдии ее отец занимает далеко не последнее положение, да и сама гильдия кузнецов считается привилегированной — выше кузнецов только мукомолы и пекари, — но почему-то считает совершенно нормальным, что посуду со стола за ней должен кто-то прибирать. А он вырос в замке, где слуг больше чем достаточно, но его смущает то, что тарелки вместо него на мойку отнесет кто-то другой. В чем дело? В характерах, пресловутой «голубой крови» или воспитании?

Задумываться над этим было некогда — надо было догонять Лильку.

Навстречу им попалось несколько однокурсников.

— Вы куда? — окружили их со всех сторон.

— А вы куда?

— Пошли сначала к упырихе?

— Толпой хотите навалиться? Думаете, справитесь все с одной? — Вальтер не мог сдержать улыбку, и в ответ раздались понимающие смешки.

— А что? Всех сразу она не слопает, подавится небось…

— Ага, пока она одного будет поедать, другие успеют получить зачет? И кому предлагаешь быть этим одним?

— Самому умному, разумеется… Если ты еще не сдавал криптологию.

Вальтер посмотрел на Лилию, вздохнул:

— Не сдал.

— Пошли! — Парни и девушки живо взяли его в кольцо, хватая за локти. — Мы тебя в первой тройке запустим, ты ей быстро скажешь что-нибудь умное, она подобреет…

Студенты уже потянули друга в сторону, и Лилька ощутила что-то вроде ревности. Вчера она, между прочим, сдавала зачет упырихе в полном одиночестве, ей никто не помогал. И ведь сдала же! А тут у нее из-под носа уводят приятеля! Она решительно протиснулась вперед.

— Одним, стало быть, слабо, — фыркнула девушка, оттесняя от локтя Вальтера Аглаю Борецову. — Решили свалить свои проблемы с больной головы на здоровую? Навалились пятеро на одного!

— Лилька, ты чего? — На нее смотрели с недоумением, даже с тревогой.

— А того! Чего это они тобой распоряжаются? — возмущалась девушка. — «Вальтер то, Вальтер се…» Иди, Валечка, упырихе в пасть, авось она тобой подавится, а мы живы-здоровы останемся…

— Ты чего, Зябликова? — Аглая смотрела на нее как на опасную больную. — Белены объелась? Вальтер и так зачет сдаст, он умный…

— Вот вы его умом и решили воспользоваться. Своего нету?

Вокруг сердито заворчали. Сам юноша попытался вынуть руку из цепкого захвата подруги:

— Ты чего?

— Я хочу, чтобы все сдавали честно! Я вот вчера сдала без чьей-либо помощи, никем не прикрываясь.

— Это потому, что упыриха вчера была добрая, а сегодня с утра злая, как миллион бесов, — просветил ее Петр Варяжко. — Ночью у нее на кафедре кое-что пропало.

— Кое-что? — По интонации студента Лилька поняла, что новость действительно серьезная.

— Кое-кто.

После этих слов воцарилась зловещая тишина. Все в университете знали, что может храниться на кафедре криптологии. Вернее — кто.

— А что преподы? — нервно оглянулась Аглая.

Мимо них как раз проходили два аспиранта с кафедры ведьмаков и с ними кто-то из алхимиков. Все трое что-то горячо обсуждали, но понизили голос и перешли на язык жестов, поравнявшись со студиозусами.

— Преподы знают, только нам не говорят. А зачем панику поднимать? Вторые и третьи курсы уже на каникулах, мы вот-вот отбудем на практику, остаются первачки и выпускники. Тем более что шесток, народу и так мало, — пожал плечами Варяжко.

— Откуда знаешь? — напрягся Вальтер, который, ни для кого не секрет, ежедневно интересовался новостями университета. А тут такая новость, а он не в курсе!

— Случайно. Преподы мимо проходили, разговаривали, а я подслушал… Только не все понял, они подозревают, что упырь не сам сбежал, а его кто-то выпустил, — объяснил друг.

— Выпустил? — посыпались со всех сторон вопросы. — Кто? Как? Зачем?

— А я почем знаю? — отмахнулся Варяжко. — Преподы сами не в курсе. Им сначала надо упыря изловить, а потом уже искать того, кто его освободил.

— Так его еще не нашли? — взвизгнула какая-то девушка.

— Пока нет.

— Но это же кошмар! Теперь вечером никуда не выйдешь, — пожаловалась Аглая.

— А тебе куда-то надо? На свидание?

— Ну… — Девушка зарделась и покосилась на брата, который стоял рядышком. Тот предпочел сделать вид, будто ничего не слышал, но плечами пожал очень выразительно.

— Дома сидите, девчонки. Целее будете, — высказался Варяжко.

— А может, они его до вечера изловят, — стояла на своем Аглая.

— Нет, вряд ли. Упыри же только вечерами выползают. Сейчас он забился куда-нибудь и не пахнет…

— Кого обсуждаете? — К ним подлетела Яна Терчева. — Упыря? Какого упыря?

— Не упыря, а упыриху, — быстро сказал Вальтер и пихнул локтем Варяжко — молчи, дескать. — Мы на зачет к ней идем. Ты с нами?

— Не-а. Я вчера сдала, — мотнула девушка челкой.

— Отлично! — обрадовался юноша. — Тогда ты сейчас идешь тесты писать? Прихвати Лилию, а то ей одной страшно…

— Хорошо, — кивнула Яна как ни в чем не бывало. — Аглая, ты с нами?

— Не знаю, — неуверенно пожала плечами та. — Мне надо… А он точно на нас не нападет?

— Кто? — Парни переглянулись.

— Упырь же! Который от упырихи сбежал!

— Упырь? — заволновалась Яна и крепко вцепилась в локоть стоявшего к ней ближе всех Варяжко. — Какого упыря? Настоящего? Живого? Ой, мама… А можно, я с вами пойду?

— Правда, мальчики, можно? — подхватила и Лилька, которой не улыбалось остаться наедине с одной из ближайших подруг Анны Беллы. Еще гадостей наговорит или на откровенный разговор вызовет, а потом передаст ее слова в искаженном виде… Лучше уж с Валькой — он хотя бы не болтлив.

— Девочки, — тот закатил глаза, — вы же обе зачет сдали? Или нет? Должны же знать жизненный цикл упырей!

— А какой у них цикл? От девяти до сорока дней вызревают, иногда период созревания может растянуться и на дольше… Размножаются двумя способами — либо естественным путем, через личинки, либо в результате заражения, часто намеренного, живых людей…

Вальтер фон Майнц испустил мученический вздох.

— Упыри, — заговорил он, — исключительно ночные сущности. Днем они неактивны и предпочитают затаиться где-нибудь в темноте, желательно под землей. Но даже и там впадают во что-то вроде оцепенения. И, обнаруженные, зачастую не в состоянии пошевелиться, превращаясь в отличную мишень. Так что сейчас этот упырь наверняка где-либо отлеживается, внешне ничем не отличимый от обычного трупа. И если вы на него наткнетесь, легко сможете уйти от него пешком и позвать на помощь, прежде чем он хотя бы сообразит, что на вас можно напасть! Даже если вы нарочно спуститесь куда-нибудь в подвалы… Идите спокойно, девчонки! Встретимся тут через час.