— И конечно, ты высказал ей свои предположения, а она послала тебя проветрить мозги и не мешать ей жить? — понимающим тоном закончил друг.

— Нет, — покачал головой Вальтер.

— Фью-у! — присвистнул Альфред. — А почему?

— Ну… понимаешь, Лилия… Боюсь, она мне не поверит. Решит, что я ревную, вмешиваюсь в ее жизнь и вообще…

— Понятно, предложит тебе пойти погулять и не путаться под ногами. И теперь ты переживаешь за нее и злишься от того, что некому оценить твои страдания.

Вальтер промолчал. Образ декана замаячил перед мысленным взором. Если они вместе окажутся на практике, ему придется в течение двух месяцев почти постоянно видеть перед собой эту пару. Вернее, не видеть, поскольку Лилия наверняка будет искать повод остаться с мэтром Вагнером наедине. Конечно, его никто не освободит от обязанностей завкафедрой и декана, да и с тремя другими подопечными придется заниматься, но в остальное время… Вот и не знаешь, что лучше!

— Да, — сказал он, отвечая сразу и другу, и своим мыслям.

— Значит, надо составить план, как отбить девчонку у декана, только и всего! — отмахнулся Альфред. — Доказывать ей свою любовь ты не станешь, а вот выставить Вагнера в глупом виде или вовсе очернить — вполне!

— Мы четвертый курс, — напомнил Вальтер.

— И что?

— В двух шагах от диплома!

— И что?

— Нас могут отчислить! Нам могут не засчитать практику, и тогда…

— Брось, — махнул рукой Альфред, — напугал ежа голой задницей! Все у нас получится! Я с тобой!

Аглая Борецова опасливо оглянулась по сторонам, на всякий случай набросила полог невидимости — вдруг что-то внезапно произойдет! — и постучала в дверь условным стуком. Через несколько секунд изнутри донесся ответный стук — несколько тактов мелодии. Девушка простучала еще, и только после этого дверь приоткрылась. В щели мелькнул карий глаз Людмилы Монс. Взгляд ее скользнул по коридору сквозь Аглаю. Потом в нем появилось понимание:

— Аглая? Ты пришла?

— Да, это я. Впустишь? — Девушка чуть-чуть приподняла полог — ровно настолько, чтобы Людмила увидела, кто стоит за дверью.

— Заходи. — Людмила сделала жест, и Аглая поняла, что на комнате тоже стояли охранные чары. М-да, как все серьезно!

— Я не опоздала? — Она бочком протиснулась в комнату.

— Пока нет. Тебя никто не видел?

— Никто. Я нарочно два раза все проверила и…

— А Антон? — Всем было известно, что на близких родственников отводящие чары, как правило, не действуют, особенно если этот родственник сам может подобные накладывать и снимать.

— Он не знает.

— Хорошо.

Из крохотной передней, образованной поставленным поперек одежным шкафом, девушки прошли в жилую часть комнаты. Две кровати, между ними письменный стол. Над каждой кроватью — полки для книг, рядом — два стула и кресло. Из остальной мебели только маленькая тумбочка, сейчас выставленная в центр комнаты, и низкий комод.

В комнате находилось пять девушек. Две гостьи с факультета некромагии и еще две — ведьмачки. Пятая, Анна Белла, расположилась на своей кровати с ногами, уютно свернувшись клубочком, словно кошка. Другие сидели на соседней кровати и стульях.

— Тебя никто не видел? — повторила Анна вопрос Людмилы.

— Нет. Я все проверила. — Аглая присела на краешек кровати напротив, посматривая на будущих ведьмачек.

— Что остальные? — Анна тоже посмотрела на подруг.

— Крама, может быть, придет, — поняла ее правильно Людмила. — А другие… Я не всем сказала. Как хочешь, а я не доверяю кое-кому. Этой Швецовой, например.

— Значит, — кивнула Анна, — нас семеро?

— Может быть, все восемь, если Крама придет.

— Хорошо. Итак, что будем делать дальше? — Анна обвела глазами подруг. — Эта Зябликова переходит все границы. Она всегда была себе на уме, держалась в стороне, то лезла не в свое дело, то, наоборот, отстранялась от нас. А теперь…

— Прямо как с цепи сорвалась, — закивала Людмила Монс.

— Пора поставить ее на место! — решительно заявила Анна. — Мы все с этим согласны, осталось решить вопрос, как это лучше сделать. Сегодня пятница, уже вечер. — Она посмотрела за окно, где сгущались сумерки. — Осталось два дня. В понедельник мы отправляемся на практику, после которой предпринимать что-либо будет уже поздно.

— А поговорить с ней? — поинтересовалась одна из ведьмачек.

— Говорили уже. Не раз. Играет в дурочку, а стоит чуть отвернуться — опять за старое. Вот у Аглаи спроси, она подтвердит!

В эту минуту под потолком тоненько зазвенело, активизируясь, охранное заклинание. И тут же раздался неуверенный стук в дверь. Через несколько секунд стало понятно, что стук условный.

— Виктория Крама, — прошептала Людмила. — Кроме нее, больше некому.

— Все-таки решилась. Иди открой! — распорядилась Анна.

Подруга послушно вскочила и кинулась к порогу. Процедура повторилась с той разницей, что за дверью шептались дольше — привратница непременно хотела выяснить, что однокурснице понадобилось здесь и сейчас в этой комнате. После чего Виктория Крама присоединилась к компании. Теперь в комнате Айны Беллы и ее соседки Людмилы Монс собралась ровно половина всех четверокурсниц, считая приглашенных с других факультетов.

— Итак, ты с нами? — поприветствовала Викторию Анна.

— Да. Девочки, у меня новость. Зябликова отдала своего покровителя! — выпалила та.

— Кота?

— Ты не хуже меня знаешь, что никакой это не кот! Обычные коты так себя не ведут. Это каркоруш. [9]

— Каркоруш? — скривилась одна из ведьмачек. — Откуда он тут взялся? В наших краях они не водятся. Их родина намного южнее. И потом, каркоруши почти никогда не живут поодиночке. Самое меньшее — по трое…

— Как бы то ни было, сейчас его нет. Три часа назад его увезла какая-то баронесса фон Крик, — поделилась новостью Виктория. — Мы с Мирабеллой видели!

— И не сказали нам раньше? — возмутилась Анна.

— Но ведь встреча была назначена на определенный час, — резонно возразила Виктория. — И потом — что это меняет?

— Это многое меняет. Мы могли бы уже действовать, а вместо этого ждем…

— Все приходит к тому, кто умеет ждать, — замогильным голосом изрекла прописную истину вторая ведьмачка.

— Я почти четыре года ждала, — огрызнулась Анна Белла. — Сколько можно?

— Еще чуть-чуть, — пустились успокаивать ее подруги. — Наш план… осталось претворить в жизнь!

— Немедленно! — резко выпрямилась Анна. — Пока есть время на подготовку.

Остальные согласно закивали.

— Хорошо, — ведьмачки тоже подобрались. — Вы собираетесь проучить свою подругу, которая в последнее время слишком много на себя берет. А в чем состоит наша задача?

Все выжидательно посмотрели на Анну Беллу. В конце концов, это была ее идея. Девушка кивнула, устроилась поудобнее и начала объяснять.

— Завтра вечером, — выслушав, вынесли единогласный вердикт ведьмачки.

— А почему не сегодня? — возмутилась Анна. — До отбоя еще больше часа!

— Ловушка требует серьезной подготовки, — ответили ей. — И потом, мы же не хотим, чтобы нас поймали в самый последний момент? У нас должно быть алиби!

С этим никто не стал спорить.

13

Из дневника кота Левиафана

Знаете, а это становится интересным. Не в том смысле, что мне подходит такая жизнь, просто… Новый переезд, новое место. И все так внезапно…

Хм… Святые котаны, а тут интересно! И мне даже где-то что-то нравится. Такое поле деятельности! Такие открываются возможности и перспективы!

Нет, конечно, я и виду не подал, что доволен жизнью. Как всякий порядочный кот, орал в корзинке, не переставая. Даже голос сорвал. Время от времени принимался грызть прутья, царапался и метался. Даже попробовал биться головой о стенку. В общем, выражал свое недовольство всеми доступными способами. А эта ненормальная только корзинку поглаживает и воркует что-то тоненьким голоском. Утешает. Ха. Это тебе самой скоро понадобится утешение! Изловчился, просунул коготь сквозь прутья, подтянул ее платье внутрь. Конечно, она его спасла, но ткань удалось немного порвать! Знай наших. Фык-фык-фык! И знаете что? Эта ненормальная не рассердилась! Только погладила корзинку, погрозила мне пальцем и проворковала что-то вроде: «Бедненький! Сколько же ты натерпелся!»