— Значит, есть шанс уговорить вас вступить в лоно церкви?

— Ну попробуйте, — усмехнулся я.

— Княжич, разрешишь ли окропить тебя святой водой? — не отставал священник. И довольно улыбнулся, когда я кивнул.

Почти тут же по жесту попа появилось два прислужника и те выплеснули на меня целую бадью воды. Несколько секунд я в шоке стоял как мокрая мышь, большими глазами глядя на двух молодцов в рясах, что возвращались обратно. Переведя взгляд на священнослужителя, я зло спросил:

— Охренели что ли? Кто мне кольчугу от ржи чистить будет? Смотри, заржавеет, лично самого заставлю песком её драить.

Князь смеялся, молча, с невозмутимым лицом, но он дрожал от внутреннего смеха. Видимо моё шоковое состояние после водных процедур его изрядно повеселило. Я думал, зачерпнут пригоршню и плеснут на меня, но не целую бадью же. Вообще оборзели. Ладно, князь после того как моя проверка прошла нормальна, стал изрекать решение суда, то есть его решение.

Всё же виру за посадника и боярина князь назначил, получить её должна была вдова посадника и сестра казнённого боярина-татя, потерявшая одновременно обоих. Потом были назначены виры за остальных. Высоко планку князь не задирал, волнение толпы ещё не прошло, были слышны крики недовольных, они считали, что много с меня требуют, я, мол, действовал правильно, похоже моя зажигательная речь ещё держалась в умах многих. Однако я признал, что цена справедлива и подошёл князю с мешком, тут же был казначей, так что при всём честном народе уплатил всё затребованное, изрядно удивив видаков, не думали, что у меня будет такая сумма. После того как плата была принята, князь громко известил всех зрителей что претензий с этого момента у него ко мне нет. Это хорошо, в республике я бы хотел задержаться, поэтому и свёл всё на мировую.

Князь, когда я завязал узел мешка и закинул его на плечо, негромко пригласил меня на ужин, заодно, как бы не назначай, поинтересовался, действительно ли я умею играть в шахматы. Я подтвердил, вот тот уже увереннее пригласил меня на вечернюю партию. Обещал быть. Только я, было, направился обратно к баркасу, как меня догнал же знакомый десятник, что попридержал за локоть:

— Князь дал разрешение поставить ваше судно, княжич, к его пристани, там под охраной ваше имущество не тронут. Не потребуется воров бить и виру за них платить.

— Хм, благодарю, — даже удивился я. — Кстати, расскажи мне, как тут проходят вечера, как одеваются, ну и остальное. Особенно где живёт князь, а то я к вам только вчера прибыл, ничего не знаю, а рассказы матери не сильно помогают. Да и какое отношение тут к противоположному полу, к девушкам если точнее? А то я в разных странах был. Где можно легко уговорить и задрать подол красавице, а где и смотреть нельзя, сразу вызов на бой следует.

— Помогу, — улыбаясь, кивнул тот, и тут же поинтересовался. — А что много разных пробовать приходилось?

— Перечислять долго, но были и китайки, и кореянки, азиатки, даже чернокожие. Вот в Англии мне не понравилось, я люблю чистоту тела, а там сантиметр не грязь — два само отвалится. В общем, брезговал я грязнулями. В Европе вообще мыться не любят, проще духами надушится чтобы вонь тела не чувствовали, а вши давят, там все вшивые.

— Фу-у, — брезгливо скривился десятника, явно ярко представив себе это дело.

Вот так общаясь, мы забрались в сёдла и направились обратно к баркасу, там всё было в порядке, коней десятник передал одному из воинов и с двумя другими поднялся ко мне на борт. Помогать мне не стали, я сказал, что сам справлюсь, мне вообще в радость такая работа. Так что по указке десятника мы дошли до крепости на острове, а князь проживал именно там, и встали на свободном месте у пристани. Рядом покачивался большой речной ушкуй в цветах князя, явно его судно. Была ещё одна пристань, но уже для торговцев или тех, что доставлял припасы в крепость, народу в ней ведь тоже хватало. Даже сейчас там шли какие-то строительные работы.

От предложения поселится в доме князя, я отказался, предпочитал свежий воздух, дружинники уже ушли, когда я перенёс на берег, где росла пока ещё короткая, но ярко-зелёная трава, стал разбивать лагерь, то есть ставил большой шатёр. Понятно, что возможно на одну ночь, однако ночевать я предпочитал с удобствами. Поставил, натаскал внутрь ковров и подушек, доведя его до идеального состояния, причём не заметно пронёс пару кавалерийских ружей, чтобы были под рукой, и так до обеда занимался своими делами и тренировками. К обеду, когда сложил из камней очаг и принёс раскладной стул к нему, то у местного слуги купил дров и немало. Хорошие колотые из поленьев дрова. Часть использовал для приготовления ужина, а остальные поставил на попа длинной змейкой в тридцать метров. В полдень когда обед в желудке осел, я занялся тренировкой, снаряжение с себя не снимал так что, поправив её, встал у первого полена и, сделав прыжок, вскочил на него балансируя, после чего побежал по поленьям. По восьми пробежал, после чего всё же не удержался и упал, гася скорость в перекатывании. После этого снова расставил все упавшие поленья и повторил попытку. В этот раз по пяти пробежал. Вот так я и тренировался, с каждым разом собирая всё больше и больше зрителей. К вечеру мокрый от пота я уже более-менее нормально бегал, при этом фехтуя обеими саблями. Этот способ тренировок показал один амурский казак, когда я ещё был королём, все мышцы тут используются, а уж устойчивость и возможность вести бой в любых условиях тренируется до совершенства. Воины и слуги оккупировали все свободные места и с огромным любопытством наблюдали за мной, среди воинов, что расположились на стенах, даже пару раз заметил князя. Видимо и его заразило общее любопытство и интерес. Ничего подобного ранее тут явно не видели.

Когда я выжал из себя всё что мог, то скинув часть снаряжения, занялся её чисткой, исподнее отдал местным слугам, те всё постирают за деньгу не большую, причём отдал не только то, что только что снял с себя, а все запасы грязной одежды, стирать так стирать. После этого окунувшись в ледяных водах Невы, не успела водичка прогреться, последние дни весны, смывая пот и грязь, поднялся на борт баркаса и оделся в самую лучшую и дорогую одежду. В ту что получил от вельможи перед своим уходом из Индии. Она в плечах стала немного тесновата, но пока нормально. Поправил тюрбан и, найдя неплохой кинжал среди трофеев, взял с собой, в гости без подарка не комильфо, воину, а князь явно знал за какую часть держать меч, нужно дарить оружие. У него была жена и дочка, им тоже отобрал подарки, всё из трофеев. Жене зеркало из венецианского стекла, дочке красиво разукрашенную дудочку. Сам я замену своей гитаре так и не нашёл, а эту дудку с каракки снял. Игрушка не для меня, духовые инструменты я не знал, а как подарок путь будет, тем более по сведеньям, полученным от Горына, та любила музицировать, несмотря на юный, восемь лет, возраст.

Встретили меня хорошо, князь с одобрением осмотрел одежду, я ею подтверждал, что действительно прибыл из Индии, после чего пригласил в дом. После обычного ужина, было, кстати, много народу, воины и помощники князя, тот припросил меня пройти в отдельный кабинет. Вручить подарки я не забыл. Ещё когда нас представили друг друга, женщины были в восторге. Да и князь, осмотрев лезвие кинжала, явно из Дамаска был, вполне благожелательно продолжил встречу. В кабинете мы общались, вернее, играли, одновременно общаясь. Князь оказался неплохим игроком, но не сильным, три партии и все три проигрыш. Пока шли партии, я подробно описал своё путешествие, особенно сражения на море с пиратами и испанцами, про датчан и литовцев тоже помянул, даже не подумав скрывать. Князь только крякал, внимательно слушая меня. В кабинете мы были одни, так что никто не мешал нам вести беседу. Тот тоже дал информацию по самой республике, посадникам, тысяцким и остальному. Описал как лучше вести себя чужаку и впервые назвал меня варягом. Причём пояснил, что так называют чужеземных воинов, иногда знатного происхождения. Меня это звание вполне устроило, и возражать я не стал.