— 16 —

Март. 1228 год. Южный Уэльс. Ньюпорт. 

Воздух был холодным и промозглым. Пепельно-серое небо, затянутое тяжелыми тучами, грозилось обрушиться ливнем. Запах удушающей гари, что разносился по площади, был невыносим. Толпа людей: безликая, отчужденная, окружила эшафот. Отовсюду слышался лишь боязливый шепот, сдавленный плач и осуждающее роптание.

Маркус Стрикс наблюдал за казнью. Он стоял неподалеку от горящего подмостка и вдыхал смог, в котором переплетались вонь нечистот, смрад жженой плоти. В его глазах отражались лепестки огня, которые вновь пылали зря.

Эти люди мнили себя вершителями судеб. Они считали, что сжигают тех, кто нечестив перед их Богом. Что им известно о нем? Когда-то они называли Богами заклинателей. Поклонялись им, строили храмы, приносили дары. Порой одно заклятие приводило простых смертных в экстаз. О магах слагали легенды. Люди горазды рассказывать сказки: им важно во что-то верить. Пока маги поддерживали их веру, мир был другим.

— Да упокоится с миром этот несчастный, — голос священника прервал размышления заклинателя.

Обугленные останки в спешке отвязали от столба. Люди в рясах приносили сырую солому, чтобы мучения приговоренного к казни длились как можно дольше. Тем временем стражники подвели к эшафоту следующую приговоренную.

Она была облачена в грубую шерстяную рубаху в пол, которая мешком висела на ее опущенных плечах и едва ступала босыми ногами по сырой земле. Один из воинов грубо толкал ее в спину, подгоняя. Девушка не сопротивлялась, не кричала и не плакала. Лицо перепачкано сажей, на левой скуле кровоподтек, из обветренных губ сочилась кровь. На вид ей было не больше семнадцати. Серо-зеленые глаза, четко очерченная линия губ, немного заостренный подбородок и высокие скулы.

— Тебя признали виновной в колдовстве и сговоре с Дьяволом, — монотонно проговорил священник. — Дабы спасти свою душу от вечных мук, покайся и сознайся в своих грехах.

— Ведьма!

— Сжечь ведьму!

Толпа оживилась. Девушка подняла голову и с ненавистью посмотрела на старого священника.

— Вы обещали, что пощадите моих детей, — заклинатель замер, услышав сквозь гвалт толпы ее голос: чистый, мелодичный.

— Их души, дитя. Их души будут спасены. Ты все видела сама.

Маркус тоже видел, как горел один из домов на окраине Ньюпорта, когда рано утром приехал разведать местность, неподалеку от лагеря.

— Покайся, дитя, и Господь облегчит твои страдания.

— Гори в аду! — выплюнула она ему в лицо.

В толпе кто-то принялся молиться, а священник отшатнулся. Стражники схватили девушку и под возгласы горожан повели к столбу.

«— Нехорошо будет, если такую красоту погубит огонь». 

Стрикс опустил голову, мысленно обращаясь к черному волку, который все это время сидел у его ног. Зверь тихо заскулил. Люди бросали в их сторону подозрительные взгляды, перешептывались, но глядя на волка, видели простого пса.

«— Давай покажем этим смертным немного настоящей магии?»

Рык, никак не вяжущийся с обликом облезлой псины, вновь привлек внимание горожан. Пространство вокруг заклинателя затрепетало, скидывая заклятие обманывающее взор. Видимость растаяла, и толпа ахнула в изумлении. На том месте, где мгновение назад сидела грязная неприметная дворняга, стоял крупный волк. Черная шерсть берсеркера топорщилась на загривке, он неистово рычал. Зеленые, словно два изумруда, глаза ярко сверкали.

— Сатана! — закричал кто-то. Поднялся крик, люди бросились врассыпную.

— Ведьма! Она призвала Дьявола на свою защиту! — доносились чьи-то обезумевшие вопли.

Несколько мужчин кинулись к Маркусу. Заклинатель лишь взмахнул рукой. Людей сбило с ног и протащило по земле. Больше они не поднялись. Стрикс скинул с плеч тяжелый плащ и обнажил меч, отбивая атаку подскочившего стражника. Двое других двинулись в наступление.

Священник нараспев стал читать молитву на латыни и не переставал креститься. На его лице застыла маска невообразимого ужаса: губы дрожали, маленькие водянистые глазки бегали из стороны в сторону. Он схватил горящий факел и побежал к эшафоту.

— Блэкхард!

В пылу боя Маркус видел, что собирался сделать священнослужитель, но отбивая рубящие удары, которые сыпались на него один за другим, не мог ему помешать.

Волк повалил на землю одного из стражников, вцепился ему в глотку, вырвал кадык и повернул окровавленную морду в сторону эшафота. Трясущийся, словно осиновый лист на ветру, священник сжимал одной рукой массивный серебряный крест на своей шее, а другой подносил к сухим веткам и соломе факел. Черная тень ураганом метнулась к нему. Над площадью раздался вопль, полный боли.

Все вокруг заискрилось от очередного заклятия, рассекающий удар невидимого хлыста, отправил в забвение еще двух воинов. Их подбросило в воздух, и тела с высоты рухнули на землю.

Маркус вытер об одежду убитого меч, огляделся. Площадь опустела. Оттаявшая грязь под ногами, смешалась с пролитой кровью, ее металлический запах ощущался в прохладном весеннем воздухе. Стрикс с презрением взглянул на священника. Он так и сжимал крест на своей груди. Стеклянные глаза смотрели в небо, где серой мглой расплывались облака. Теперь тишину нарушали только крик воронов и тихие всхлипы девушки.

Маркус осторожно перерезал веревки. Она оттолкнула его, сделала несколько шагов и упала на деревянный настил.

— Не трогайте меня, не трогайте...

— Тише, — он коснулся ладонью лба и девушка обмякла.

Пронзительный звон. Блэкхард зарычал, но не двинулся с места. Стрикс задохнулся от чужого заклятия, которое невидимым защитным пологом развернулось прямо над ним. Он повернулся и увидел стражника с занесенным стилетом. Из его разинутого рта текла кровь, из груди торчало острие меча. Маркус удивленно выдохнул и встретился взглядом со своим другом. Роберт Вирс спас ему жизнь.

— Ты даже не представляешь, что натворил.

___________________________

[8] Нимуэ, Владычица Озера -- персонаж в цикле Артуровских легенд. По преданию Нимуэ вручила Артуру Экскалибур.

[9] После смерти Чингисхана (1227 год), его наследники двинулись в сторону Европы. Выражение - "Восток пришел на запад" - означает именно это историческое событие.

[10] Замок Монмут - находится в графстве Момутшир в Уэльсе.

Глава 10

X. О чудовищах и людях

— 17 —

Январь, 2011 год. США. Нью-Йорк.

Инквизитор долго выжидал в коридоре, пока белобрысый не покинул кабинет. Озираясь по сторонам, Алекс бесшумно проскользнул в приоткрытую дверь. На стене висела карта мира, на которой было отмечено несколько точек. Внимание Александра привлекла лишь одна, восточнее Фолклендских островов, с прикрепленной к ней газетной вырезкой.

— Острова Аврора? Серьезно?

Алекс бегло прочитал статью, огляделся и подошел к столу, заваленному книгами. Пыльные фолианты, дневники. Один из них оказался открыт. Витиеватые закорючки напоминали руны. Пролистав несколько страниц, Алекс заметил записи на латыни.

— «Мидгардский змей, что лежит на дне океана, опоясывает весь мир…» — чернила выцвели, и следующие строки читались с трудом: — «…древние ритуалы и мощь Истинной силы, сорвут печати с Перехода». Бред какой-то…

Он покачал головой и вернулся к странице, на которой был открыт дневник. Здесь не оказалось ничего, чтобы могло хоть как-то помочь. В коридоре послышались шаги. Алекс бросился назад, но голос Демиурга звучал совсем рядом. Инквизитор обернулся и окинул комнату взглядом, ища пути к отступлению: спрятаться так, чтобы не выдать себя, негде. Оставался только балкон. Алекс едва успел выскочить, как в кабинет вошли.

Редмонд посмотрел вниз. Высота казалась небольшой. Он перекинул ногу через перила и собирался спрыгнуть, когда услышал знакомый голос. Александр спрятался за цветочным горшком и прислушался.