— Как вы здесь оказались?

— Беги! Зови на помощь! — развернувшись, страж кинулся на Проклятого.

Фенрир был к этому готов. В другой ситуации он поддался, позволил бы даже ударить себя, а потом все равно бы указал щенку на место. Сейчас же на это не было времени. Ловко увернувшись, он парировал атаку и схватил Эдгара за горло, приподнимая над полом.

— Молодец, ты последовал моему совету. Первый шаг, чтобы вернуть ее расположение ты сделал. Будь у меня больше времени, я даже подыграл бы тебе, но...

Фенрир отпустил ликана. Кашляя он упал, но успел вовремя подставить руки и теперь пытался насытиться воздухом, что стоило ему драгоценных секунд. Фенрир схватил со стола графин с водой и обрушил его на голову стража. Брызги и стекло разлетелись по комнате, а Эдгар без сознания распластался на полу.

Мари он перехватил у самых дверей, грубо схватил за руку и притянул к себе. Она вскрикнула и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Только пикни и тогда я прикончу его, а затем всех, кто прибежит сюда.

Ее сердце стучало так громко, что закладывало уши. Все равно, что мотылек, угодивший в сети паука. Фенрир смаковал страх Марилли, упивался нахлынувшими эмоциями, ощущал поднимающуюся силу. Она попыталась замахнуться, но он не позволил, перехватил вторую руку и толкнул к стене.

— Что тебе нужно?

— Мне нужна ты, — хрипло произнес он, скользя взглядом по ее телу.

Дыхание сбилось, он облизал пересохшие губы и наклонился к ее шее. Ему ничего не стоило сорвать никчемную тряпку и овладеть ею. С неистовством и животной страстью. С желанием утолить внезапно нахлынувший голод, который она разожгла в нем.

Марилли испуганно дернулась, словно прочла его мысли, чем только позабавила.

— Мари!?

Раздался стук в дверь и Фенрир тяжело вздохнул, прогоняя наваждение. Ее запах затуманивал разум.

— Мари, у тебя все в порядке? — тонкий голос Катерины раздражал его.

— Избавься от девчонки, — прошептал Проклятый ей на ухо.

С влажных волос стекала вода, и маленькие капли блестели на белоснежной коже. Он провел языком по ее плечу, слизывая влагу.

— И без глупостей. Иначе я заставлю тебя пожалеть.

Мари поправила полотенце, послала ему убийственный взгляд и, шатаясь, подошла к двери.

— Я слышала шум, что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась подопечная Маккивера.

— Нет, ничего. Просто... я разбила графин. Все валится из рук. Мне нужно отдохнуть.

Фенрир не мог видеть Катерину, но чувствовал ее настороженность. Отголоски связи, что некогда связывала ее и Гаррета. Это было странно. Он стоял у стены и не шевелился. Принцесса не хотела уходить, но все-таки Мари удалось ее убедить.

— Тогда отдыхай, увидимся завтра. Доброй ночи.

— Доброй, — Марилли выдавила улыбку.

Закрыв дверь, она осторожно повернулась, взглянула на бесчувственного Эдгара, а затем на Фенрира.

— Одевайся, — велел он, сгреб со стула одежду и бросил ей.

Мари поймала вещи, но не двинулась с места.

— Я не ясно выразился?

— Может, отвернешься?

— Как будто я там чего-то не видел, — Проклятый расплылся в улыбке.

Она густо покраснела, и он все же отвернулся. Медленно прошелся по комнате. Все оказалось на удивление просто, даже не верилось. На подлокотнике кресла он заметил знакомый клинок. Марилли уже натягивала футболку, когда Фенрир подошел и взял атаме.

— Что дальше? — она обеспокоенно покосилась на кинжал.

— Немного прогуляемся с ветерком.

Проклятый достал из кармана последнюю склянку с заклятием и вновь притянул Мари к себе. Ухмыльнулся, придирчиво разглядывая. Девушка нравилась ему, в ней бушевало пламя. Фенрир заглянул в воспоминания Маккивера и его улыбка стала только шире.

Заминка стоила слишком дорого. Он не успел ничего сделать, когда она схватила его за руку. Индиговая вспышка ослепила и артефакт, зажатый в кулаке, взорвался. Чувство падения в бездну было недолгим. Обжигающий холод опалил легкие. Удар мгновенного перемещения и болезненное приземление едва не отправило его к праотцам.

Глава 6

VI. В тупике

— 9 —

XXII век до н. э. Остров Сансара.

Грандиозное представление пришлось по вкусу многочисленным гостям и последователям. Все они собрались в Высоком дворце, чтобы вознести хвалу и почести в честь Кхалессы — воспитанницы Хранителя.

Раскрыв рты в немом изумлении, почетные гости наблюдали за двумя молодыми девушками. Они сражались в центре залы, скрещивали саи[3] и двигались с завидной грацией и легкостью, поочередно нанося удары и парируя атаки. Соперницы отличались друг от друга как день и ночь, как свет и тьма. Олицетворением Тьмы являлась сама виновница торжества. Дикая кошка, в движениях которой таилась сила. Ее противница напоминала стремительную лань. Невысокая и хрупкая. Русые волосы были собраны в хвост, а половину лица скрывала золотая маска.

Соприкасаясь клинки высекали искры. Последний выпад Кхалессы оказался решающим. Сай рассек предплечье светловолосой девушке, она замешкалась и Кхалесса разоружила ее. Трезубцы со звоном упали на пол.

— Какого это, когда ученик превосходит учителя, Мааре?

— Это повод для гордости, Кхалесса. — Мааре сняла маску и улыбнулась, на ее щеках появились ямочки.

Толпа гостей одобрительно загудела. Все были восхищены.

Кхалесса прикоснулась к плечу подруги и порез затянулся, не оставив на белоснежной коже и следа.

— Спасибо.

— Пойдем, — она взяла ее за руку и потянула за собой.

Они поднялись по мраморным ступеням к возвышению, где на шелковых подушках восседал сам Демиург. Девушки-рабыни суетились вокруг господина, поднося яства и вино.

— Моя дорогая сестра! — Хранитель отказался от фруктов, которые ему протянула рабыня, поднялся и поцеловал Мааре в щеку. — Ты теряешь хватку.

— Было бы не честно омрачать этот день поражением именинницы.

— Так ты поддалась мне? — возмутилась Кхалесса и забрала у наложницы блюдо с виноградом.

— Совсем немного, — рассмеялась Мааре и опустилась на подушки рядом с братом.

— В любом случае, это было прекрасно. Теперь я вижу, что ты не теряла времени даром, когда училась обращаться с этими железками.

— Мой брат всегда предпочитал клинку магию.

— Не всегда, Мааре.

Девушка хмыкнула, но ответить не успела. По ступенькам торопливо поднимался слуга.

— Мой Господин! — он преклонил колено. — Вы просили доложить, когда все будет готово.

— Куда ты собрался? — Мааре облокотилась на подушки и, потягивая вино, вопросительно посмотрела на брата.

Истинный только загадочно улыбнулся, повернулся к воспитаннице и поцеловав ее в лоб произнес:

— У меня есть для тебя сюрприз. Увидимся на балконе через четверть часа.

— Порой я жалею о том, что у тебя нет способностей, — Кхалесса села рядом с подругой, наблюдая, как Демиург покидает зал.

— А как я об этом жалею, дорогая, — тяжело вздохнула она и коснулась изящного браслета на запястье.

— Порой мне кажется, что братец от этого только выигрывает. Никогда не знаешь, что он придумает завтра.

Они смеялись, обсуждали разодетых гостей, которые подходили и кланялись в знак почтения, приносили свои поздравления и выражали восхищение. Кто-то был искренен, а кто-то напротив, прятал за восторгом страх и даже зависть. Но никто из них не вызывал у Кхалессы такого интереса, как высокий темноволосый воин. Он стоял у парадной арки и как все стражники был одет в кожаные доспехи. Из оружия у него был короткий меч в ножнах и кинжал у левой лодыжки.

— Осторожнее, — она вздрогнула, услышав шепот подруги над самым ухом. — Не стоит заходить далеко, лучше остановится пока не поздно.

— Это не просто увлечение, Мааре. Я люблю его, — признание прозвучало приглушенно и неожиданно.

— Я знаю, милая. Потому и предупреждаю. Вы из разных миров. Ты будешь жить вечно, а он еще несколько десятилетий. Ему не место рядом с тобой.