...То, что мы переживаем, - сумерки, и эти сумерки сгущаются".

А между тем не было более массовой и распространенной по всей стране организации, более демократичной, в его героический период, чем Союз Русского Народа. В течение 1906-1907 гг. в различных городах страны было открыто более 3000 отделов. Союз объединил крестьян, дворян, рабочих и служащих, мастеровых и титулованную знать. Особенно крепкой и многочисленной в 1906 г. была монархическая организация в Петербурге на Путиловском заводе. Когда в 1907 г. в Москве состоялся IV Всероссийский съезд Союза, то на нем присутствовали представители всех монархических организаций. Съехалось 900 делегатов от 130 организаций. В Москве состоялась массовая манифестация в поддержку самодержавия и исторических устоев русского государства. В Успенском соборе делегаты присутствовали на службе, затем у памятника Минину и Пожарскому была отслужена лития с провозглашением вечной памяти спасителям Отечества 1612 г. Хоругвь Русской Монархической партии была выполнена иконописцем Гурьяновым и В. М. Васнецовым. В это время Союз Русского Народа объявил об объединении его с Русским Собранием.

Это был год наивысшего расцвета монархического народного движения. В это время выходят все новые и новые газеты и журналы правого направления. Не менее 80. Союз Русского Народа издает "Русское Знамя" и "Объединение". После раскола Союза в 1909 г. начинает выходить "Вестник Союза русского народа" под ред. Н. Е. Маркова и его же "Земщина", Продолжает выходить "Кремль" Иловайского, "Колокол" и "Вече" Оловенникова, "Черный Сокол" и "Народный голос" Башмакова, "Русское Дело" С. Шарапова, еженедельник "Маяк", "Московский листок", журнал "Русский Вестник" и газета "Московские Ведомости" Грингмута. В Одессе большие неприятности доставляли левым властям "Русская речь" Б. Пеликана, "За Царя и Родину" А. И. Коновницына, председателя одесского отделения Союза Русского Народа. Очень большой известностью пользовались издаваемые в Почаевской Лавре "Почаевские листки", не оставлявшие камня на камне от демагогии левых и происков масонов в подготовке разрушения России. В Саратове выходила "Православная Россия", а Киеве проф. Пихно, Б. Юзефович и Савенко издавали "Киевлянин". В Петербурге выходили "Вера и Церковь", "Душеспасительные чтения" и журнал отца Иоанна Кронштадтского "Кормчий", В Казани и Ярославле, Кишиневе и Вильне, Ельце и Самаре и всюду выходят газеты и журналы правого направления.

Возникает вопрос: а что же так слабо было воздействие этих газет, журналов, брошюр? Все они были малодоходны и требовали денег на содержание. "Русское Знамя", например, требовало ежегодных дотаций в 60.000 рублей. Эти деньги давала богатая вдова Е. А. Полубояринова, "убежденная монархистка", по ее же словам. Но это единственная богатая доброхотна в монархических организациях. Пока правительство давало деньги, правые газеты могли выходить в свет. Левые же газеты содержались за счет отчислений Банков. Деньги левым газетам давали и капиталисты (Рябушинский, Мамонтов, Морозов и др.), давали сионистские организации, доход которых в совокупности по России, согласно их официальному сообщению, составлял около 30 млн. марок. Много денег поступало от зарубежных таинственных организаций. Правые организации не имели вовсе, за названным единичным исключением, богатых меценатов.

Уже к 1912 г. влияние правых изданий в провинции резко падает. Даже в Москве, пишет Меньшиков, правых газет нет. Министерство внутренних дел регулярно получает сообщения о том, что вся русская провинция заполнена левой прессой. В связи с этим фактом уже IV Всероссийский съезд (апрель 1907 г.), объединяющий все правые партии и организации России, постановил: "Озаботиться правительству созданием национальной и патриотической печати".

Как и многие другие подобные обращения к правительству, это осталось гласом вопиющего в пустыне. Пропаганда социалистических идей идет открыто. Все правительственное поносится и подвергается насмешкам. Даже правительственная газета "Россия" держится либерально-кадетского направления. Высказывания левых газет носят характер явного издевательства над русской государственностью. Так, в газете "Волга" в ?? 7 и 9 1909 г. появились заметки о том, что русский государственный флаг годится только на то, чтобы "носить его на заднем месте" или использовать как половую тряпку. Астраханский губернатор, к которому обратился Н. Н. Тиханович-Савицкий по этому поводу, ответил, что он не находит в этих заметках нарушения закона.

В январе 1917 г., за несколько недель до февральского переворота, в правительство поступает "Записка православных кругов Киева". В ней говорится, в частности: "Не менее беспокоит русских людей на местах и то состояние ежедневной прессы, какое наблюдается в настоящее время во всей России. Вся она, за весьма незначительным исключением, поддерживает свое существование на еврейские и, более того, на интернациональные капиталы, принадлежащие не русским банкам. Не удивительно, что эта пресса с каждым днем усиливает свой злостный, антинациональный, противоправительственный и противоцерковный характер... Для них не существует в России ни святынь, ни исторических прав, ни национальных устоев. Ненавидя все русское, все национально-православное, уходящее корнями в глубину веков, они упорно внушают читателям свою заветную мечту добиться республиканского трафарета".

Правые организации постоянно предупреждали правительство, что страна, отданная на откуп враждебной печати, идет к катастрофе. Необходимо срочно создать по всей России национальные газеты. Не было ни одного съезда правых партий, где не принимались бы подобного рода послания к Царю. Особую прозорливость показал Н. Н. Тиханович-Савицкий, председатель астраханской народной монархической партии. Второго декабря 1916 г. он пишет Царю: "Государь, попустительство, уступки и полумеры - не по времени, не по людям. Благодаря уступкам крамоле дело дошло до того, что у нас уже нет правительства, оно само не знает кого слушать, кому угождать, министры меняются чуть ли не ежемесячно, и на местах власть запугана и парализована. Государь! Возроди правительство... Торопись, государь, торопись!"

И еще: "Печать, особенно провинциальная, почти вся в руках левых и евреев". 20 марта 1916 г. он шлет телеграмму Ростовскому отделению Монархической партии: "Подготовлен решительный натиск на верховную власть. Молите государя не слагать самодержавия. Нельзя отдать Россию сумасшедшим..."

К 1916 г. в стране уже оставался только призрак самодержавия. Почти вся хозяйственная жизнь страны и все органы самоуправления были в руках враждебных правительству лиц - земских и городских управ и их бесчисленных комитетов, которые якобы должны были на государственные деньги помогать фронту. Но вместо помощи готовился переворот и Царю это было хорошо известно, как и министерству внутренних дел. Между тем, правительство тратило на содержание не только ненужных, но и вредных комитетов и земств миллионы рублей. В 1916 г. около 500 миллионов. И в то же время правые организации не могли допроситься и нескольких сот в год на содержание какой-нибудь канцелярии из двух комнат.

Как действовали правые организации? В первую очередь это собрания в больших помещениях с докладами. 21 ноября 1905 г. в огромном зале Михайловского манежа в Петербурге Союз Русского Народа организовал первый публичный митинг, который собрал более тысячи человек. Митинги, выступления в раздраженной обстановке злобно настроенной толпы - в то время это был героизм. В. Г. Орлов, активный член Союза Русского Народа, служащий Московского железнодорожного узла, вспоминал в 1913 г.: "Не в залах епархиального дома, окруженный единомышленниками, а в огне революций, на митингах, среди угрожающих мне врагов, произносил я своя первые речи. С самого начала смуты я, маленький железнодорожный служащий, не раздумывая о завтрашнем дне, забыл о своей жене и семи, ничем не обеспеченных детях, и стал в ряды активных борцов с крамолой. И не остановили меня и моей деятельности те три смертных приговора, которые я получил от революционных комитетов, и то покушение на мою жизнь (на Мытищинском заводе), от которого я спасся чудом. В самый разгар мятежа на железных дорогах я первый поднял знамя служения Царю и Родине железнодорожных служащих и своей энергией и примером сплотил верных престолу, но разрозненных железнодорожников в зачатки тех союзов, которые моими же трудами превратились в настоящее время в мощные легионы, готовые каждую минуту противостоять попыткам к забастовкам... Я объехал более 30-ти губерний, везде собирая верных сынов отечества... Вся эта моя деятельность сопровождалась нападками левых газет, всячески поносивших и клеветавших не только на меня, но и на мою семью..."