— Уйдите, гадики, — истеричные вопли фальцетом заставили ненадолго забыть про Асвера, — она моя! Тепленькая, свеженькая, вкусненькая!

Вывалившись из кустов, я так и замерла, пораженно уставившись на представшую моим глазам картину. А посмотреть было на что.

У узкого ручья, пятясь и подскакивая, носилась тощая облезлая нечисть. Больше всего она походила на кошку. Огромную кошку с большими ушами и крысиным хвостом.

У ее лап лежала та самая девушка, котелок валялся рядом, поблескивая начищенным боком, он почти на треть ушел под воду. И вокруг всего этого безобразия застыли растерянные боевики.

— Вон пошла! — раздраженно рявкнул Реннан, медленно приближаясь. — Мне этой студентке еще наказание назначить надо. С простой нечистью не справилась.

— Кто простая? Я простая? Да что б ты понимал, блохастый! Я уникальная, можно сказать эксклюзив… — возмущенно запела она, жмурясь, но стоило оборотню протянуть руку к девушке, как «эксклюзивная» нечисть злобно рявкнула: — Куда хваталки свои тянешь?! Она моя.

— Это еще что за мутация? — выдохнул у меня за спиной Асвер.

— Эксклюзивная нечисть, — гордо ответила ему я, наблюдая за спектаклем.

— Ей тебя и скормлю, — решил он, приобнимая меня за плечи, и озабоченно поинтересовался: — Сень, почему именно зломордый?

— А ты свою морду… пардон, лицо видел?

Нечисть в этот момент увидела вновь прибывших, радостно оскалилась и бросилась ко мне:

— Какая прелесть! Какая милость! Отдай мне, а? Ну отдай! Тебе не пригодится, а я его выпью. Крррасивая стану!

А я почему-то сначала подумала, что ей Асвер нужен, и когда он меня за спину себе задвинул, хотела его остановить, но эксклюзивная возмутилась раньше:

— С дороги уйди, злобный доходяга. Ты мне неинтересен. Дай с прелестью поговорить. Уж мы-то общий язык найдем.

Я нервно хихикнула. Просто не смогла сдержаться. Некромант дернул плечом, обернулся ко мне и пригрозил:

— Серьезный нас с тобой ждет разговор.

— Прекратить балаган! — Кэп не выдержал и немножко озверел. Глаза вспыхнули желтоватым светом, вся фигура слегка раздалась, одежда на плечах затрещала, а в голосе его послышалось отчетливое рычание, — всем вернуться в лагерь! А ты прочь пошла!

Нечисть уходить не хотела, она поджимала лысый хвост, косила красным глазом на оборотня, но упрямо ползла ко мне. На животе. Прижав к плешивой голове уши. И тихонечко мурлыкала:

— Радость моя, красивость моя. Столько силы, столько мощи. Столько энергии.

— И давно к тебе нечисть стала так трогательно относиться? — полюбопытствовал вывалившийся из кустов у меня за спиной Октай.

— Кажется, она не меня имеет в виду. — Руки чесались, как хотелось потрогать камень. Все мои проблемы в последнее время связаны были только с ним. И это, я была уверена, тоже его вина.

— Пошла прочь, мерррзость! — рявкнул Реннан. Второкурсники бросились врассыпную, впечатленные раскатистым рыком. Вжав голову в плечи, я тоже ринулась было назад, но налетела на Октая и замерла. Оборотень произвел неизгладимое впечатление на всех, кроме нечисти.

Недовольно фыркнув, она поднялась на лапы, обиженно покосилась на капитана и, переведя влюбленный взгляд на меня, пообещала:

— Еще увидимся, моя вкусность. — После чего с гордо поднятым хвостом скрылась в кустах.

— А почему мы ее не убили? — подал голос кто-то из толпы. Воинственный второкурсник.

— Разумная, тварь. Таких запрещено истреблять, если они не проявляют агрессии.

— Но она проявила! — Нервно поежившись, девушка, на которую напала эксклюзивная, с тревогой оглядывалась по сторонам.

— У тебя ни царапины, — раздраженно рыкнул Реннан, потер переносицу и велел: — Все возвращаются в лагерь.

Второкурсники поспешили выполнить приказ. Меня же настиг недовольный окрик оборотня:

— А ты, вкусность, постарайся одна не бродить.

— Связать тебя надо и в палатке оставить, — зло прошипел, хм, злобный доходяга, подталкивая меня в сторону кустов. Я подталкиваться не хотела, меня очень интересовало, кто же наберет водицы и будет ли у нас вообще ужин. — Сень, не беси меня и иди.

И вкусность не стала спорить, вкусность подчинилась. Как ни крути, но встретиться еще раз с эксклюзивной один на один мне бы не хотелось. Все же это не нечисть из приакадемических лесов. Она вряд ли удовлетворится куском пирога. Что-то мне подсказывало, она бы предпочла мясца и совсем не смутилась бы, окажись оно человеческим. Не просто так ведь к второкурснице прицепилась.

— В палатку, — велел Асвер, когда мы вывалились из кустов на знакомую уже поляну.

И на этот раз я молча выполнила его требование. Забралась в палатку, уселась на одеяло и… зря я это сделала. Бессонная ночь дала о себе знать. Если днем, пока мы брели по недружелюбно настроенному лесу, у меня не было времени подумать о том, как же я устала, то сейчас оно появилось.

Впрочем, я им даже не воспользовалась толком. Вырубилась сразу же, как только отогрелась. Кажется, даже сидя. И совсем не вспомнила о том, что мне голодно и хотелось бы поужинать. Мне было не до еды. Я спала.

Вот только проснуться пришлось всего несколько часов спустя.

Я стояла. Точно стояла и отчетливо ощущала, как кто-то дует мне на лоб, придерживая за плечи.

— Интересненько, — пробормотала я, чувствуя, как босые ноги холодит земля. Пальчиков я уже не чувствовала. Подмерзли мои пальчики. Да и сама я словно состояла изо льда. Холод был везде. И внутри меня его было значительно больше, чем снаружи.

— Проснулась? — голос я узнала сразу.

Диар.

Стоял. Смотрел. Придерживал за плечи, не позволяя мне куда-то идти. А когда заметил, что я пришла в себя, поразил невозможным:

— Не знал, что ты ходишь во сне.

— Ась? — Подняв на него глаза, я несколько долгих мгновений пыталась понять, почему мне холодно, где мои сапоги и курточка и почему Диар посреди ночи, полностью одетый, по недружелюбному лесу разгуливает.

А самое главное — что здесь я делаю?

— Ты не беспокойся, я знаю, что вас в таком состоянии будить нельзя. У меня сестренка такая же. Но я научился из такого состояния выводить. Два месяца к лекарке ходил, обучался, — заверил он, неправильно поняв мой пришибленный вид.

— Диар, а я не… — запнувшись на полуслове, примолкла. Не что? Не лунатик? И как же тогда посреди леса оказалась? Камешек на груди медленно остывал, рождая в душе нехорошие подозрения. Откашлявшись, попыталась взять себя в руки и подозрительно поинтересовалась, попеременно поджимая замерзшие ноги:

— А ты чего здесь бродишь?

— Местность проверяю. — Глядя на мои мучения, он стянул с себя куртку и укутал мои плечи. Стало немного теплее. — Реннан хочет устроить экстремальное пробуждение своим студентам. Велел проверить, сколько поблизости есть пригодных для поднятия тел.

— И как? — Кутаясь в чужую куртку, я все же продолжала бессовестно мерзнуть.

— Давай вернемся в лагерь, — вместо ответа предложил Диар. Посмотрел на мои голые ноги и хмыкнул.

На поляну я въезжала, сидя на спине у самого замечательного некроманта на свете. Он мало того что курткой поделился, так еще и дотащил до места назначения невезучую и местами подмороженную целительницу.

А там, в свете круглобокой луны, мечась между палаток, меня поджидал злющий белобрысый ужас. Асвер бесился, гляделки его пылали красноватыми всполохами, и вид он имел устрашающий.

— Ведьма! — И голос до костей пробирал. Кто его только учил так разговаривать? — Ты где была?

Сильнее вцепившись в рубашку моего двуногого транспорта, я малодушно соврала:

— Гуляла. — А то, что не помню, как на прогулку выходила, так это мелочи. Главное, что ни во что серьезное эта моя прогулка не вылилась. Теперь осталось только поблагодарить Диара, вернуться в палатку и попытаться отогреться. Главным для меня сейчас было не заболеть. А зломордый обойдется и без объяснений.

— С ним?!

Очень захотелось спрятаться и все объяснить. Вот сразу. И про слабое свое здоровье забыла мгновенно.