демонстрации протестующих против чего-то там или наоборот, требующих к себе и своим нуждам повышенное внимание.

Европа и США несли куда большие потери, и лишь запасаемый ими на протяжении десятилетий жирок удерживал бывших лидеров на плаву. Можно загнать четверть населения в резервации, заставить батрачить за гроши и охранять их своими вооружёнными силами. Но тогда в других местах все эти люди трудиться уже не будут. Мусор же сам по себе не вывозится, улицы не подметаются, и даже туалеты должен кто-то чистить. А к каждому чернорабочему, которыми исторически являлись беднейшие слои общества, ныне попавшие в тиски принудительного труда, надсмотрщика с автоматом не приставишь. К тому же регулярно случающиеся бунты в поселениях-тюрьмах и непрерывным потоком льющаяся в стычках кровь сопровождались побочными явлениями. Впечатляющие пожары, начинающие в гетто, иногда сжирали целые кварталы, особенно если распространяться им помогали отчаявшиеся люмпены, вооружённые коктейлями Молотова. Сопровождающиеся применением танков и артиллерии спецоперации давили сопротивление, но разрушали сооружения и коммуникации немногим хуже. Ну и, конечно, сильнее всего по ним ударила сократившаяся в несколько раз международная торговля.

На дворе темно и холодно, ибо электростанция, линия проводов или система центрального отопления разрушена или повреждена. Починить её, может, и найдётся кому, но нет деталей, а имеющиеся запчасти срочно реквизировали солдаты для более нуждающихся. Заводы могут выпустить новые, но на это нужно время. И ещё нужно найти станки, поскольку некие неведомые силы свистнули всё оборудование. Или нет сырья, ведь пропали в никуда все запасы вместе с ведущими к шахтам рельсами. Морем товары тоже не вдруг доставишь, ибо кораблей вдруг стало как-то меньше, и им тоже нужно горючее и запчасти. Да и не везде оно есть, море-то. В таких условиях маленькое чёрное платье от кутюр будет цениться куда меньше, чем обычный тёплый ватник. А вот навороченный фотоаппарат для селфи с возможностью звонить обладателям другого такого же брендового чуда уже становится как-то вдруг и не сильно нужен. Как и другая продукция, не относящаяся к товарам первой необходимости. К тому же напряжённая ситуация на политической арене позволила многим производителям послать подальше патентное право и изготавливать абсолютно идентичные копии пользующихся спросом товаров, не делая ни малейших отчислений чужим дядям, сидящим от них где-то далеко.

Великий халифат, занявший собой почти всю Африку и закинувший жадные щупальца в Евразию и даже Океанию, стал буксовать. Объединённые было религиозными лидерами в единое целое разнородные племена, народы и нации вспомнили об имеющихся у них противоречиях. А ещё на территории новообразованного государства было слишком много людей, умеющих стрелять, резать глотки и молиться, но не слишком желающих работать. Мгновенно появившийся аналог мусульманской инквизиции укладывал подобные элементы в землю целыми поселениями, не стесняясь проводить ковровые бомбардировки, зачистки под ноль семейств и кланов, а также показательные суды, на которых в качестве меры наказания регулярно использовались сожжения, утопления в свином навозе, сажания на кол и даже мало отличающиеся от последнего по последствиям изнасилования специально обученным слоном. Первый раз подобным изуверским образом казнили каких-то чудом не утративших розовых очков активистов Гринписа, без спроса сунувшихся на окраину Чёрного континента и попытавшихся освободить цирковых животных от неволи. В результате «зелёные» познакомились с крупнейшим наземным млекопитающим планеты, которое они сами несколькими днями ранее пытались выпустить из вольера, намного ближе, чем хотели бы. А народным массам процесс так понравился, что его тут же решили повторить в нескольких близлежащих регионах. Благо не было недостатка в обитателях вырытых в земле ям, заменяющих нормальные тюремные камеры и обходящихся гораздо дешевле. Пока оставалось не ясно, удастся ли властям лишь недавно появившейся мировой державы удержать в узде своих подчинённых и построить для выживших счастье на крови, но первые оптимистичные прогнозы уже звучали. Если повезёт, то занимающая континент с лишним теократия в кратчайшие сроки повторит судьбу многих империй-однодневок и развалится под собственной тяжестью обратно на относительно безопасные отдельные составляющие-страны.

Китай, отгородившийся от остального мира своим аналогом железного занавеса, чуть снизил уровень паранойи. И оказалось, что он, если и не отделался лёгким испугом, так, по крайней мере, восстанавливается быстрее прочих. Да, понесла ужасные потери промышленность, да, были массовые беспорядки и неизбежные жертвы… Но всё уже под контролем, и всем необходимым самый населённый в мире гигант обеспечивал себя сам. А миллион китайцев с лопатами есть миллион китайцев с лопатами, которые запросто заменят собой любую более совершенную технику. И ни лопат, ни китайцев пришельцы не воровали.

В последних строчках информации с Земли кто-то решил чуть разбавить мрачный тон новостей и сообщил, что лучше всего в настоящий момент чувствуют себя пигмеи из дебрей Амазонки. У них нету ни черта, но у них и раньше ничего и не было. А контакт вместе с основными достижениями цивилизации изначально прошёл для этих ребят по разделу мифов, сказок и легенд, к которым вряд ли кто-нибудь серьёзно относится, кроме местной интеллигенции в лице укуренного дикой кокой шамана.

Шесть часов понадобилось мне, чтобы сначала закончить работу, а потом незаметно прогуляться до медицинского блока и сравнить крошку найденного мной образца с широко известным средством для повышения потенции. Хотя как незаметно? Меня видело много народа, плюс расставленные в ключевых местах корабля видеокамеры, от которых я и не думал скрываться. Всё равно укрыться от абсолютно всех глаз не получится, не в условиях ужасной скученности нужно осваивать искусство прятанья в тенях.

До обители врачей я доковылял с самым невозмутимым видом, а после потратил почти сорок минут на заигрывания с медсестричкой, официальным предлогом для которых послужило желание получить лёгкое обезболивающее. Таблеток девушка двадцати шести лет так и не дала, ссылаясь на режим жёсткой экономии. Не обломилось мне и чего-то поинтереснее. А вот одну порцию виагры, изначально не состоявшей на балансе медпункта, удалось-таки обменять на обещание отвязаться от неё и на горсть конфет, которые я самым наглым образом тиснул из дядюшкиной резиденции. Даже если бы кто-нибудь и заинтересовался моим поведением, ничего слишком неестественного в поведении молодого здорового мужчины он не нашёл бы. Втихую добраться до химического анализатора и засунуть в него добытую из европейской капсулы таблетку тоже преступлением не являлось. Любопытство ведь не порок – вот захотелось вдруг мне узнать химический состав возбудителя, и всё тут. А от людей таился – потому как стыдно быть замеченным в подобном интересе. К тому же лишь чуть-чуть поцарапанное лекарство я проворно упаковал в целлофановый пакетик. А значит, могу использовать по назначению, когда будет с кем. Единственное, в чём меня могли бы обвинить в случае детального