— Не надо на руках, — Я мгновенно вскочила и потерла сонные глаза. — Мы уже приехали?

— Да.

Кендар помог мне выйти из кареты. День явно перевалил за полдень, стояла невыносимая жара. Увитая цветами беседка неподалеку словно колебалась в воздухе, когда я на нее смотрела. Щеки горели. Когда я споткнулась, Кендар нахмурился и прижал руку к моему лбу.

— Ты вся горишь. Спала у окна с солнечной стороны. Тепловой удар не за горами. Отдохни немного и прими прохладный душ.

Сил спорить не было, я действительно сильно устала. А еще вдруг почему-то стало страшно, словно проснулась интуиция и… предостерегала? Но от чего?

Спокойно, Лилиана, ты в доме Брайта, который охраняют лучше королевской резиденции, ничего не может случиться. И твоя тревога — лишь результат жары. Шутка ли, всю жизнь прожить сначала в средней части страны, потом на самом севере, потом в горах Райкарры. И теперь вот так запросто бегать часами на солнце, заниматься любовью и спать в нагретой жарой карете.

Нужно отдохнуть и освежиться. А потом… потом я, наконец, выясню, чего хочет Кендар. И как мне быть с тем, что происходит в последние два дня.

Из душа шла ледяная вода, но с меня стекали уже теплые струйки — настолько сильно я перегрелась. В зеркале отражалась покрасневшая и немного измученная Лилиана. Наверное, все еще симпатичная, но какая-то другая. Даже не знаю, нравилась она мне, или нет.

Она чувствовала, она принимала решения, она была свободной. Хоть и свобода — понятие вообще относительное.

Вечером я выясню все, что хотела знать. Как Брайт вышел на моего отца, почему Кендар мне помог, почему он так ненавидел меня с самого начала. А главное — что будет дальше. Что станет с нами после того, как я научусь быть карханом. Что делать с этим диким влечением, как жить в новой семье. И где найти себя после всех треволнений.

Слишком много вопросов для маленькой Лилианы, но мало для Кендара, который знал ответы на все.

Расправленная кровать ждала меня в свои объятия. Вместо одеяла добрая Каролина положила легкую простынку, а на тумбочку поставила стакан с прохладной лимонной водой. Этот жест заботы вдруг вызвал непрошенные слезы. Вспомнился папа, приносивший горячий малиновый чай постоянно, когда я болела. Его ввергали в панику простуды. Он поил меня малиновым чаем непрерывно, да так часто, что к концу болезни меня начинало от него тошнить. Мы жили вдвоем и это было прекрасное время.

Он сказал бы, что надо двигаться дальше. Оставить прекрасные мгновения в прошлом и найти в своем настоящем то, что захочется оставить в будущем. Помнить, но не терять вкуса к жизни. Он знал, что умрет, он писал об этом Брайту. Знал, что мне придется нелегко, но в то же время надеялся, я вырвусь. Надеялся на помощь друзей и на меня.

Вырвалась. Осталось стать счастливой.

Мы верили, что близкие ждут нас за чертой, но от печалей их души становятся слабее и могут исчезнуть. Мы улыбались с гордо поднятой головой. Хоронили их и жили дальше, стараясь радовать и помнить. Я не знала, правдивы ли эти древние легенды, но верила так сильно, как только могла.

Сбросив оцепенение, я вздохнула. Мысли путались от переутомления. Нужно было поспать несколько часов, если я хотела быть за ужином бодрой. Поэтому я повернулась к креслу, чтобы снять халат.

И в это же время рот зажала жесткая мужская рука. В нос ударил пряный мерзкий запах, замутило. Я дернулась, но после насыщенного дня это усилие выглядело жалким. Комната поплыла перед глазами. Почувствовала, как отключаюсь и с какой-то странной обреченностью увидела в стекле смутно знакомый силуэт.

Что ж, боги любят играть с такими, как я. Подбрасывая вкусную косточку, они резко выбивают опору из-под ног. Должно быть, это весело…

* * *

Сука… он смотрел, как она проходит мимо окна, стаскивает с обнаженных плеч халат и не знал, что чувствует сильнее: обжигающую ненависть или непреодолимое желание овладеть ей. В голове теснились образы, один откровеннее и волнительнее другого. Скоро он получит желаемое, скоро ее жизнь будет зависеть от его воли.

И уж он не упустит свой шанс. Райан Торн не был главой стаи, но определенно он был сильнее многих карханов. Он умел ждать… умел наслаждаться ожиданием, этим сдерживаемым нетерпением. Он мог наблюдать, выслеживать добычу, загонять ее в ловушку, чтобы вволю насладиться победой.

Райан Торн был превосходным охотником, а Лилиана Морено — превосходной жертвой.

Последний шаг, особенно приятный, особенно важный и в то же время опасный. Шавки Лармаро патрулировали территорию. Ублюдок Кендар предупредил Брайта, что Райан и Динар могут начать мстить. Но в любой обороне есть слабое место, и главное — найти его раньше противника.

На этот раз Райану повезло. Спустя год после пожара ему улыбнулась удача. А от леди Морено она отвернулась.

Одним мощным прыжком он оказался у нее окна и подтянулся на руках. Зверь рвался изнутри, но карханом девушку не выкрасть. Придется немного потерпеть, через несколько часов он повеселится вволю. В ушах, словно наяву, звучал ее голос, из прошлого доносились крики. Об этом звуке он мечтал долгий год.

Наверное, он безумец. Райан не думал, что будет после. Все его существо сосредоточилось на сейчас.

Когда хотел, он двигался удивительно бесшумно. Стремительно оказался за ее спиной и, прежде чем Лилиана почувствовала его присутствие, зажал ей рот рукой. Зверь уловил всплеск страха и довольно замурчал. Да… бойся, девочка, бойся его и прочувствуй этот момент беспомощности, ужаса. Прочувствуй и засыпай.

Медленно, по мере того, как сонная мазь проникала в легкие, Лилиана Морено оседала у него на руках.

Идеально.

Тихо. Потрясающе. Восхитительно волнующе.

На пару минут он оставил ее лежать на светлом ковре, а сам подошел к столу и достал лист бумаги. Он долго тренировал ее почерк по нескольким письмам, что чудом сохранились в сейфе Дрейка при пожаре.

"Дорогие Кендар, Джессен. Знаю, вы будете злиться, но я должна немного побыть одна. Обещаю, что не уйду за пределы территории Брайта, но прошу, дайте мне день. Я должна разобраться с собой и… нами. Лилиана".

Зелье, маскирующее его собственный запах, действовало не так уж долго, так что медлить не стоило. Райан подхватил спящую девушку на руки и проворно спрыгнул под окно.

Веселье начинается. Ему казалось, словно он ребенок, которому вот-вот подарят огромный сладкий подарок.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Я проснулась от того, что было холодно и твердо. Это пробуждение определенно не было для меня типичным, поэтому резкий прилив энергии не оставил и следа от сонливости. Лишь мерзкий привкус крови во рту напомнил об обстоятельствах, при которых я заснула.

Языком потрогала губу — прокушена и чуть припухла. Ерунда, пройдет через день… если я еще буду жива.

В комнате никого не было, зверь внутри не улавливал чужое присутствие, но все вокруг, а теперь и я сама, было пропитано знакомым запахом. Карханов здесь было двое, но запах Райана перебивал второй. Казалось, этот запах буквально вызывал панику, не обусловленную реальным положением дел.

Хотя почему? Уже то, что я проснулась неизвестно где, было поводом для паники.

Это была комната, бедно обставленная, со старой мебелью и покрывшимися кое-где плесенью обоями. Через узкое окошко наверху лился мягкий утренний свет. Я проспала всю ночь… наверняка меня уже начали искать. Кендар должен был понять, что сама я не уйду. После ночи на пляже, после прогулки в лесу… он тоже почувствует запах Райана и меня найдет.

Если мыслить логически, то я не так уж и далеко была от дома Лармаро. Даже если меня везли в экипаже, то не больше шести часов, максимум — восьми. Райану не хватало сил и ресурсов, все, что его толкало — жажда мести. Она была такая яростная и неистовая, что заставляла забыть о безопасности.

Это шанс. Крохотный, но вполне реальный шанс.