Глава шестая
– Да сколько можно восхищаться этим чертовым Брайсом! Меня тошнит от этого залитого сиропом бреда! – взревел Реджинальд и швырнул дневник через всю комнату.
Дневник упал на затоптанный пол перед дверью съемной комнаты, в которой он жил, и раскрылся. Прошло некоторое время, прежде чем он успокоился и уставился на маленькую книжицу. Он встал и поднял дневник.
Гнев ему сейчас не поможет, нужен холодный расчет. Он использует каждую крупицу информации, которую получил от этой дамы, чтобы покончить с ее отцом, а заодно и с Сент-Джеймсом. Сейчас, когда светский сезон в самом разгаре, он был почти готов сделать свой ход. Реджинальд вытащил старое ожерелье из кармана, провел большим пальцем по его золотой поверхности и отложил до подходящего момента. Открыв дневник еще раз, он обратился к следующей записи, написанной рукой Изабель.
– Скоро, Изабель. Уже скоро. Твой папочка и Сент-Джеймс пожалеют, что посмели тронуть меня.
Я беспокоюсь за Викторию. Когда я пишу эти строки, она сидит в другом конце гостиной, снова и снова перетасовывая колоду карт. На фоне холодного зимнего дождя, барабанящего в окно, этот звук успокаивает, но она тренируется перед чем-то конкретным. Я не возражаю против ее увлечения азартными играми, но отец сказал, что отправит ее обратно в наше поместье, если она снова станет играть. Я люблю сезон в Лондоне – балы, насыщенную городскую жизнь, – но не хочу быть здесь без Виктории. Иногда она страшно выводит меня из себя, но я обожаю ее. Она моя сестра. Надеюсь, она никогда не прочитает это, потому что будет издеваться над моими словами о любви несколько недель подряд, если узнает, что я написала.
Сегодня вечером – первый бал, на который мы поедем в этом сезоне. Мы пробыли в городе еще недостаточно долго, чтобы обзавестись знакомыми, но я уже подозреваю, что Виктория тайком выбирается из дома ночью, чтобы найти место, где играют в карты. Я знаю, что не могу отговорить ее от участия в азартных играх, но не выдам ее секреты, как и она бы сделала для меня. И как женщины выживают без сестер? Я благодарна, что мне не пришлось узнавать ответ на этот вопрос.
– Я в порядке. В полном порядке, спасибо, что спросили, – пробормотала Изабель, и дама, повернувшись к ней спиной, двинулась в заполненный бальный зал. Весь вечер люди без конца задавали вопросы о Виктории, и только о Виктории.
Как ваша дорогая сестра?
Когда мы снова увидим счастливую леди?
Мы слышали, что готовится свадьба, это правда? Поскольку вашей сестры сегодня здесь нет, вы должны сообщить нам все подробности.
На эти и другие вопросы, сыпавшиеся отовсюду в зале, отвечала мать, и каждый раз ее взволнованность была окрашена в разные тона по интенсивности. Делая вид, что поправляет медальон на шее, Изабель перевела дыхание, чтобы успокоиться, и осмотрела бальный зал в поисках Эванджелины и Розелин. Или кого-нибудь из хороших знакомых.
Виктория всегда была на ее стороне в подобных ситуациях, заполняя любую паузу колкими комментариями о происходящем вокруг. Изабель до этого момента не понимала, как это неудобно – стоять у стены бального зала, но ей лучше побыстрее привыкнуть к своему новому положению. Она должна. Розелин и Эванджелина не могли остаться с ней навсегда. Однажды они будут заняты своими мужьями и семьями. А Изабель будет все так же стоять у стены, даже без сестры, которая могла бы составить ей компанию…
Нет! Изабель продолжит свой собственный путь, как Виктория выбрала свой. Взглянув на толпу, собравшуюся по периметру, она сделала шаг назад, ближе к ряду высаженных в кадки деревьев, которые выстроились вдоль стен бального зала. Вдали от окружающих ее групп людей она теперь могла наблюдать и, возможно, шпионить за своим тайным поклонником. Нет, здесь такая давка, что лучше отойти подальше. Она сделала еще один шаг назад.
– Когда вы попросили меня показать жизнь, которую я вижу своим зорким пиратским взглядом, я и не думал, что вы намереваетесь ходить туда-сюда, не разбирая дороги.
Изабель повернулась и посмотрела на Сент-Джеймса. Наконец-то она нашла друга на этот вечер. Ах, она бы с благодарностью обняла его. На самом деле она этого не сделала, но в душе – да. Сент-Джеймс! Она была не одна – у нее был он! И пусть он отказывается танцевать, но вряд ли пойдет под венец в ближайшее время, в отличие от других ее друзей. Она была спасена.
– Задача смотреть за вами требует немалых усилий, – добавил он, когда Изабель вместо приветствия лишь с облегчением улыбнулась ему.
– Не спешите по делам? А я думала, вы любите любую работу. Как я разочарована!
– Кое-кто сказал мне, что я слишком много работаю, – парировал он, и его взгляд потеплел.
– И вы послушались совета? Звучит как от какого-то нюни.
– Ничего подобного.
Она молча изучала его. Его темный вечерний костюм вполне мог быть предназначен специально для бала, но сам он был здесь по каким-то делам. Она поняла это, когда он будто случайно взглянул на входную дверь и плотно сжал зубы.
– Но на самом деле вам вовсе не нужен был этот совет, не так ли?
– Нет, – он сдержал улыбку. – У меня через несколько минут здесь деловая встреча кое с кем.
– Пара свободных минут за день? На что вы тратите свое время? Занимаетесь спортом? Может, читаете книги?
– А что это вы стоите в сторонке на балу? – спросил он, пропуская мимо ушей ее поддразнивания.
Она полагала, что эта тема – пожар, Виктория, свадьба – станет неотъемлемой частью разговора. Это был единственный разговор, который она могла вести весь вечер.
– Я искала место с лучшим обзором, чтобы увидеть свободных джентльменов. Я не в курсе, знаете ли вы, но был пожар.
– Знаю, – охотно ответил он, избавив ее от необходимости снова повторять всю историю.
– Ну, тогда… полагаю, мистер Брайс, или, точнее, лорд Хардеуэй, рассказывал вам о последствиях. Он, должно быть, жутко доволен.
Сент-Джеймс не ответил, лишь пристально посмотрел на нее, отчего она опустила глаза и стала рассматривать свои руки.
– Судя по всему, мне нужно выбрать нового кандидата в мужья. Если это не может быть… – она осеклась, не желая развивать эту тему. Изабель всегда могла поддержать разговор на любую тему и поболтать о том и о сем. Но не об этом. Предмет разговора был слишком болезненным. Она отвела взгляд и какое-то время наблюдала, как одна из дам в противоположном углу комнаты смеется над чем-то, что сказал джентльмен.
– И как, уже заметили кого-нибудь интересного?
Она подняла глаза и встретила его взгляд. Нахмурив брови, он придал своему лицу выражение, которое она сочла обеспокоенным. Какого доброго друга она нашла! Теперь никто на балу не имел значения, даже джентльмены, которых она собиралась разыскивать, потому что она была здесь с Сент-Джеймсом. Он все понял без слов. Он знал ее тайну, понимал, что сердце ее разбито, и появился здесь, чтобы утешить ее. Изабель сморгнула слезы благодарности и улыбнулась ему.
– Вы предлагаете мне помощь в поисках замены?
– Замены для мужа? По-моему, это не совсем соответствует вашим обычным романтическим стандартам, не так ли?
– Замены интереса, – пояснила она, тихонько шмыгнув носом и надеясь, что он не заметит этого. – Мужем он станет после того, как мы с ним познакомимся, конечно же. Я же не могу просто так сидеть весь остаток сезона. Мне нужно что-то делать, какой-нибудь проект. Я составила список качеств…
Его брови вопросительно поднялись, и он чуть не улыбнулся, но сдержал себя.
– Так вы называете это проектом, и у вас есть список качеств, как в объявлении о найме на работу? И кто из нас слишком увлекается делами?
– Конечно же, вы, мистер Сент-Джеймс, именно поэтому такое задание должно вам понравиться.