В сопровождении местного турьера мы поднялись на нужный этаж и оказались в очередном коридоре, по обеим сторонам которого находилось множество металлических дверей.　

Турьер открыл одну из них и, пропустив нас внутрь, предупредил:　

— Только недолго.　

Идя к Блэку, я ничуть не боялась. Да, воспоминания о последней встрече остались далеко не радужные, но меня успокаивало присутствие рядом типчика. К тому же я знала, что серебряные браслеты не позволят волку превратиться и причинить мне вред.　

— Какие гости, — хмыкнул высший, вальяжно рассевшийся за простым деревянным столом. — Успели соскучиться?　

Комната для свиданий носила такой же малоприятный отпечаток, как и всё здание. Нос уловил отвратный запах плесени и почему-то — тухлой рыбы. Наверное, он шёл из кухни, расположенной этажом ниже. Кажется, заключённым готовили завтрак.　

До чего всё-таки плохо иметь такой сверхчувствительный нюх…　

Мы с Дианом сели напротив, и я перешла к делу:　

— Когда мы были на озере, ты упомянул о том, что знаешь Дэлию с Олдерном. Так же мне известно, что около двадцати лет назад они поддерживали отношения с твоей семьёй.　

— И? — Блэк скептически на меня посмотрел.　

— Мне необходимо узнать все детали их смерти, и я надеюсь на твою помощь.

Скепсис волка стал ещё более ощутимым:　

— С какой стати я должен тебе помогать? Мало того что рыжая, так ещё и…　

— Танид, — закончила за него фразу и, положив локти на стол, подалась вперёд. — Почему ты так ненавидишь эту семью?　

Несколько мгновений чёрные глаза Ардена смотрели в мои, после чего волк демонстративно отвернулся к окну.　

Такой реакции я ожидала и была к этому готова. Поэтому решила зайти с другой стороны. Блэк обладал взрывным характером и неимоверной гордостью, которые в этой ситуации могли стать моим преимуществом и его слабостью.　

— Кажется, ты говорил о том, что все лисы мерзкие лжецы. Знаешь, мне кажется, это лучше, чем быть убийцами.　

Арден не шелохнулся и продолжил смотреть в окно, но я заметила, как он напрягся.　

— Твоя семья. Вы — убийцы, расправившиеся с Дэлией и Олдерном, которые вам доверяли. Они надеялись на помощь, но вы предали, обманули и развязали войну.　

Пульс на шее волка забился быстрее, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки.　

Отметив это, я продолжила:　

— И кто после этого — лжецы? Наверное, не только твоя семья, но и все волки такие. Двуличные, подлые и…　

Я не договорила.　

В одно мгновение Блэк развернулся и со всей силы ударил по столу. Не прошло и секунды, прежде чем он угрожающе навис надо мной. В его глазах плескалась такая ярость и ненависть, что я чувствовала её всей кожей. Всем своим существом.　

Наверное, если бы не Диан, волк вцепился бы в меня в мёртвой хваткой и стёр в порошок. Для этого ему даже превращаться не требовалось.

От турьера стало исходить знакомое тепло, от которого Блэк попятился и, скрипнув зубами, вновь занял своё место. На его щеках ходили желваки, чёрные зрачки расширились.　

Выглядело впечатляюще.　

— Не усугубляй своё и без того незавидное положение, — спокойно, но со скрытой угрозой произнёс Диан. — Ещё одна попытка нападения, и задержишься здесь надолго. Даже властная семья не поможет.　

Никогда не понимала некоторых моментов во взаимоотношении мужчин. Казалось бы, в настоящий момент Арден и Диан — враги, находящиеся по разные стороны баррикад. Но, тем не менее, на слова турьера волк отреагировал спокойно. И даже коротко кивнул. Что самое интересное, в сторону типчика такой лютой ненависти не исходило. Эти двое словно заключили немое соглашение и испытывали друг к другу хотя и странное, холодное, но всё-таки уважение.　

А ещё говорят, что женщины существа непонятные.　

Хотя реакция Блэка на мои слова была понятна. Я сама не до конца верила в то, что говорила и гребла всех волков под одну гребёнку лишь для того, чтобы вывести его на эмоции.　

И это сработало.　

— Рыжие, как всегда, всё перевирают, — сверля меня ненавидящим взглядом, процедил Блэк. — Войну развязали лисы. Твои дражайшие Дэлия и Олдерн привели с собой несколько десятков рыжих и отряд наёмников. В тот день мой отец собрал глав высших родов, как и было условлено. Кроме них на стороне волков никого не было. Это рыжие — двуличные трусливые лицемеры. И твоя родная тётка тому подтверждение.

Значит, Арден не знает, что Дэлия — моя мама. Озвучивать это и тем самым подливать масло в огонь я, естественно, не собиралась. И в то, что всё обстоит так, как говорит Блэк, не верила. Как это обычно бывает — две стороны конфликта винят друг друга, в это же время абсолютно уверенные в своей правоте. И в таком случае выделить настоящую правду крайне сложно.

— Если это так, то почему Дэлия с Олдерном погибли? — возразила я. — Ведь, судя по твоим словам, преимущество было на стороне лисов. У волков не оставалось шансов.　

— Не надо нас недооценивать, — Арден хищно усмехнулся. — Хотя и не ожидали нападения, мои соплеменники забрали с собой на тот свет немало рыжих. В тот вечер из леса вернулись единицы.　

Вместо того чтобы пролить свет на ситуацию, слова Блэка внесли ещё больше путаницы. В этот момент я чётко сознавала только две вещи. Первая — мои родители не виноваты в том, в чём их обвиняют волки. Второе — семья Блэк их не предавала.　

Из этого следовало, что либо произошло какое-то недоразумение, либо кто-то намеренно стравил волков с лисами и развязал войну.　

Вопрос — кто?　

Как оказалось, Диан думал о том же. Когда мы вышли из здания тюрьмы, он задумчиво произнёс:　

— Возможно, к этому причастны маги. Бывший мэр был арестован за взяточничество и неоднократное превышение служебных полномочий. Я давно задавался вопросом — почему первый очаг войны разгорелся в одном из самых спокойных городов? Вряд ли это было случайностью. Конфликт двуликих возник из-за желания расширить территорий. Все знали, что надвигается война, но если бы не тот досадный случай, всё решилось бы миром.　

— Но какой смысл властям — тому же бывшему мэру, распалять войну? — удивилась я. — Разве это не бессмысленно?

— Не бессмысленно, — возразил Диан. — Мирное соглашение между волками и лисами могло привести к союзу двуликих. Как ты знаешь, их всегда притесняли и старались держать под контролем. Вполне возможно, власти просто боялись, что, объединившись, двуликие могут устроить переворот. А война не только усилила раздор, но и значительно сократила вашу численность. В любом случае, всё это лишь предположения.　

Надо отметить, очень верные предположения.　

На душе было скверно, но я старалась не принимать всё близко к сердцу. Воспринимать это просто как сухие факты, не реагируя на них эмоционально. Хотя, делать это было сложно.　

Как ни странно, ненависти к волкам, в том числе и к Блэку, я не испытывала. Они были такими же жертвами, как и лисы. И даже то, что волки, по сути, убили моих родителей, ничего не меняло.　

Серые тоже гибли. И, как я успела узнать от Диана — в день несостоявшихся переговоров погиб и отец Ардена Блэка.　

— Подожди…, - на полпути к гостинице я резко остановилась прямо посреди тротуара.　

Диан тоже замер и вопросительно на меня посмотрел　

— Если ты прав в своих предположениях, то должен быть информатор, сообщивший о времени и месте встречи. Если мыслить логически, то это был кто-то, кто постоянно находился рядом. То есть, либо волк, живущий рядом с семьёй Блэк, либо…　

— Лис из деревни, — закончил за меня Диан.　

Плана — первое, пришедшее на ум, имя.

Подумав так, я тут же себя отдёрнула. Нельзя вешать на неё всех собак только из- за личной неприязни. Хотя, учитывая некоторые обстоятельства, исключать такую вероятность тоже не стоит. В любом случае, как правильно заметил Диан — всё это лишь предположения. Чтобы бросаться такими громкими обвинениями, нужны веские доказательства, которых пока нет.　

Задерживаться в городе мы не стали. Уже в обед верная лошадка тянула поскрипывающую телегу и нас вместе с ней в лисью деревню. По пути я прояснила у Диана ещё один волнующий меня момент. А именно — узнала, кто такая «благословлённая». По долгу службы турьер разбирался в законах двуликих и смог внятно всё объяснить.