Может, не всё потеряно?　

И. надо отметить, Диан в очередной раз меня удивил. На бумаги смотрел каких-то жалких пару минут, а столько всего успел отметить. Профессионал!　

Типчик перевернул мясо и, на миг оторвавшись от готовки, перевёл взгляд на меня.　

— Пока не знаю. Но обязательно выясню. Лисичка, — его голос звучал предельно серьёзно, — ты ведь не хочешь выходить замуж за Виатора Вилир?　

Не сдержавшись, фыркнула:　

— А ты сам-то как думаешь?　

— Просто ответь чётко — да, или нет?　

— Конечно, нет!　

Турьер улыбнулся одними уголками губ, и показалось, что его лицо несколько просветлело:　

— Отлично. Значит высшего вместо жены ждёт прекрасная птица Обломинго.　

— Диан…　

— Можешь не благодарить.　

— Диан…　

— Да-да, я весь такой замечательный, готовый тебе помогать и всё такое.　

— Диан, ещё две секунды и стейки повторят участь своих предшественников!　

Осыпая проклятиями все кухни мира, типчик ухватился за ручку сковородки и снял многострадальное мясо с плиты. Затем вспомнил, что в соседней тушатся овощи, и для перестраховки убрал с плиты и её.

А затем началось что-то невообразимое и очень-очень странное. Турьер, видимо, не имел ни малейшего понятия о том, что мясо нужно натирать специями до обжарки. Он взял с полок все имеющиеся приправы и принялся посыпать ими уже готовые стейки.

Я честно терпела и не вмешивалась. Стало даже интересно, каково это будет на вкус.　

Единственное, о чём не сумела смолчать — мясу нужно дать несколько минут «отдохнуть». Если нарезать его сразу, то весь сок вытечет, а если соблюсти это нехитрое правило — равномерно распределиться, и мясо будет очень сочным.　

А вообще, если следовать проверенной технологии, то после пару минутной обжарки на сковороде его нужно ставить в духовку.　

Хотя, конечно, обо всех этих тонкостях магу знать совсем необязательно.　

Кто знает, может, свершится чудо, и его экспериментальное блюдо окажется невероятно вкусным?　

Спустя пять минут я по-настоящему поверила в чудеса.　

Окончательно и бесповоротно!　

А всё потому, что стейки, действительно, оказались волшебными. И это было выше моего понимания!　

— Магия? — подозрительно поинтересовалась я, попробовав нежные тушёные овощи. — Талант, — типчик довольно прищурился. — Учись, лисичка!　

Пока я недоумевала по поводу неожиданной вкуснятины, Диан достал из шкафчика бутылку тамариндовой наливки. Он разлил её по начищенным (мной кстати) бокалам и опустил их на стол.　

Я уже успела понять, что эта наливка здесь заменяет весь прочий аперитив. В этих краях её пьют вместо вина, коньяка, шампанского и вообще всех алкогольных напитков. Кроме этого она различается по качеству. Та, что мы пробовали в закусочной по пути в деревню, была самой дешёвой. А теперешняя, судя по запаху, довольно приличной.　

Очень приличной, если довериться моему обонянию.

— Напоить решил? — я смерила типчика деланно подозрительным взглядом.　

— Конечно, — ответил тот с самым серьёзным видом. — Никогда не видел нетрезвых мими. И да, буду наливать много, а потом обязательно воспользуюсь ситуацией.　

— Сфотографируешь и будешь шантажировать? — едва сдерживалась от того, чтобы не рассмеяться.　

— И это тоже, — пообещал типчик, приподнимая бокал. — За осуществление желаний. Твоих, не Планы.　

За такой тост грех не выпить!　

Тамариндовая наливка оказалась гораздо вкуснее, чем запомнилась мне с прошлого раза. Что было ожидаемо. Терпкая, сладковатая, с лёгкими нотками кислинки — она представляла собой широкую гамму вкуса. Конечно, мне до сомелье как до благоволения Покровительницы, но многогранный букет я оценила.　

И под сочные стейки наливка подошла идеально. Невероятно, но дополнила их даже лучше красного вина.　

Вечер проходил спокойно и непринуждённо. Вкусная еда и, что греха таить, приятное общество делали своё дело. Я расслабилась и даже не заметила, как неприятная ситуация с Танид отошла на второй план.　

Через некоторое время мы переместились из кухни в гостиную. Диан подкинул дров в горящий камин, и комнату заполнил треск смолистого дерева. Я разместилась на диване, вытянула ноги в сторону горящего огня и прикрыла глаза. На душе было спокойно и уютно. Почему-то возникло ощущение, что нахожусь в маленьком домике, затерянном среди леса. Не скажу, что большой любитель одиночества, но в этот раз ассоциация мне понравилась. Наверное, из-за того, что одиночества как раз-таки и не было.　

Типчик уселся рядом, не забыв вновь наполнить наши бокалы. Сюда же притащили вазу с авиринами и без зазрения совести принялись их трескать.

— Ты играешь? — бросила взгляд на стоящую неподалёку гитару.　

Диан улыбнулся:　

— Так, балуюсь иногда.　

— Сыграй, — я моментально оживилась, и типчик по глазам понял, что не отстану.　

Искренне восхищаюсь людьми, владеющими музыкальными инструментами. Сама музыкальным слухом не обладаю, и максимум на что способна — это помурлыкать под нос. Вот так начнёшь готовить что-нибудь вкусненькое, вставишь в уши наушники и погружаешься в атмосферу композиций. Хотя, конечно, с живой музыкой это не сравнится. Поэтому от Диана, действительно, не отстану.　

Типчик долго сопротивляться не стал. Он взял гитару, любовно тронул струны, и те отозвались мелодичным переливом. Мне показалось, что как только под его пальцами завибрировал звук, Диан несколько переменился. Черты лица разгладились, а глаза слегка замерцали. Пожалуй, именно такой вид имеет человек, когда соприкасается с чем-то дорогим и любимым.　

Я подобрала под себя ноги и, сделав небольшой глоток наливки, приготовилась слушать.

Когда ветер кроны качает,　

И дождь стучит по стеклу,

Завари мне крепкого чаю,

Настроенье твоё уловлю.　

В одеяло объятий укутай,　

А я тебе мир подарю —

С ароматом теплой заботы,　

Разгоню холода и пургу.

Будем вдвоём в этом мире

На огонь в камине смотреть.

Под завыванье ветра стихии　

Сердцами шептать и гореть…

Я слушала невероятный бархатистый голос и полностью в нём растворялась. Тембр Диана был одним из таких, которые не поражают, но завораживают. Своей лёгкой хриплостью, чувственностью и глубиной.　

Гитара отзывалась и словно оживала в умелых руках. А слова песни как нельзя лучше подходили этому вечеру, будто являясь его прямым отражением. Пока играл, Диан смотрел мне в глаза, и я неожиданно поймала себя на том, что растворяюсь не только в музыке, но и в них.　

В эти мгновения турьер приоткрыл ту часть себя, которая прежде была незаметна. Душевность.　

Глубина, скрытая за насмешливостью.　

Честность.　

Звучали аккорды, контрастируя с разгулявшимся за окном ветром. Блики от огня подрагивали на полу, диване…лице. Окружали Диана оранжевым ореолом.　

Впервые не хотелось звать его типчиком.

А время так быстротечно,　

Ты секунды в ладонь положи,　

И спрячь их надёжно, навечно,

Мгновения эти в душе сохрани…

Отзвучал последний аккорд, и турьер на миг прикрыл глаза. Повисла недолгая пауза, заполненная треском дров и отголосками ветра.　

Говорить не хотелось…да что там, не хотелось даже шевелиться. Возникло какое- то смутное и в то же время хрупкое настроение, способное разрушится от одного вздоха.　

Открыв глаза, Диан улыбнулся, и его глаза блеснули привычной иронией:　

— Ну как, лисичка, могу покорять большую сцену?　

В отличие от него, умением настолько быстро переключаться я не обладала. Так что возникшее оцепенение сбросила не сразу.　

— На большой сцене большая конкуренция, — хмыкнула, улыбнувшись в ответ. — А ты не-фор-мат.　

Типчик деланно вздохнул:　

— Как жаль. А я уже воображал себя в окружении толпы симпатичных поклонниц. Что скажешь, лисичка, взяла бы у меня автограф?