в любой момент мог сдать ее солдатам. Но я этого не сделал.

Матиас начал ходить взад-вперед, его голос становился громче, по мере того как он все больше погружался в воспоминания.

– Я одолжил денег. Снял жилье. Готов был предать все, во что верил, ради ее безопасности. Когда мы пошли в доки, чтобы купить билеты на корабль, там стояло керчийское торговое судно, готовое к отплытию. – Матиас вновь был вместе с ней на доках. Нина видела это по его глазам. – Спросите, что тогда сделала ваша благородная союзница, девушка, которая судит меня и моих собратьев.

Все молчали, но смотрели на Нину и ждали.

– Расскажи им, Нина, – потребовал Хельвар. – Они должны знать, как ты поступаешь с друзьями.

Девушка сглотнула и заставила себя встретиться с ним взглядом.

– Я сказала керчийцам, что он – работорговец, захвативший меня в плен. Отдалась на их милость и умоляла помочь мне. У меня была печать, украденная с судна работорговцев, которых мы разгромили возле Блуждающего острова. Я использовала ее как доказательство.

Девушка не осмеливалась смотреть на Отбросов. Каз, естественно, все знал. Ей пришлось рассказать ему об обвинениях, от которых она хотела бы отказаться, когда умоляла его о помощи. Но Каз никогда не любопытствовал, никогда не интересовался причинами, никогда не упрекал ее. В каком-то смысле излить душу Бреккеру было приятно. Парень, которого зовут Грязные Руки, не станет осуждать.

Но теперь правда открылась для всех. Для керчийцев, конечно же, не было секретом то, что рабы прибывали и покидали кеттердамские порты и что большинство контрактов являлось, по сути, рабством, только под другим названием. Публично это безоговорочно осуждалось, и долг каждого состоял в том, чтобы преследовать работорговцев. Нина в точности знала, что произойдет, когда она выдвигала обвинения против Матиаса.

– Я не понимал, что происходит, – продолжал Матиас. – Я не знал керчийского, в отличие от Нины. Меня схватили и заковали. Затем бросили в карцер и не одну неделю держали в темноте, пока мы плыли по морю. В следующий раз я увидел солнечный свет, когда меня уводили с корабля в Кеттердаме.

– У меня не было выбора, – выдавила Нина, чувствуя, как нарастает комок в горле. – Ты не знаешь…

– Просто скажи одну вещь, – в его голосе слышались гневные нотки, но не только… еще в нем слышалась мольба. – Если бы ты могла вернуться в тот день, то поступила бы по-другому?

Нина заставила себя посмотреть в лица друзьям. У нее были причины поступить так, но разве в этом дело? Кто они такие, чтобы судить ее? Девушка выпрямила спину и вздернула подбородок. Она – член банды «Отбросов», девушка из «Белой розы», а иногда просто глупая девчонка, но прежде всего она гриш и воин.

– Нет, – четко произнесла Нина, и ее голос эхом раскатился по ледяным просторам. – Я бы сделала это снова.

Внезапно земля сотряслась от страшного грохота. Нина чуть не потеряла равновесие, а Каз крепко вцепился в свою трость. Все недоуменно переглянулись.

– Разве так далеко на севере бывают разломы земной коры? – спросил Уайлен.

Матиас нахмурился.

– Не то чтобы я об этом знал, но…

Из-под ног Матиаса вырвалась густая масса земли, подкидывая его в воздух. Следующее извержение случилось справа от Нины и откинуло ее в сторону. Со всех сторон взрывались изогнутые монолиты почвы и льда, словно сама земля ожила. Сильный ветер хлестал их по лицам, а снег кружился в урагане.

– Что это за чертовщина? – крикнул Джеспер.

– Похоже на землетрясение! – ответила Инеж.

– Нет, – Нина указала на темную точку, которая плавно парила в небе, несмотря на шквальный ветер. – Нас атакуют.

Девушка поползла на четвереньках, пытаясь найти какое-нибудь укрытие. Она думала, что, возможно, сошла с ума. Кто-то парил в небе прямо над ее головой! Кто-то летал!

Шквальные могли управлять ветром. Нине даже доводилось видеть, как они подкидывали друг друга в воздух в Малом дворце. Но тот уровень могущества и искусности, которого требовал контролируемый полет, просто недостижим – по крайней мере, так было до сих пор. Юрда-парем. Раньше она до конца не верила рассказам Каза. Возможно, даже подозревала его в наглой лжи о том, что он видел: просто ему надо было уговорить ее взяться за это дело. Но если только ее не огрели по голове, а она такого не помнила, – все, о чем говорил Каз, оказалось правдой.

Шквальный перевернулся в воздухе, превращая бурю в неистовый полет ледяных осколков, впивающихся в щеки девушки. Она практически ничего не видела. Когда из земли выстрелил очередной ком льда и камней, Нина упала на спину. Их загоняли в центр, поближе друг к другу, чтобы создать единую мишень.

– Нужно отвлечь его! – крикнул Джеспер сквозь шторм.

Нина услышала тихий лязг.

– Ложись! – завопил Уайлен. Нина вжалась всем телом в снег. Над головой прогремел взрыв, освещая небо справа от шквального. Его сбило с курса, и, пока он пытался сфокусироваться, чтобы выровнять свою траекторию, ветер стих. На это ушло не больше секунды, но и этого времени хватило Джесперу, чтобы прицелиться.

Раздался звук выстрела, и шквальный понесся к земле. Еще одна глыба льда взорвалась поблизости. Они угодили в ловушку – как скот в загоне, который вот-вот отправят на убой. Джеспер стоял между двумя глыбами, целясь куда-то в рощу деревьев, и Нина поняла, что там находится еще один гриш – парень с темными волосами. Прежде чем стрелок успел спустить курок, гриш поднял кулак в воздух и сбил его с ног комом земли. Джеспер перекатился и выстрелил, не вставая.

Парень вдалеке вскрикнул и упал на колено, но его руки были все еще подняты, а земля продолжала грохотать и качаться под ними. Джеспер снова выстрелил и промахнулся. Нина подняла руки, пытаясь сосредоточиться на сердце гриша, но он находился слишком далеко.

Она видела, как Инеж подала сигнал Казу. Не произнося ни слова, тот встал у ближайшей глыбы и сложил руки на колене. Почва бурлила и раскачивалась, но он твердо держал позицию, когда Инеж взмыла с его рук грациозной дугой. В мгновение ока девушка исчезла за глыбой. Через секунду земля замерла.

– Доверяйте Призраку, – сказал Джеспер.

Они поднялись на ватных ногах. Воцарившаяся тишина казалась непривычной после того, что здесь творилось мгновение назад.

– Уайлен, – выдохнул Джеспер. – Вытащи нас отсюда.

Тот кивнул, достал из мешка серо-желтый комок и осторожно поднес его к ближайшему камню.

– Все на землю, – велел он.

Отбросы сгрудились вместе подальше от валуна, насколько позволял завал. Уайлен стукнул по взрывчатке и отскочил к Матиасу и Джесперу. Все закрыли уши.

Ничего не произошло.

– Ты что, издеваешься? – прорычал Джеспер.

БУМ! Глыба взорвалась. Лед и куски камня дождем посыпались им на головы.

Уайлен был покрыт слоем пыли, и на его лице застыло слегка ошалевшее, но опьяняюще-счастливое выражение. Нина рассмеялась.

– Ты хотя