Поначалу девушка как могла боролась с этим липким чувством, но с каждым днём становилось всё труднее. Незримое присутствие точно обволакивало её, впитывалось в стены и мебель, смыкалось над ней. Иногда по ночам ей казалось, будто она слышит как зловеще скрипят старые половицы, а иногда чувствовала исходящее невесть откуда зловоние.

Местный священник по её просьбе освятил дом, и на пару дней Мине показалось, что всё прошло, но потом… Потом стало только хуже, словно неведомая сила разозлилась на неё и теперь проявляла себя с удвоенной силой.

“Завтра уже уеду отсюда”, думала она, нервно постукивая по крышке стола. И плевать, что в таком случае последние деньги уйдут на аренду жилья. Зато будет поближе к маме, а там и работу какую-нибудь найдёт. Да хоть поломойкой, лишь бы подальше отсюда.

Девушка было вновь потянулась к бутылке, но вдруг замерла и прислушалась. Звук доносился из коридора, точно старые половицы прогибались под тяжестью шагов. Мина сидела, уставившись в стол и не решаясь посмотреть туда, откуда слышался звук. Наконец, собравшись с силами, она медленно повернула голову.

“Ты знаешь, что делать, Мина…” прозвучал в голове вкрадчивый женский голос. “Это очень просто. Давай же”.

Взгляд девушки потерял осмысленность. Поднявшись из-за стола, она вышла из кухни. Движения её были неторопливыми, но механическими и какими-то неживыми. Оказавшись в спальне, Мина подошла к старому трюмо, уселась на пуфик и открыла верхний ящик. На мгновение поражённая блеском опасной бритвы, точно видела её впервые, она остановилась, но тот же незнакомый голос словно подбадривая, произнёс: “Так нужно, Мина. Так нужно”.

Всё в том же полусне она протянула руку, доставая бритву. Мутное зеркало отражало равнодушно-спокойное лицо с пустыми, ничего не выражающими глазами. Только маленькая жилка неистово билась на тонкой шее, да яростно стучало о рёбра сердце. “Покончи с этим!” приказал голос.

…С тем же безучастным взглядом Мина поднесла бритву к горлу и, уставившись в глаза собственному отражению, двинула рукой.

***

Утром её разбудил восхитительный аромат свежесваренного кофе. Ещё не успев проснуться, Анна повела носом и поочередно открыла глаза. Винсент сидел на краю постели, а рядом на тумбочке стоял поднос с дымящимися чашками.

— Миссис Труди и Генри ещё спят, — улыбнулся он.

Сон как рукой сняло. Анна резко села, натягивая на себя одеяло, и мотнула головой, отбрасывая назад растрёпанные волосы.

— Всё в порядке?

— Да, — Анна кивнула и, по-прежнему кутаясь в одеяло, потянулась за чашкой, — спасибо за кофе.

Она не жалела о том, что случилось, но всё это было так… непривычно. Слишком долго она засыпала и просыпалась в одиночестве. Винсент тоже выглядел смущённым и немного потерянным, но чертовски милым. Анна не сдержала улыбки.

— Ну, что? — спросила она. — В бой с новыми силами?

Для неё так и осталось тайной, догадались ли о чём-то Генри и миссис Труди — во всяком случае ни что в их виде не выдавало этого. Домработница по привычке хлопотала у стола пока хозяин и гости завтракали, а медиум перебирал возможные планы действий.

— Прогуляюсь-ка я до почтового отделения, — сказал он, когда с трапезой было покончено, — спасибо, миссис Труди! — Генри обворожительно улыбнулся, — вы просто чудо как вкусно готовите.

Очевидно, он так и не терял надежды завоевать расположение и реабилитировать себя в глазах пожилой дамы, считавшей его беспробудным пьяницей.

— Тебя подвезти? — предложил Винсент.

— Не стоит, — отмахнулся медиум, — я лучше прогуляюсь. Люблю проветрить мозги с утра пораньше.

— Ты не поедешь сегодня в контору? — спросила Анна, когда они остались вдвоём.

Винсент покачал головой:

— Нет. Всё равно в ближайшие несколько дней делать там совершенно нечего, а если что случится, все знают, где меня искать.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Ну, вот, кажется, тебя уже потеряли, — улыбнулась Анна.

В прихожей послышались шаги миссис Труди, и через несколько секунд щёлкнул дверной замок.

— Доброе утро, мистер МакГрегор, — долетел до них немного удивлённый голос домработницы, — мистер Чейз в гостиной. Проходите.

Прежде, чем Винсент и Анна успели выйти и встретить его, бойкий старичок уже проскочил в комнату.

— Ффух… — выдохнул он, — умаялся, пока бежал.

Он стоял посреди гостиной, шумно переводя дыхание и потирая вспотевший лоб.

— Миссис Труди, принесите нашему гостю холодного чаю, — крикнул Винсент, — присаживайся, МакГрегор, — он указал на кресло. — Что у тебя случилось?

Игнорируя предложение хозяина, управляющий протянул ему старую тетрадь в кожаном переплёте, стянутую полуистлевшей бечёвкой.

— Вот. Нашёл, — гордо сообщил он, — пришлось, конечно, покопаться в городских архиве и даже подкупить секретаря, чтобы провёл меня в закрытую секцию, — на этих словах МакГрегор хитровато прищурился, — думаю, это то, что вам нужно.

— А что это? — Анна взяла тетрадь, бережно размотала верёвку и открыла. — Хм… похоже на чей-то дневник, — задумчиво проговорила она, разглядывая выведенные каллиграфическим почерком даты.

— Не совсем, миссис Дафф. Это городской журнал Грэхема Уинтерса, человека, в 1810-ом году состоявшем в должности мэра Торнтона.

— Год смерти Люсиль Дроу, — Винсент посмотрел на Анну.

— Если позволите, — МакГрегор мягко взял тетрадь из её рук и открыл где-то на середине, — вот, читайте.

—”…по распоряжению органов местного самоуправления, а также городского попечительского совета тело Люсиль Дроу захоронено в лесу…”, — вслух прочитала Анна, — “… под “деревом висельника”, — закончила она и недоуменно посмотрела на Винсента.

— Я знаю, где это, — сказал Чейз. — Прямо за озером есть тропинка. Горожане обходят это место стороной, считают его недобрым.

Анна вспомнила свою недавнюю прогулку в лесу. В тот раз узка тропинка привлекла её внимание, но из-за болотистых берегов она так и не добралась до противоположного края озера.

— Надо рассказать Генри, когда вернётся.

Винсент кивнул.

— Спасибо, МакГрегор, — он дружески похлопал управляющего по плечу, — это как раз то, чего мы искали.

Старик широко улыбнулся и по-простецки развёл руками:

— Рад помочь был помочь, мистер Чейз. Простите мне моё любопытство, но… зачем вам всё это? Может, и я могу как-то посодействовать?

Анна и Винсент переглянулись.

— Прости, МакГрегор, — Чейз покачал головой, — не в этот раз.

Помощь, возможно, не помешала бы, и он не сомневался в энтузиазме управляющего, но подвергать доброго старика такой опасности не имел никакого права.

— Возвращайтесь в книжный магазин, мистер МакГрегор.

Примерно через час возвратился Генри с ответом от знакомого священника — пастор согласился помочь, но приехать мог лишь через три дня, так как ухаживал сейчас за больной сестрой. Винсент же в свою очередь рассказал о том, что узнал от МакГрегора и заодно показал медиуму журнал.

— Хорошо, очень хорошо… — проговорил тот, потирая руки. — Теперь, когда нам известно место её захоронения, изгнать дух будет проще. Но для этого, — он посмотрел на Анну и Винсента, — нам нужно отыскать её могилу, эксгумировать тело и провести обряд очищения, а затем вновь предать останки земле.

От такой перспективы Анна поёжилась. Раскапывать могилу и без того озлобленного духа как-то не хотелось.

— Это обязательно? — спросила она без особой надежды на успех.

Медиум угрюмо кивнул. Он и сам, по-видимому, не испытывал восторга от предстоящего действа.

— Я почти уверен, что её похоронили без соблюдения полагающихся ритуалов, что лишь усиливает гнев неприкаянной души. Но не волнуйтесь, — успокоил Генри, — у моего знакомого солидный опыт в таких вещах, и вместе мы сможем провести всё максимально безопасно. Настолько, насколько это возможно.

— Хорошо, — Анна собралась с духом, — значит, так и поступим. Я верю вам, мистер Толедо. И вашему другу тоже. — Она перевела взгляд с одного мужчины на другого. — Итак, джентльмены, у нас с вами три дня на моральную и физическую подготовку. Чем займёмся?