За чтением мы провели несколько часов. Локстед оторвался от газет только тогда, когда я ему сунул под нос кусок жареного окорока, добытый в неравной борьбе за скидку от хозяина постоялого двора. Огромные янтарные глаза печально моргнули, словно отказывались признавать наличие пищи у себя под носом, затем йрвай все же отложил очередной номер "Вестника" и вцепился в мясо, едва ли не рыча.

- А ты проголодался, - с одобрением хмыкнул я. Локстед проворчал, не прерывая трапезу:

- Попробуй сам без еды целый день.

- Ты ел вчера, вместе с нами. Помнишь? Эта волшебная штука называется "ужин"...

- И целую ночь, - не сдавался он.

- Тогда снимаю все вопросы, - усмехнулся я. - Нашел что-то?

- Вообще ничего, - отрицательно мотнул ушами он. - Такое впечатление, что их при поступлении заколдовывают как-то... за все пятьдесят выпусков две драки, и те не в кабаках общего доступа, а в местных забегаловках. Тех, что на территории Академии.

- Не знаю. В их драгоценном Прескрипте я не нашел ничего, указывающего на запрещение ходить по столичным тавернам и прочим увеселительным местам. Только параграф о недопустимости применения магии в публичных местах.

- В публичных местах? - Локстед удивленно посмотрел на меня. - А знаешь, это ведь идея. Пока "Снежные грезы" и "Водлохоравак" находятся на территории Академии, в теории, к публичным местам их причислить нельзя.

- Почему?

- Потому что доступ только для студентов.

- Вот черт... погоди, а как вообще два заведения справляются со столь большим количеством учащихся? - Сие пришло мне в голову только сейчас. Лучше поздно, чем никогда.

Локстед хмыкнул и начал укрощение моей буйной фантазии:

- Во-первых, обе таверны занимают весь первый этаж корпуса. Насчет "столь большого количества учащихся" не уверен, однако в каждой можно разместить, по меньшей мере, сто пятьдесят существ различных рас и размеров. Во-вторых, количество студентов и обучающих редко когда переваливало за полторы тысячи.

- Странно, - растерялся я, - но ведь Академия съедает огромный кусок территории города?

- Считается, что это нужно для полноценного обучения магов Грайрува. Все-таки, она уникальна - ни в одном королевстве такого нет. Говорят, где-то в джунглях Орогленна есть Стихийный замок, но сведений о нем мало. Точных сведений, а не слухов и басен.

Я поинтересовался:

- А Орогленн - континент?

- Государство, - проворчал йрвай. Кажется, ему немного стыдно за мою необразованность. - Но размещено оно на северном континенте, Арн-Милууфе. Наш называется Арн-Гессен, если помнишь.

- Все, все, - замахал руками я, - я не полный кретин, хоть иногда и весьма похож. Я понимаю, что Академия выпускает не только магов, но и готовых бургомистров - если квалифицированный маг управляет городом, он превосходит любую местную кандидатуру на порядок.

К тому же, я отлично помнил странное, но могущественное существо по имени Примара Арчибальдовна. Готов съесть свою шляпу, если она в свое время была направлена в Боббург не из коллегиальной Академии.

Локстед спросил:

- Что ты намерен делать?

- То, что мне следовало сделать с самого начала, - кисло ответил я. - Попытаться выяснить имена погибших, не слишком афишируя то, что они погибли.

- Странно, что это не пришло тебе в голову неделей раньше. А то уцепился за Мари Алакез, и к чему это тебя привело? Ни к чему хорошему, - рассудительно заметил йрвай. Иногда мне его прибить хочется, за любовь к пережевыванию очевидных фактов. Может быть, побочный эффект абсолютной памяти?

В дверь постучали. Я раздраженно рявкнул:

- Открыто!

Из-за двери показалась удивленная физиономия Анатоля. Он, видимо, не ожидал от меня такой выходки.

- Как проходит заседание военного штаба?

- Скорее, полицейского, - буркнул Локстед. - Не слишком результативно.

- Это хорошо, - обрадовался саррус. - Рихард, надо поговорить.

- О чем? - подозрительно спросил я.

- Там увидишь.

Заинтригованный и немного испуганный, я последовал за ним. Нет, если наемнику заказали мою голову - а наемники, в принципе, не гнушаются подобными средствами заработка - он мог бы меня прибить еще в комнате. Вряд ли присутствие йрвая остановило бы опытного воина. Так что я убедил себя: мне в самом деле хотят то ли рассказать секрет, то ли поделиться информацией, которая для Локстеда не имеет значения.

Мы вышли на задний двор, саррус кивнул на деревянную конструкцию:

- Бери.

На двух колышках, бережно поддерживаемый за поперечную пластину, висел меч.

Глава 14. В которой

я раздумываю о своеобразии архитектурных традиций

Я нервно рассмеялся. Потом задумался. Потом опять хихикнул. Наверное, внешняя оценка моего умственного здоровья была в тот момент крайне невысокой.

- Это... это что вообще?

Саррус терпеливо объяснил:

- Это - оружие. Называется меч. Им сражаются, методом хватания за рукоять - та сторона, что не металлическая - и нанесения противнику ран острой металлической стороной. Желательно, смертельных ран, но тут уже зависит от ситуации и противника.

Я послушно взял меч, тут принято обычно говорить "ощутив его недобрую тяжесть", но я не сторонник пафосных метафор и фразеологизмов. Меч был легким, я повертел им, прикидывая баланс. Такой же меч в руке Анатоля смотрелся зубочисткой. При равной длине, у него была большая толстая рукоять и широкое лезвие, отчего оружие выглядело, как длинный кинжал или римский гладиус.

Вообще, мысль о сражении с противником размером с сарруса, пусть даже вооруженным не его излюбленной секирой, не внушала мне восторга. Более того, она не внушала бы мне восторга и в том случае, если бы я внезапно стал мастером фехтования. Я честно сообщил об этом Анатолю, но тот лишь презрительно отмахнулся:

- "Я думаю", "я не думаю"... мой отец говорил, что бой не отвлекает от мыслей, а, наоборот, помогает. После поединка мозг работает четко и ясно, как будто утром после купания в Океане Оси.

- Справедливо, однако, только в том случае, если человек вообще способен на поединок, - осторожно заметил я. - Боюсь, твое искреннее стремление научить меня хоть как-то махать мечом ничем не оправдано. У меня нет никаких навыков, вообще.

- Да, ты не воин, - нехорошо ухмыльнулся он. - Это ничуть не мешает спасать свою жизнь при любых обстоятельствах. Помни - не только у меня в руках меч.

И нанес удар. Я никогда в жизни не показывал такой скорости, после его замаха, как я теперь понимаю, замедленного, я оказался в восьми шагах от места, где только что стоял. Анатоль присвистнул:

- Отлично бегаешь. Стиль боя "Осторожного Зайца"?

- Стиль боя амурского тигра, - тяжело дыша, возразил я. Адреналин бил в голову, словно вообразил, что она - наковальня.

- Это еще что за зверь? - вопросительно приподнял бровь саррус, подходя ко мне. Вернее будет сказал, один край брови.

- Да так... - я попытался говорить, думать и отразить его следующий замах. Получилось плохо, меч вылетел из руки, а кисть отозвалась болью.

- Слабые руки, неправильная позиция, - огорченно покачал головой Анатоль. - Смотри: стань так, одна нога вперед, рука, которой собираешься фехтовать, должна оказаться немного сзади, лезвие - впереди, на уровне твоей груди. Обычно говорят, на уровне сердца противника, но со мной такой вариант не пройдет. Так что за тигр?

- Амурский, - ответил я, поднимая меч. Ладно, пока я еще цел, пусть учит. Гладишь, что-то полезное запомню. - Такой обычный амурский тигр, гигантская полосатая кошка оранжевого цвета.

- Бред какой-то. Ни о каких оранжевых кошках никогда не слышал, может, они водятся только в твоем мире?

- Может и так, - согласился я, не отводя взгляда от его меча. Или кинжала?