А я не хотела его останавливать, не могла. Это было бы преступлением, невозможно, неприемлемо. Вместо благих действий я таяла в руках Ниркора, плавилась. Его губы скользили близ моих, но не касались, руки гладили тело, разжигая огонь, который нельзя было утолить.

Насладившись какое-то время хотя бы прикосновениями, мы сидели сжав друг друга в объятиях, и я не знала даже какой сейчас час. Мне было все равно. Все, что мне сейчас хотелось, это продолжать сидеть на коленях у любимого мужчины, уткнувшись носом в его шею, и ощущать крепкие, тесно прижимающие меня руки.

— Знаешь, меня гложет любопытство, — обронила я.

— Ум-м… — промычал Фаранар из моих волос.

— А почему вы ругались с отцом?

— Из-за тебя.

Я, отстранившись, удивленно взглянула на Ниркора и тот со вздохом пояснил.

— Первый раз он был в ярости, когда ты стала участвовать в расследовании, и прямо сообщил, что болтаться мне на проклятом артефакте, если с тобой что-то случится. Он бы привлек меня к ответственности. Второй раз уже я наведался к твоему отцу и, не сдержавшись, высказал ему все, начиная с того, что к тебе относились неподобающе твоему положению, и заканчивая неприемлемым предложением заключить брак по расчету.

— Ах! Как же ты осмелился? Вы так кричали…

— Меня подавить не так просто. Это в отношении тебя он вел себя недостойно. Не напоминал, но и не позволял забыть прошлое. Почему за его непростительное поведение расплачивалась ты?

— Я не думаю, что он делал это специально. Просто он такой, какой есть, и уже не изменится. Да я и не уверена, что хотела бы этого.

— Не думаю, что он одобрит твой выбор.

— Отец сказал, ты трудный молодой человек.

Фаранар лишь фыркнул.

— Вот в чем я уверена, что это твои родители не одобрят твой выбор.

— Ариадна, я из рода хранителей, и у нас очень широкие взгляды, если ты намекаешь на свое происхождение. Для меня это глупость, но ты жила с этим всю жизнь и до сих пор не можешь поверить, что это несущественная деталь.

— Она существенная для многих, поверь мне.

Однако меня просто проигнорировали, продолжив:

— В остальном я не вижу каких-то причин, почему мой род будет недоволен моим браком.

Я лишь тяжело вздохнула.

— Ты просто не понимаешь.

— Нет, это ты пока не понимаешь, что все решено. — И, обхватив мой затылок, Фаранар резко приблизил свое лицо к моему. — Я безумно тебя люблю, наше соединение практически завершилось, и ты должна это принять. Я понимаю, что тебе нужно время, и я дам тебе его. Ты отправляешься завтра, согласно учебному плану, на практику. В мой мир…

— Уже пришло время? — занервничала я.

— Да. И когда ты вернешься, мы завершим наше объединение. Я мужчина и так долго ждал. — И прикоснулся губами к моей щеке.

— А теперь иди, тебе нужно выспаться перед завтрашним отправлением.

И я подчинилась, несмотря на то, что мне безумно хотелось остаться. Но я знала, что моего возвращения кто-то будет очень ждать, и это делало меня счастливой, невзирая ни на что.

Глава 17. Практика

На практику меня отправили с моей командой, причем предварительно нас разделив, выпустили в мире Фаранара. Теперь нашей задачей было встретиться друг с другом, не выдав своей создательской сущности.

Мне было дополнительно тяжело: я боялась, что смогу ненароком изменить мир своей пары. Это самое неопровержимое доказательство, что обратной дороги уже нет.

Я попала в компанию с Катой и Магусом, а Мирану отправили вместе с Леоном в другую точку на карте неизвестного нам мира. Хотя для них это шанс: может, хоть наладят свои непростые отношения и завершат объединение. Это было бы прекрасно.

Очутились мы в лесопосадке, близ города. Со стороны он казался небольшим, но на первый взгляд очень аккуратным.

— Какой план? — спросил Магус у меня, внимательно разглядывая окрестности.

— Предлагаю притвориться людьми и просто разыскивать своих. Интересно, насколько этот мир большой?

— Нас должны были всех забросить в один сектор. Значит, вторая группа рано или поздно тоже окажется в городе, — предположила Ката. — Ведь это первая практика подобного рода, и ограничения выставлены на использование нашей сущности.

— Тогда пойдемте, — вздохнула я, начиная спускаться с пригорка.

Пока мы двигались по направлению к городу, то имели прекрасную возможность его рассмотреть.

Здесь явно царило средневековье, не было видно технического прогресса, не летал какой-либо транспорт. Город был окружен каменной стеной с башенками. Впереди виднелись большие ворота, около которых стояли бдительные стражи с кислыми лицами и народ, желающий попасть внутрь. Приблизившись ближе, мы смогли рассмотреть сидящих на телеге гномов, о чем-то бурно спорящих со стражами правопорядка.

Ругались они громко, шумно, вся оставшаяся очередь из людей, по внешнему виду сельчан, и темного эльфа, вероятнее всего наемника, вяло прислушивались к перебранке. Стража проявила свой меркантильный интерес к телеге гномов и увеличила плату за въезд, а представитель низкорослого народца этого явно не одобрил.

Пока скандал набирал обороты, мы с моей командой тихо совещались.

— Под каким предлогом мы войдем в город? — поинтересовалась я их предложением.

— Внушение, — предложила Ката.

— В теории мы должны не выдать себя в этом мире. Сомневаюсь, что это правильное решение — на виду у всех внушать кому-либо что-либо. Обязательно найдется свидетель, а может, и не один, — скривился Магус.

— Тогда предложи что-нибудь сам, — нахмурилась девушка.

— Заклинание невидимости? Оно будет применяться к нам, не к миру, значит, на него мы не влияем.

— Но его долго не проносишь… — усомнилась уже я.

Однако делать было нечего.

Простой и изящный выход из положения, и мы решили попробовать. Когда скандал у ворот дошел до разбирательства с требованием привлечь третьих лиц, и все внимание было приковано к стражам, мы незаметно набросили на себя заклинание и проскользнули в городские ворота.

Оказавшись внутри, я сбросила полог невидимости и с любопытством осмотрелась по сторонам. Да, город в одном из миров оказался для меня откровением и сильно отличался от нашей реальности.

Мостовая здесь вся в выбоинах — отродясь не чиненная, засыпанная скорлупой, шелухой и другим разнообразным мусором; стены обшарпанные, немного грязные, а впереди виднелась площадь с фонтаном, приятно журчащим.

Это, по-видимому, единственное городское украшение было выскоблено и радовало взгляд красивой скульптурой сурового воина, разрывающего пасть дракону, из которой и лилась вода.

Одним из преимуществ города было царствующая повсеместно растительность. Деревья с широкими кронами и нарядные подстриженные кустарники, много цветов, которые своим благоуханием приглушали вонь от сточных вод и гниющих отбросов.

Но скорее всего, я просто придираюсь: этот мир был ничуть не хуже других, а может быть, даже лучше, ведь его создал Фаранар.

Не зная, куда именно податься, мы решили побродить по довольно тенистым улочкам, но значительно более грязным, чем главная, пока наконец не вышли на центральную площадь.

Здесь нашлись и масляные фонари — вечерами они должны неплохо освещать окрестность. Вокруг и вдоль основной улицы расположились более солидные дома, с высокими остроконечными черепичными крышами и ухоженными дорожками, что вели к массивным дверям.

Народ чинно следовал по своим делам, мало обращая внимания на нас, праздно шатающихся «туристов». Оказалось, я не права и мы слишком расслабились.

Я заметила людей в капюшонах, смотрящих в нашу сторону, ну так мне показалось. Их было всего трое, но удобная темная одежда, черные плащи, из-под которых торчали рукоятки холодного оружия, хищная грация наемников приковали мой взгляд. Я мгновенно разгадала опасность и поняла, откуда она исходила, встретившись взглядом с темным эльфом.