Он стоял на площадке лестницы и чуть наклонив голову, слишком внимательно рассматривал меня.

— Элаи, клятву, я так понимаю, с вас уже взяли, поэтому сейчас главное осмотреть места преступления, — поманил меня вслед за собой Фаранар. — Идеально, чтобы вы увидели их сразу, но и сейчас это может сильно помочь делу, выдвинуть ваше ощущение убийцы на новый уровень. Мне бы очень хотелось, чтобы следующего убийства не было.

— Понимаю вас, — тихо заметила я, робея, когда поняла, что мы спускаемся на первые подземные уровни академии.

Не самое замечательное место. Я за все время обучения была здесь всего пару раз, и больше желания не возникало. Впрочем, сейчас никого не волновало, чего я хочу. Это был мой долг.

Едва мы спустились на первый ярус подземных этажей, как в нос ударил запах сырости.

— Вам неприятно здесь находиться? — покосился на меня ректор.

— Пожалуй. Я вообще не люблю холод и сырость.

— Здесь недалеко, осталось немного потерпеть.

И действительно, мы прошли чуть дальше вдоль темного коридора, и, свернув направо, Фаранар открыл передо мной дверь, пропуская внутрь.

А едва я сделала шаг, добавил:

— Туалет слева.

Оказавшись внутри помещения, я поняла, что он имел в виду: мы оказались в зале для работы с органическим материалом. Часто создатели, уже окончившие академию и стажирующиеся здесь, создавали что-то новое, беспрецедентное.

И здесь они выясняли причины своих неудач.

Зажав рот и нос рукой, я прикрыла глаза, стараясь справиться с собственным желудком.

— С вами все в порядке? — поинтересовался Фаранар, положив руку на мое плечо.

Я лишь прерывисто вздохнула и, слегка кивнув, отправилась рассматривать комнату.

Убийца сделал весьма удобный выбор. Здесь оказались все нужные приспособления, инструменты. Он просто воспользовался ими, причем невероятно умело, словно практиковался.

От этой мысли меня замутило. Как же мироздание допустило, что такой, как он, родился на свет?

С помощью ректора я все внимательно осмотрела, и мы воспроизвели возможные события, а потом меня повели на крышу.

— Зачем? — недоуменно спросила я, пока мы поднимались.

— Второе место преступления.

— Что?! Неужели там… Но как это возможно?

— Вот сейчас и увидите.

— Я понимаю, насколько все это… мерзко, тем более для такого сильного жизневика как вы, но ситуация вынуждает привлечь вас к делу. — Произнес он мрачно, вновь бросив на меня короткий взгляд.

Я грустно улыбнулась лишь кивнув. Он отвернулся и вновь я шла за ним, глядя в широкую прямую спину ректора, затянутую в привычный темный сюртук. Черная ткань сильно контрастировала с его седыми светлыми волосами, которые достигали плеч.

А дальше Фаранар показал, а еще подробно рассказал, как девушку привязали к черепице крыши и долго сцеживали кровь во время нужного расположения планет. Умирала вторая жертва очень долго. И мучительно!

В этот раз, смотря на пометки следователей о том, как он ее крепил, мне не удалось удержать содержимое своего желудка и перевесившись через перила, я попрощалась с завтраком.

И мне не было стыдно, здесь и сейчас это было вполне логично и правильно. Я создатель жизни, а тут ее в самой извращенной форме уничтожают. Это не правильно и жутко!

— Осторожно, вы упадете, — предупредил меня глава академии, неожиданно мягко придержав за локоть.

— Создателя так не убить. — Просипела я, выпрямляясь, но не глядя в лицо Фаранару.

— Зато попадете на долгое восстановление. — Испытывая явное сочувствие, произнес он.

Немного помолчав, стараясь прийти в себя, я пробормотала:

— Это ужасно…

— Да.

— И его нужно поймать.

— Да.

— Уведите меня отсюда, пожалуйста.

Без возражений меня сопроводили до моей комнаты, и ректор лично принес мне амброзии. Да только увиденное не запьешь. И теперь уже никогда не забудешь!

Если следователи хотели, чтобы я прониклась этими ритуалами, у них получилось. Этой ночью я так и не смогла сомкнуть глаз. Так и просидела, закутавшись в одеяло и прислонившись к стене спиной. Обняв колени, я таращилась в окружающую темноту, медленно заполнявшую комнату.

Иногда из тяжелой дремы вырывал пугающий шорох, но были и картинки увиденного, будто старые призраки выплывали из уголков сознания.

Передо мной вращалась моя планета с почти завершенным рельефом. Уже при создании закладывалось, будет ли мир для развитых цивилизаций или только для первичного развития, без выхода в космос. И в этом направлении работа была практически окончена. Теперь осталось самое кропотливое — создать экологию и доминирующих созданий. Остальное за меня сделают боги.

Надеюсь, наши творения приживутся рядом друг с другом.

Приблизив мир и сделав точки закрепления и течения силы, я направила свою магию, создавая микроорганизмы и временную петлю, которая будет подпитываться моей магией.

— Почему решили не делать все постепенно, а ускорить процесс? — услышала вопрос ректора за спиной.

— Мне нужно успеть до диплома создать не только планету и целую систему, но и успеть развить их до приемлемого уровня.

— Если считаете, что справитесь за наблюдением и корректированием процесса, то вам стоит попытаться. — И, немного помолчав, мужчина тише добавил: — Я всегда готов помочь советом.

Я обернулась, встречаясь глазами с Фаранаром — меня в который раз поразил живой огонь у него внутри. И снова стало его жаль. А еще я вспомнила свои ощущения, когда подслушала разговор во время поиска кинжала.

Не было сомнений в том, что я ревновала ректора, и это было… недопустимо! Я отвела взгляд, боясь, что он прочтет все по нему.

Тем более, что я встретила свою пару, и это точно не он. Мой суженый не хромает и ходит ровно, с грацией, двигается плавно, даже хищно. Щеки горели от стыда: мне нравятся двое мужчин. Неужели это мои гены?!

— Элаи?

Мне положили руку на плечо, и я вновь взволнованно вскинула глаза.

— С вами все в порядке?

— Я… Наверное, да. Задумалась…

Наш разговор, к моей радости, прервал звонок, означавший окончание пары, и я быстро, под пристальным стальным взглядом, свернув планету, начала собираться.

В душе происходила буря — бой с собой и своими собственными желаниями. Я что-то чувствовала, и если бы решила взглянуть правде в глаза, то точно поняла бы, в чем дело. Но… я не хотела. А если честно — боялась!

Так же неслышно, как и приблизился, Фаранар отошел, направившись дальше, наблюдать за работой других студентов.

Этот момент улучил Шар, чтобы как бы невзначай шмыгнуть поближе ко мне и поинтересоваться:

— Ариадна, что ты такая хмурая, не удается работа над своей планетой? Да и вообще… Ты мало проводишь со мной времени, — буркнул друг.

— С планетой все более-менее, но я взялась за тяжелый проект, и он непросто мне дается. Неуверенность сильно мешает. А в отношении совместного времяпрепровождения… Мне как раз нужна помощь друга.

— О-о-о… Для тебя, красавица, все, что угодно, — щедро пообещал Шар.

Я улыбнулась:

— Договорились.

И практические занятие неспешно продолжилось далее.

Ниркор Фаранар

Первый раз я увидел ее в своем главном мире: почему-то магия сновидений выбрала именно это место для наших встреч. И я не мог поверить своему счастью. Я так долго ждал!

И вот она передо мной… Я не вижу ее лица, не слышу голоса, которым она говорит, но ее движения такие нерешительные, мягкие. И душа чувствует родное существо рядом.

В академии я часто ищу взглядом похожего человека, анализирую то, что она мне сказала, а мысли все равно возвращаются к Элаи. И в реальности слежу за своей студенткой, иногда с невероятным трудом отводя глаза.

В эти моменты я чувствую себя предателем и, тем не менее, ничего не могу с собой поделать. Когда вижу Элаи, все готов для нее сделать, и приходится прикладывать немалые силы, чтобы вести себя, как подобает. Не коснуться ее, чтобы ощутить тепло нежной кожи. Не приблизиться вплотную, чтобы почувствовать ее всю, рядом.