- Фи-иггасе, - припечатала Белла, - знаю я, какие там цены в буфете. Помнишь, Фима?

- Это когда ты чуть не залимонила моим телефоном в зал? - нахмурился Ефим. - Я же тебе говорил, КТО мне звонит. Я ему просто не мог ответить: "Извините, позвоните позже, я с женой танец маленьких лебедей смотрю"!

- Мы смотрели "Жизель", - язвительно поправила Белла, - и не знаю, где ты там лебедей увидел. Хоть бы программку прочитал, чтобы хоть знать, какой спектакль смотришь! А то елозил от скуки, плевал в стены и смотрел в свой телефон!

- В стены я не плевал, - обиделся Ефим, - а в телефон заглянул только пару раз, по делу. У меня, знаешь ли, ненормированный график!

- И судя по чеку, Антон заказывал угощение на двоих, - Никольский был недоволен тем, что его то и дело перебивают, - две порции коньяка, две чашки кофе, и так далее. Ну а потом Инга начала играть в Дашу Васильеву: потихоньку следила за мужем, ездила инкогнито в клинику под видом пациентки, желающей вылечиться от бесплодия за большие деньги. Она видела девушек характерного вида на сохранении в муниципальном крыле и рожениц позднего бальзаковского возраста в коммерческом крыле. А потом увидела объявление "Пропал человек" у метро и узнала на фото одну из "красоток", гуляющих в больничном парке. Судя по дате, девушка числилась пропавшей несколько дней - Инга предполагает, что со дня госпитализации. Она уже хотела взяться за эту загадку вплотную, но тут грянула пандемия, и расследование пришлось отложить.

- Вовремя, значит, грянула, - подскочила в кресле Белла, - в клинике очень берегли свои тайны. Вот так, хоть кого-то коронак не погубил, а спас. Если бы не он - Ингу тоже могли бы сегодня из реки выловить...

- Дура, - констатировал Ефим, - хоть и умная женщина, но ой какая дура. Это только у Донцовой героиня ловко распутывает криминальный клубок, не испортив даже ноготочки, а в жизни с теми, кто без прикрытия полез в такое змеиное гнездо, разделываются сразу и круто.

- Хоть ты и демонстрируешь воинственный мужской шовинизм, мне даже возразить тебе нечего, - сказала Белла, - Инга действительно очень рисковала, пытаясь в одиночку раскрыть тайны роддома имени N...

*

Наташа проснулась от приглушенного расстоянием и толстыми оконными рамами полуденного выстрела пушки на Заячьем острове.

"В полдень сквозь звон колоколен, будто бы в двух шагах,

Гром Петропавловской пушки я слышу на Покровах..." - вспомнились строчки из любимой песни.

Наташа потянулась и отбросила плед. Поспав шесть часов, она прекрасно отдохнула и снова была готова к работе.

В квартире царила тишина. Видимо, старший Витя ушел в офис, а младший гулял с няней. Наташа позволила себе вольность: сбросив вчерашние свитер и джинсы, она вышла на кухню к кофемашине в трусах и тонкой белой майке.

"Кому Антон мог открыть дверь сейчас, когда из каждого утюга звучат призывы оставаться дома, избегать контактов и так далее? С кем из соседей он в таких доверительных отношениях? И каким образом у убийцы оказались перчатки из клиники Соколовой? Да, надо снова ехать в их двор. Похоже, разгадка кроется там!".

Крепкий кофе и контрастный душ еще больше взбодрили Наташу, и она уже хотела созвониться с Беллой, когда телефон зазвонил сам.

Это была Александра, или Шура, как ее называли на работе даже "сиделицы". Юркая, смуглая почти до черноты девушка подрабатывала тем, что передавала весточки "с воли" и "на волю" тем, кто не имел возможности пользоваться службой "ФИСН-Письмо".

- Встретиться надо, Наталья Викторовна, - таинственным шепотом сказала она, - сервер у нас чего-то гахнулся, а Инга Михайловна хочет о чем-то вас попросить. Я как раз со смены иду, могу тут же и маляву передать. Вам когда и где удобнее?

- Через час, возле Екатерининского сквера, - ответила Наташа, открыв шкаф.

- Принято, - лаконично ответила Шура.

Натянув джинсы и свитер, Наташа в спешке запихнула в рот остатки бублика, запила еще не остывшим кофе ("Ой... Обжигает!") и уже у двери спохватилась: "Маски и пропуск! Чуть не забыла!".

На сегодня Наташа выбрала маску с мрачным клыкастым манулом: "Погладил? А ПОЦЕЛОВАТЬ?!"

Сквер был недалеко от дома, и Наташа не спешила, тем более что погода сегодня радовала ясным небом и ярким солнцем. После дождей город выглядел чистым и радостным. Апрельское солнце уже набралось сил и заливало город светом, но пока еще не согревало выстуженный воздух.

У бронзовых коней полицейский тоже засмотрелся на погожий весенний полдень и блаженно улыбнулся под тонкой маской. Его напарница заинтересовалась Наташиной маской и вполголоса прокомментировала: "Классный кот!".

"Живем, к жизни возвращаемся, - подумала Наташа. - Радуемся первому солнцу, шутим, изобретаем креативные маски. И не унываем. Мне вот просто некогда!".

Сквер тоже был закрыт "до особого распоряжения", и Шура прохаживалась у ворот. Она сменила свой камуфляж-"березку" на черные джинсы и длинный пуховик и потирала озябшие на ветру руки.

Увидев Наташу, девушка быстрым движением подняла на нос маску, стандартную аптечную, слегка испачканную шоколадом. "И как она только работает на Лебедевке надзирателем? - подумала Наташа, глядя на невысокую щуплую Шуру. - Хотя, может, она - специалист по боевым искусствам или хороший психолог, способный усмирять контингент без применения силы?" Снова вспомнилось московское узилище. Там к Наташе, заключенной спецблока, числящейся как "особо опасная", приставляли настоящих великанш. И то с одной из них при побеге Навицкая разделалась легко. Удар под дых, ведро на голову, шваброй по ведру - и Ритка свалилась, как кегля.

Шмыгнув носом, Шура поздоровалась и деловито достала закатанную в тонкую пленку записку от Инги. Наташа расплатилась и развернула листок. Инга просила принести теплый свитер. В изоляторе топили слабо, и Макарова мерзла в спортивном костюме. Наташа хорошо знала Ингин любимый свитер, который подруга носила дома, когда слишком рано приходили холода и отопление еще не было включено. Длинный, темно-серый свитер с высоким воротником выглядел очень скромно и незатейливо, но был очень мягким и теплым.

Ключи от квартиры Макаровых у Наташи были. Их передали адвокатам по просьбе Инги. При задержании у Макаровой изъяли ключи от квартиры, телефон и ручные часы. Ефим добился того, чтобы это передали ему под расписку. Инга попросила позаботиться о цветах и коте. Ефим, Игорь, Виктор, Наташа и Белла по очереди ходили в опустевшую квартиру, по необходимости поливали цветы и - регулярно - наполняли кормом плошки и меняли наполнитель в лотке любимца Инги - красавца мэйн-куна Тихона.

Родители Антона жили в Лахте и не могли ездить на Васильевский остров потому, что по возрасту находились в группе риска; обоим уже перевалило за 70 лет. Им не разрешалось удаляться от дома более чем на 100 метров.

Мать Инги слегла с сердечным приступом, узнав об аресте дочери и гибели зятя. И присмотр за квартирой лег на подруг и адвокатов.

Наташа решила пройти к дому Макаровых пешком, через Дворцовый мост. "Разомнусь немного, - подумала она, - совсем мы закисли на этой изоляции!".

Шуре оказалось по пути с ней. Надзирательница спешила в отделение связи у Казанского собора, чтобы получить посылку из сетевого магазина.

- Не боитесь сейчас делать покупки? - спросила Наташа. - А вдруг упаковщик был болен и начихал на вещи?

- А-а, - легкомысленно отмахнулась Шура, - волков бояться, в лес не ходить. Мне зараза не страшна, я сама зараза, спросите мой контингент. Да и вирусняк-то этот, я читала, вне человека долго не живет, через час уже скапустится, а посылка две недели ко мне ковыляла, почта сейчас, блин, тормозная!

- Не час, а дольше, - уточнила Наташа. - День-два, может, три.

- Но не две же недели, - оптимистично сказала Шура. - Да и если что- у меня ипотека, меня откачают!