- Я слышала, - продолжала прощупывать почву Наташа, не ссылаясь пока на Кристину Станиславовну, - будто Тамила выпивала и принимала наркотики, поэтому и не выдержала родов...

Ольчик эмоционально припечатала крепкими словами всех, кто по ее словам, "такую лажу гонит" и изъявила желание "заехать им в дыню".

Наташа не перебивала, давая Ольчику выпустить пар. Она сосредоточилась на управлении машиной и вырулила на мост.

- Да кто бы предложил родить бэбуса на продажу телке, которая бухает и догоняется? - возмутилась Ольчик, устав браниться. - На фиг кому ребенок от такой?! Да Томка у нас умница была, другие девчонки да, расслаблялись кто чем, а она даже пива не пила, не любила это все. Даже не курила ваще. Кто вам такую чухню сказал? Плюньте им в... ну, в рожу! Брехачи!

"Моя версия подтверждается, - Наташа выехала на Английскую набережную и прибавила скорость. Набережная Крюкова канала была пуста, значит, можно ехать быстрее. Мимо проплыла Новая Голландия, любимое место для прогулок Ефима и Беллы. Конечно, сейчас парк тоже закрыт. - В роддоме действительно торгуют детьми, оформляя все так, будто бесплодная состоятельная дама чудом родила сама. Вот какой последний шанс на материнство они дают!" - Наташа эмоционально саданула кулаком по клаксону, прогоняя с дороги какого-то парня на мопеде, выскочившего сбоку. И ей так же, как и Ольчику, захотелось заехать кулаком в холеное лицо красавицы Соколовой. "Ладно... Лучше не распускать кулаки, а сделать так, чтобы эта стерва больше никого не изувечила и не погубила!" - Наташа свернула на набережную Фонтанки.

- Блин, как пусто, - сказала притихшая Ольчик. - А я слышала, девчонки говорили, будто коронак - это фейк, типа, пугачку для дураков придумали, чтобы нал отменить и всех на карты перевести... А вы как думаете?

- Не знаю, - честно призналась Наташа. - Я много разных версий уже прочла и услышала за эти недели. На то людям и дар речи дан, чтобы говорить. Про меня вот тоже говорили, будто я в своем городе вокзал взорвать хотела...

- Вау, - оживилась Ольчик, - это фильм был такой, про вокзал. Мужик свою подружку подставил, на нее вину свалил, а она из тюрьмы сбежала и доказала, что это он бомбу притащил... Блин, как же он называется?..

- "Узница спецблока"? - спросила Наташа.

- Ага, точно! Вечно я все забываю!

- Ничего, бывает. Этот фильм снят по моей первой книге, на основе реальных событий. Можно сказать, моя автобиография.

- Ухтышка! - восхищенно посмотрела на нее Ольчик. - Фильм классный, мне понравилось. Сначала героиню было жалко, она же не виновата, а ей не верят, а этому уроду все с рук сошло. Я думала: хоть бы всех хорошо закончилось, ну, чтобы она доказала, что говорит правду, а этого гада посадили!

Наташа вспомнила Вальтера, ныне отбывающего наказание в "Полярной сове" и не стала развивать эту тему.

- Ну, вот мы и приехали, - она свернула к дому, где располагался офис юридической компании Ефима.

- Ого! - Ольчик чуть не выпала из окна при виде величавого особняка с кариатидами, массивной кованой ограды и ворот с позолоченными шпилями, - шикардос, как в кино! Это тут ваш друг работает?

- Он хозяин юридической фирмы, - Наташа завела машину во двор на служебную парковку и вышла первой. - И очень хороший адвокат. В 2015-м они спасли меня, и тебе тоже помогут.

- Нехило адвокаты бабло косят, - восхищенно выдохнула Ольчик, увидев на парковке машины Ефима, Игоря и Уланова и последовала к мраморному крыльцу за Наташей.

*

Коган, Никольский и Уланов уже ждали в зле для совещаний и корпоративов. Белла задерживалась; она поехала в лабораторию, чтобы забрать заключение экспертов об исследовании бежевой блузки Инги.

Ольчик замешкалась на пороге. Роскошь обстановки повергла девушку в легкий ступор, и она не решалась ступать своими дешевыми поношенными кроссовками по золотистому паркету коридоров и пушистому ковровому покрытию в зале.

Коган поднялся с кресла и приветливо улыбнулся:

- Добрый день, барышня, проходите, пожалуйста, без страха и сомнения. Мы не волки, а мирные адвокаты и кусаем только следователей и прокуроров за дело и за другие места, а свидетелей не обижаем.

Ольчик невольно хихикнула, и первая робость отступила.

Наташа отошла к кофе-машине, пока Ефим и Игорь беседовали со свидетельницей. Рядом остановился Уланов и потыкал в кнопки второго крана.

- Что ты узнала? - спросил он.

- Жуткую дрянь, - ответила Наташа, подставляя чашечку для эспрессо. - Роддом очень изменился с тех пор, как там рулит Соколова. И опять то же, что было со мной: она считает, что есть люди второго и третьего сорта, с которыми можно не церемониться. А есть избранные (к ним она причисляет себя), которые выше всех норм и границ и имеют право свободно распоряжаться судьбами "низкосортных" людей... Гадость какая, - с отвращением сказала Наташа, - знаю, что это сплошь и рядом, но все равно каждый раз с души воротит.

- Хуже, когда к такой дряни и гадости привыкают, и она становится нормой, - ответил Виктор, забирая свой американо с молоком. - А сейчас все устойчивее тенденция: одних не считать за людей: планктон, биомасса, расходный материал. Другие же мнят себя действительно выше закона, морали и этики. Те же селебритис... Мало ли историй о том, что кто-нибудь из них оскорбил, избил или покалечил человека? Они уверены: их обязаны правильно понимать и не обижаться; они же гении и имеют право на нестандартное поведение, у них стресс, кризис и так далее. Много таких: думают, что, если они поют, снимаются в кино и сериалах или преуспели в профессиональном спорте, то могут вести себя как угодно, а окружающие должны утереться и стерпеть.

- А Соколова пошла еще дальше. Она использует "милашек" для того, чтобы исполнить мечту богатых женщин, мечтающих о ребенке, а девушек потом уничтожает за ненадобностью или чтобы не досаждали "первосортным".

- Она всего лишь продолжила логическую цепочку, о которой я тебе говорил. Один обматерил кого-то, другой ударил, третья явилась на ток-шоу с мусорным мешком для оппонентки, а Соколова построила свой бизнес на "милашках", которых эксплуатируют и хозяева, и клиенты, а обыватели презирают и не считают за людей - то есть, с ними, как подумала госпожа доктор, можно делать что угодно, никого это не волнует. Такая вот цепочка, Наташа.

- Отвратительная цепочка.

- Согласен.

Вернулась Белла и с порога сообщила Наташе и Уланову, что заключение экспертов подтвердило их с Ефимом версию. На блузке Инги не было следов крови.

- Обвинение сыплется на глазах, - торжествовала Измайлова, - нам бы еще найти настоящего убийцу и доказать, что Инга не была с ним в сговоре.

- Всего ничего осталось, - невесело улыбнулась Наташа. - Слушай, Лестрейндж, сегодня я в очередной раз поняла, какие есть дрянные люди...

- А мы это "открытие" делаем регулярно.

Отправив Ольчика на одну из конспиративных квартир КУНИ и строго-настрого приказав не выходить из дома для безопасности (впрочем, девушка и не отказывалась: "А че? Нормально, - ответила она. - Или в моей каморке без окна в стены плевать, или в отдельной квартире пожить! Да вы мне прям курорт устроили!"), Ефим плюхнулся в кресло:

- Белка, сделай-ка мужу кофе покрепче!

- Это ты мне должен его в постель подавать, молодую жену надо баловать, - закапризничала Белла, тыкая в кнопки...

- Устал, как собака, - признался Ефим, - но после показаний этой Ольчика Еремеевой Соколову можно отдавать в разработку ребятам из СледКома! Я только одного не понимаю: за что эта шайка-лейка убила Антона? По идее, с такого умелого врача пылинки надо сдувать, тем более если он работает в ее "свите". А по словам старшего Никодимова, Антон не первый год был "придворным" у Кристины.

- Значит, спросим об этом у нее самой, - сказала Наташа. - И хорошо бы поймать ее с поличным, чтобы им нелегко было отвертеться!