Рыбак с изумлением посмотрел на шефа. Как же не похож он был сейчас на вежливого и корректного директора «Апогея»! От прежнего Симбирского осталась, пожалуй, лишь привычка ругаться не по-русски.

– Это исключено. – Иван покачал головой. – Я понимаю ваше состояние, но, во-первых, на дворе ночь, в больницу меня никто не пустит. А во-вторых, я сотрудник охранной фирмы, а не заплечных дел мастер. Повторяю, самым разумным в данной ситуации будет обратиться в полицию. Они смогут вычислить, откуда похититель выходил на связь. Опять же, если рассуждать здраво, Светлова в больнице, ей только что сделали операцию. Как, по-вашему, она могла все это провернуть? И потом, как, находясь в больнице, она сможет забрать деньги с вашего расчетного счета?

– Элементарно! – Симбирский посмотрел на коньяк, зачем-то понюхал его, глотнул самую малость и замер, словно прислушиваясь к своим ощущениям. Затем с облегчением выдохнул и сделал еще один глоток. Побольше. – Это можно сделать с абсолютно любого компьютера, подключенного к Интернету. Главное – иметь электронный ключ и ОТП-токен.

– Что, извините? – переспросил Рыбак.

– Оne-time password token, – чуть ли не по буквам проговорил Кирилл, – генератор одноразовых паролей.

– Вы хотите сказать, что у Светловой, когда она сломала ногу, были при себе и ключ, и этот самый генератор? Это при том, что она так спешила, что даже мобильный на столе оставила?

– Ключ – это файл, она могла его скопировать… – Симбирский задумчиво поскреб ногтями подбородок. – Например, послать себе по почте.

– Для чего?

– Ну, для того, чтобы иметь возможность в любой момент посмотреть, сколько денег у нас на счете.

– Зачем? – с искренним недоумением поинтересовался Рыбак.

– Например, для того, чтобы доложить мне.

– Но если Светлова могла сделать это в любой момент, вы же тоже… – Иван вопросительно посмотрел на Симбирского.

– Что «тоже»?

– Могли?

– Конечно, мог, но у меня есть сотрудник, который получает зарплату за то, чтобы докладывать мне о движении денег на счетах предприятия. Надеюсь, это понятно? – раздраженно спросил он.

– Понятно, – миролюбиво ответил Рыбак, – я просто пытаюсь очертить круг лиц, которые, помимо Светловой, имеют доступ к ключу.

Симбирский задумался.

– Наш главный бухгалтер Георгий Серафимович имеет. И, наверное, кто-то из девочек-бухгалтеров. Не сам же он платежки набирает.

Иван представил себе бухгалтеров «Апогея», сплошь дам бальзаковского возраста с рубенсовскими формами. Очевидно, Георгий Серафимович набирал команду, пользуясь собственными эстетическими предпочтениями. Интересно, кто из них те «девочки», которые пользуются банковским ключом? Ладно, это легко выяснить.

– А генератор этот ваш? Им кто пользуется?

– Им только Светлова. Бухгалтеры набирают платежки, подписывают электронным ключом, а Светлова просматривает и подтверждает. Вернее, просматривала и подтверждала.

– И каков механизм этого самого подтверждения?

– ОТП-токен – это такой маленький брелок. Нажимаешь на кнопку, на дисплее высвечивается шестизначный пароль. Вводишь его в специальное окошко в программе – и хоп, – Симбирский махнул кистью, – денежки улетели. Понятно?

– Не совсем. Светловой неделю нет на работе, получается, сейчас отправкой платежей никто не занимается?

– Ну почему же? Я занимаюсь. Собственноручно, – с нажимом на каждое слово ответил Кирилл Петрович.

– А где вы взяли брелок?

– Как где? У Светловой в кабинете. Он у нее в столе лежал, в верхнем ящике.

– Других брелоков на фирме не было? – уточнил Рыбак.

– Зачем?

– Ну, мало ли? И вот теперь объясните мне, пожалуйста, если брелок, которым пользовалась Светлова, находится у вас, каким образом она может отправить платежку?

– Так ей не нужны никакие брелоки. Она взломала программу! Выяснила алгоритм работы генератора случайных чисел!

– Она вам прямо так об этом и доложила? – недоверчиво спросил Рыбак, пользуясь лексиконом Симбирского.

– Докладывать не докладывала, но я сам видел, как она это делала. Захожу, а она сидит, глаза горят, цифры с токена в компьютер забивает. Смотрите, Кирилл Петрович, говорит, тут один, тут два. А сейчас будет три. Нажимает на кнопку, а там, точно, первая цифра – три. Умная, зараза! Так что кроме Светловой некому!

– Некому! – согласился Рыбак.

– Так что давай, поезжай в больницу, давай!

В этот момент в кармане у Ивана зазвонил телефон. Недоумевая, кто бы это мог так поздно звонить, он достал трубку и чуть не выронил ее от удивления: на дисплее было написано «Светлова».

– Минутку, – сказал Иван Симбирскому и отошел в угол, чтобы шеф не догадался, с кем он разговаривает.

– Извините, пожалуйста, – сказал он тихо, – я не могу сейчас разговаривать. Я вам обязательно перезвоню, когда освобожусь. Скорее всего, уже утром. Хорошо? – и нажал кнопку отбоя.

– Так ты едешь? – с раздражением спросил Симбирский. – Или я буду срочно искать другие каналы.

– Кирилл Петрович, – твердо сказал Рыбак, – давайте поступим так. Сейчас не будем пороть горячку, недаром наши предки говорили: утро вечера мудренее. Вы сами сказали, что Светлова – женщина умная. Просто так, на авось, ее не взять. Я с утра пройдусь по фирме, поговорю с людьми, соберу факты, а потом поеду в больницу и прижму ее этими самыми фактами к стенке. А там посмотрим. Согласны?

Вместо ответа Симбирский плеснул в свой бокал коньяку.

Запах спиртного напомнил Рыбаку, что он сегодня остался без ужина.

– Кирилл Петрович! Может, все-таки свяжемся с полицией? Они смогут определить, откуда выходил на связь похититель.

Симбирский опустошил бокал одним глотком и одобрительно кивнул:

– Это идея. Завтра захватим комп в офис. Пусть Лебедев с ним позанимается. Уверен, ему удастся вытащить больше информации, чем всем полицейским города, вместе взятым.

С этим решением нельзя было не согласиться. Федор Лебедев, которого за глаза в «Апогее» величали профессор Лебединский, или просто профессор, действительно был в компьютерном деле докой.

– Хорошо. Вы пока идите отдыхать, – сказал Рыбак, – а я тут посижу, подежурю. Вдруг наш похититель еще что-нибудь напишет.

На самом деле Рыбак был уверен, что до понедельника похититель не объявится, но ему хотелось быть рядом с Симбирским – мало ли, что тому взбредет в голову. Еще поедет сам в больницу воевать с Кристиной.

– О`кей, только если что – позови меня, – хмуро сказал Кирилл Петрович и, подхватив за горлышко бутылку, удалился, позабыв поинтересоваться, не голоден ли его сотрудник. И это было тоже не похоже на него. Он, разумеется, предпочитал не вникать в чужие проблемы, но старался придерживаться неписаных законов гостеприимства, по крайней мере, в офисе.

Глава 22

Конечно, перед такой непростой поездкой необходимо было набраться сил и хорошенько выспаться, но сна не было ни в одном глазу. Вспомнилась бабушка, советующая при бессоннице считать слонов. Кристина представила слона – огромного, с впалыми боками и повисшими ушами. Маленькие глаза глубоко утопали в морщинистых складках кожи, отчего взгляд казался мудрым и бесконечно скорбным.

– Привет! – сказал вдруг слон бабушкиным голосом.

Кристина присмотрелась хорошенько и поняла, что никакой это не слон, а любимое бабушкино кресло, «вольтеровское», так она его называла, а в нем сама бабушка в любимом жемчужно-сером платье.

– Привет! – сказала Кристина. – Как ты тут оказалась? Ты же умерла!

– С тобой умрешь! – с упреком ответила бабушка. – Опять удумала какую-то эскападу.

– А что, по-твоему, я должна смотреть в потолок и оплакивать свою несчастную жизнь?

– Нет, конечно. Но лететь на самолете в другой город – это явный перебор.

– Ба! – разозлилась Кристина. – Ну неужели ты хоть раз в жизни не можешь поддержать меня?

– А я, по-твоему, чем занимаюсь?

– Как всегда, читаешь нотации. Почему ты всегда считаешь, что я ни на что не способна?