Поймав мой настороженно-недоуменный взгляд, темноволосая, будто спохватившись, тянется к нескольким оставшимся кускам, но все же, поморщившись, брезгливо одергивает руку.

Она не изгой. И все, что на ней надето, смотрится не правдивее маскарадного костюма. Интересно, я одна это заметила? Все же, пересилив себя, девушка берет и начинает вяло жевать кусочек хлеба. Кто же ты такая?

Снова лязг металлической двери и грубый мужской голос:

- Пожрали, суки? – на нас нацелено два автомата – в проеме двери стоят оба уже знакомых нам мужчин, но за их спинами виден силуэт еще одного человека.

- Встали! – командует вошедший в подвал Главный, и мы, переглянувшись, медленно поднимаемся с пола.

- Раздевайтесь! – голос Главного, такого же чернявого человека, как и Зияд, звучит издевательски.

Мы стоим, опустив глаза и сложив руки на груди. Нереальность происходящего оглушает, заставляя думать, что все это лишь дурной сон. Слышится щелчок затвора, затем в стену напротив ударяет пуля, выбивая фонтанчик штукатурки. Старшая изгойка подает пример – начинает, тихо матерясь, сдергивать с себя лохмотья. Все, стараясь подавить рыдания, несмело следуют ее примеру, и вот мы уже стоим в одном белье под отвратными липкими взглядами двух бородачей. Из-за их спин выходит суетливый невысокий человек, стыдливо отводящий глаза. Как мы потом узнали – доктор.

- Внешний осмотр, потом заключение, – отрывисто кидает ему Главный, не отводя от нас дула автомата.

Более униженной я себя еще не чувствовала, с ужасом понимая, что это лишь начало. Доктор осмотрел нас на предмет вшей, каждый участок тела на наличие кожных болезней, даже в рот заглядывал, пересчитывая зубы. Жительницы трущоб отнеслись к осмотру практически равнодушно, чего не скажешь об Эрудитке, с которой случилась истерика, и резко побледневшей и явственно испугавшейся темноволосой обманщице. Я же, стараясь прикрыться руками, просто стояла и плакала, трясясь от стыда и брезгливости, ощущая скользящие по телу похотливые взгляды.

Наконец, доктор закончил осмотр, что-то быстро сказал охранникам и вышел. Дана команда одеться, и я тянусь к своим вещам, но в этот момент тяжелая рука хватает меня за волосы.

- А ты подожди. Давно у меня не было таких маленьких, – держащий меня Зияд чуть ли не облизывается, жадно рассматривая мое тело.

- Нет, нет…,- начинаю кричать я и лихорадочно бьюсь в его руках, но мужчина уже тащит в угол.

- Руки убрал от нее! – вдруг как гром среди ясного неба раздается голос Старшего, имени которого мы так и не узнали, – не порть мне товар, ублюдок! Вон ту можешь взять, она дешевка. В воспитательных целях.

Зияд, зло выдохнув, швыряет меня на пол, затем, в два шага, подойдя к Старшей изгойке, хватает ее и, несмотря на сопротивление, тащит в угол. Громкий мат девушки стихает после пары ударов по лицу, а дальше из угла слышны только возня, ее всхлипы и довольное рычание мужчины. Сидя на полу, изо всех сил затыкаю уши руками, чтобы не слышать этой мерзости, но сильный удар прикладом по ладоням заставляет опустить их.

- Только посмей еще раз уши закрыть! Смотреть!!! – орет Старший, и, ухмыльнувшись, добавляет, – и учиться.

*

За мужчинами уже давно захлопнулась дверь, плач Старшей стих, а я все сижу в углу, не в силах унять бьющую все тело дрожь. Всерьез раздумываю – может, и правда, лучшим решением будет нарваться на автоматную очередь, чем ждать, когда это произойдет со мной? Я не вынесу, я не смогу….

Теплая рука обхватывает ладонь – я и не заметила, как темноволосая села рядом.

- Как тебя зовут? – в голосе девушки столько теплоты и участия, что желание довериться ей появляется само собой.

- Эмбер.

- А я – Карми. Все будет хорошо, Эмбер, я тебе обещаю.

Поднимаю взгляд и молча смотрю в зеленые глаза девушки.

- Кто ты? Ты не изгой, – от моего обвиняющего шепота девушка вздрагивает и удивленно поднимает брови. Потом, видимо решив, что отпираться бесполезно, шепчет:

- Ты права. Я – Бесстрашная. И поверь мне, я вытащу тебя.

Резко выдергиваю руку и пытаюсь отодвинуться, но некуда.

- А что, – горько спрашиваю ее, – вам есть какое-то дело до нас, изгоев?!

Грустно улыбнувшись и кинув настороженный взгляд на сидящих в другом конце подвала девушек, она шепчет:

- Бесстрашие гарантирует защиту внутри периметра всем без исключения.

====== Карми. Гнев ======

За сутки до событий прошлой главы.

Портняжная работа мне, бывшей Дружелюбной, привычна – руки делают все сами, пока голова занята совсем не радостными мыслями. Распороть подгиб ткани, идущий по низу подола, затем, аккуратно подцепив пинцетом тончайшую, не больше спичечной головки, пластину передатчика, вложить в сгиб, затем аккуратно заметать обратно. Ювелирная работа по превращению всего, что на мне будет надето, в один большой ретранслятор, требует лишь времени, да самых простых навыков, но доверять ее кому-либо я не намерена. Лучше сама вошью микрочипы в одежду и белье, и буду уверена в них на сто процентов. Конечно, мне обязательно будут вживлены в шею стандартные датчики слежения, но, если вдруг окажусь в лабиринтах заброшенного метрополитена, сквозь толщу земли мое местоположение скорее всего будет неопределимо. А вот старые добрые пластины, вшитые в одежду в огромном количестве, дадут нужный устойчивый сигнал даже на огромной глубине. По крайней мере, Эрудиты, испытывавшие их в лабораторных условиях, клялись всеми святыми, в которых уже больше двухсот лет никто не верит, что так и будет.

Резко распахнувшаяся дверь квартиры, которую я делю с Грозой Всея Фракции, с личным пейзажем страха каждого неофита, с самым молодым, но суровым и беспощадным Лидером Бесстрашия, а, по совместительству, моим любимым мужем, впускает врывающийся в комнату сквозняк. Холодный воздух проносится по комнате, заставляя меня, удобно устроившуюся на полу с иголкой в руках и подшиваемым платьем на коленях, вздрогнуть и зябко повести плечами.

Не глядя на меня, молча, Эрик твердыми шагами проходит на кухню, где сразу хлопает дверцей мини-бара – слышен звук наливаемой в бокал жидкости. Похоже, он уже знает. Под ложечкой засосало в ожидании неприятного разговора.

Голос вновь появившегося Лидера спокойный, даже слишком.

- Почему я узнаю об этом последним? – в противовес его видимому спокойствию, на пол рядом со мной летят несколько в бешенстве скомканных листов бумаги.

Молча втыкаю иглу в грубое домотканое полотно наряда, в срочном порядке привезенное из Отречения. Именно такой одеждой Убогие снабжают изгоев, и целью моего задания как раз и будет перевоплощение из разведчика в афракционера. Агент, но без какого-либо серьезного прикрытия, который должен будет привести Бесстрашных к самому центру грязного рассадника торговцев живым товаром. И во всей этой блестящей операции мне отведена самая незавидная роль – роль «подсадной утки». Но исполнить соло в этой игре – мое личное решение.

Под испепеляющим, дышащим неподдельным гневом, взглядом Эрика, поднимаю разбросанные листы и, аккуратно расправив, читаю. Так я и думала – это подробно расписанный план под названием «Трофей»: сценарий, по которому я буду играть роль ничего не подозревающей молодой изгойки, которую старательно продают в сексуальное рабство. Все это совсем недавно было обсуждено на совещании у Макса, а теперь вот лежало передо мной в напечатанном виде. Пожимаю плечами и спокойно отвечаю.

- Тебя ведь двое суток не было, а ситуация пиковая. Совсем недавно пропала очередная девчонка, на этот раз Эрудитка – вся разведка и так была в полной боеготовности. А уж когда нам на блюдечке преподнесли информацию об одном из наводчиков, продавших изгойку – грех было бы не воспользоваться такой возможностью внедриться в их гадюшник. Только времени было мало ждать твоего высочайшего соизволения.

Это правда – пока Эрик последние двое суток был на очередном выезде, случилось минимум два похищения молодых девушек. Первое – Эрудитки, поссорившейся с родителями и решившейся убежать из дома, но, на свою голову, выбравшей неверное направление – прямиком на границу с кварталом изгоев, где ее, судя по всему, и похитили. Джанин Мэттьюс лично на повышенных тонах общалась с Максом, требуя немедленно кинуть все имеющиеся силы на поиск девчонки, но мы знали, что это еще ни разу не дало результатов. Изгои слишком хорошо умели скрываться в хаосе разрушенных зданий на земле и в ими же перестроенных лабиринтах бывшего метро под землей. Можно было бы спуститься в эти заброшенные подземелья и атаковать изгоев несколькими отрядами, но при войне на их территории, а уж особенно глубоко под землей, потери личного состава были бы чрезвычайно велики. Несоизмеримо велики по сравнению с возможностью спасти нескольких человек. Ни один командир не отдаст своим бойцам приказа идти на штурм темных тоннелей, достоверного плана которых не существует в помине.