Раньше ему было бы все равно. Границы жизни и смерти давно стерлись, и Риган наплевательски относился не только к своим случайным жертвам. Приходя в себя над остывающим телом или наслаждаясь истеричным ужасом в глазах очередной дамочки, он равнодушно представлял, что рано или поздно настанет и его черед. Инстинкт выживания стал просто привычкой, но теперь он не хотел умирать, как подстреленное животное. Агнесса звала его по имени и кричала, а Риган понимал, что ничего не может изменить. Смерть медленно, но верно волокла его к своему мерзкому ледяному логову, а потом вдруг стало тепло…

— О чем задумался? — Агнесса встревоженно смотрела на него.

— Тоже не хочу к ним ехать, — фыркнул он и легко сжал ее руку.

Белокаменная вилла была заметна издали. Она напоминала цветок мухоловки, который только и ждет, чтобы кто-нибудь залетел на огонек. Это место сочилось обманчивой, влекущей магией спокойствия и умиротворения. Звонко пели птицы, издалека доносился гул моря, ветер шумел листвой. На расчищенной дорожке, казалось, не было ни пылинки. Ни одного камушка, который можно пнуть ногой и отвести душу, поэтому Риган сунул руки в карманы и отправился гулять.

Территория и впрямь была огромная. Фонтан в окружении скамеек и беседок, чуть дальше — большой бассейн под навесом. Облокотившись о перила на смотровой площадке, Риган не без злорадства отметил коттедж чуть поодаль. На фоне белокаменных арок и шикарной стилизации внутреннего двора под старину приляпанная к соседскому дому спутниковая антенна низводила весь пафос.

— Скоро ты перестанешь скучать. — Стук каблуков Клотильды он услышал еще раньше, но не обернулся.

Она улыбалась так, будто не стреляла в него, а читала стансы под луной. Ничего необычного, Риган знал, что извинений не дождется. Человеку неискушенному это могло показаться диким, но он давно не обращал внимания на такие мелочи. Или правильнее будет сказать, махнул рукой на противоестественное, искаженное уродство их мира? Они жили по своим законам, и законы эти были гораздо жестче, чем логика выживания любого, самого опасного хищника.

Древний вручал им конверт с очередным заданием, а они шли и послушно выполняли. Неважно, чем был выстлан путь и как глубоко земля пропитается кровью. Любовь к Ив вытряхнула Ригана из панциря безразличия, но за это он заплатил слишком дорогую цену. С таким багажом из прошлого одиночество — лучший выход. Тайны и интриги теневого мира, в котором под знаменами Древнего вершилось собственное правосудие, они держали в своих руках. Ликвидаторы, когда Орден не справлялся с зарвавшимися измененными, и дипломаты, когда речь заходила о сильных мира людей. Вербовщики, если на горизонте появлялся интересный измененный или человек, и учителя, когда новичка нужно было ввести в курс дела. Идеальные исполнители, каждый на своем месте.

Вот и сейчас его способности пришлись ко двору. Чтобы подобраться к Городу и открыть его, требовалась материальная иллюзия, а Риган оказался единственным пробужденным иллюзионистом в команде. Пока единственным.

Он смотрел Клотильде в глаза. Что она чувствовала, нажимая на спуск? Мысли этой женщины были известны разве что ей самой, за прохладой улыбки могло скрываться что угодно, и Риган привычно подмигнул ей. Игра продолжалась.

— Пойдем, — она поманила его.

— С чего начнем? С ментального кунг-фу? Или как там называются ваши курсы для продвинутых?

Клотильда скептически хмыкнула.

— С упражнений для малышей.

Они снова прошли длинными коридорами и спустились вниз — на этаж, где устроили жесткое испытание для Агнессы. Интересно, после того представления пол долго отмывали? Представить Клотильду с тряпкой и ведром получилось не сразу, но, хотя картина вышла неправдоподобная, Риган все равно улыбнулся.

Они миновали еще пару поворотов и вошли в просторный и светлый спортивный зал, напичканный разнообразными тренажерами. Подземелье со стенами, увешанными мечами, копьями и головами поверженных врагов Дариана, выглядело бы уместней, но Риган не успел озвучить мысль. Клотильда резко повернулась и расстегнула на нем рубашку старым добрым способом: просто рванув по линии пуговиц. Не то чтобы он возражал, но что-то в ее взгляде ему не понравилось. И еще больше не понравилось, как она покачала головой.

— Иди на беговую дорожку.

— Уверена, что форма мужчин проверяется на беговых дорожках? — Он стряхнул с ее плеча несуществующую нитку.

— Да, — ехидно усмехнулась Клотильда и указала в сторону тренажера. — Знаешь, как пользоваться, или тебе показать?

Риган пожал плечами. Хочется ей устроить спектакль — пожалуйста. Да, сейчас он был далек от совершенной формы измененного. Слишком давно занимался спортом в последний раз, а все тридцать три удовольствия плохо сказываются на физической составляющей, особенно алкоголь. Спасибо папаше хотя бы за конституцию — в блаженном сибаритстве Риган так и не обзавелся отвисшим брюшком и лишними килограммами.

— И долго мне тут бегать? — Он сбросил рубашку и включил дорожку. — Это что, новый запатентованный способ раскрытия сверхспособностей?

— Для работы с энергиями необходимы здоровье и выносливость. — Клотильда достала планшет и уткнулась в него. — Иначе первая же иллюзия вытянет из тебя все силы.

В ее словах была доля правды. Риган припомнил, как чувствовал себя после «появления» Агнессы в номере отеля в Мюнхене. Еле оклемался, а ведь это длилось секунды. Котенок стоил ему легкого звона в ушах, но котенок был лишь голограммой.

Он вздохнул и сосредоточился на беге. Поначалу все получалось, а потом Клотильда подошла и увеличила скорость… Она разрешила сойти, только когда он готов был рухнуть физиономией в пол.

— Все не так ужасно, — с улыбкой инквизитора заявила она. — Конечно, придется поработать. Переодеться можешь в раздевалке, она слева.

— Переодеться? Шутишь?! — Риган оперся руками о колени и теперь пытался выровнять дыхание. Пока что тщетно: воздух обжигал легкие, а горло будто натерли наждачной бумагой.

Она не ответила, просто кивнула в сторону раздевалки. Риган дотащился туда, обнаружил спортивный костюм и кроссовки и на выдохе сполз на скамейку. Нет, Клотильда совершенно точно не шутила.

— Что дальше? — мрачно поинтересовался он, когда вернулся в зал. — Собираешься сделать из меня спринтера? Учти, если я сдохну раньше, чем научусь ваять продвинутые голограммы, Дариан тебя по голове не погладит.

— Я не стану его расстраивать.

И это было только начало. Она выжала из него все, что смогла. В коротких перерывах, перед продолжительными занудными медитациями и во время обеда она рассказывала ему теорию: то, что необходимо знать про энергии, новое зрение, контроль.

Начиналась новая жизнь: Ригану предстояло распрощаться со всеми вредными привычками. Клотильда выдала ему распорядок дня на ближайшие две недели — расписание занятий, в перерывах между которыми значилось обязательное посещение библиотеки Центра и массажиста, а заодно и список запрещенных продуктов. Большими буквами в самом верху значилось: никакого алкоголя.

Закончили они около девяти, когда Риган был уже не способен возражать и сопротивляться. И все-таки, глянув на расписание, спросил:

— Восемь утра?! — Он прищурился и посмотрел снова — в надежде, что зрение его обманывает. Но нет. — Может, хотя бы полдень?

— Восемь, — напомнила Клотильда. — Раньше начнешь — больше успеешь.

Риган с трудом верил в этот кошмар. Помимо того, что он чувствовал себя, как придавленный рабочим материалом навозный жук, и пах приблизительно так же, еще и каждая мышца противно ныла. Завтра вообще будет ад, а она говорит — восемь утра. Хорошо, если он с постели подняться сможет!

— Черт с тобой! — выдохнул он. — Но ты должна мне уже две рубашки. Что вы собираетесь делать с Агнессой?

Клотильда и бровью не повела.

— Если она не захочет учиться — ничего.

В машине Риган включил музыку на полную. Басы раскатами вибрировали в ушах, вырываясь из раскрытых окон под усыпанное звездами небо. Дорога успокаивала. Похоже, Агнессу решили оставить в покое, и это пришлось ему по вкусу. Может статься, Дариан не кривил душой, когда обещал ее отпустить.