— Мне стоит быть осторожнее, — выдохнула она. — Ты умеешь читать мысли.

— Если тебя утешит, — он развел бедра и усадил ее на шезлонг рядом с собой — так, что она ощутила его горячее желание, — то я тоже не железный.

Агнесса хотела пошутить, что если не железный, то очень твердый, но под его прикосновениями все слова вылетели из головы. Риган массировал ее плечи, спину и руки, она расслабилась и закусила губу, сдерживая стоны удовольствия, даже позабыла, где находится. Крем давно впитался в кожу, а Риган продолжал поглаживания. Ее тело задрожало в умелых руках, пальцы с силой сжались на коленях Эванса. У Агнессы вырвался хриплый стон, и она без сил откинулась на его грудь. По телу разливалась истома, но от стыда хотелось утопиться в океане.

— Прости, со мной такое впервые, — она чувствовала себя донельзя глупо.

— Извиняешься за то, что тебе было хорошо? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Ты невозможный! — Агнесса попыталась отодвинуться и встать, но он подтянул ее к себе вплотную и обнял.

— Обожаю, когда ты злишься.

— А что еще тебе нравится?

Вместо ответа он подмигнул, а потом поднялся и с разбегу бросился в воду. Совсем как мальчишка. Агнесса подумала, что никогда не привыкнет к тому, что Эванс способен вывести ее из себя. Одним лишь прикосновением или брошенным на лету словом. Первое сводило с ума, второе давало понять — роман они закончат без сожалений. Оставалось только наслаждаться тем, что есть, и отгонять грустные мысли.

Эванс вышел из воды счастливый — от хмурого типа, что встретил ее в Эванс-Холле, осталось разве что воспоминание. На его теле блестели капельки воды, и Агнесса поспешно закрыла глаза и откинулась на шезлонг. Не хватало еще, чтобы он принял ее за нимфоманку.

— Чем занимаются твои компании? — поинтересовалась она, чтобы сменить ход мыслей.

— Недвижимость и медицина. Отдуваются за все генеральные менеджеры, а мне только присылают отчеты. Ну а ты как докатилась до такой жизни?

— Достойная зарплата, дружный коллектив, приятный босс. Я получила заманчивое предложение и согласилась.

Не так описывают дело всей жизни. Агнесса скучала по родным и Лондону, но совершенно не думала о бывшей работе. Она чуть не рассмеялась, но вспомнила Бена, помрачнела и открыла глаза. Эванс устроился на соседнем шезлонге и мастерил кораблик из бумаги.

— Я считала свою работу замечательной, но никто не предупредил, что она опасна.

Еще недавно она с болью в сердце вспоминала об утраченном, сейчас же говорить об этом было немного легче. Как будто внутри захлопнулась какая-то дверца, отрезая ее от переживаний по тому, чего уже не исправить.

— Я не представляю, что мне делать дальше. У тебя было такое? Когда ты не знал, чем заняться?

— Бывало. Всякое бывало. — Риган выглядел на удивление серьезным.

— И как ты с этим справился? Сложно жить без цели? Или привыкаешь?

— Проходит время, и ты понимаешь, что все цели — иллюзия. В том числе и те, которые когда-то казались важными.

Если так случится, что сразу вернуться не получится, сколько ей понадобится времени, чтобы позабыть? В детстве ей удалось вычеркнуть из жизни милую сердцу Москву, немногим позже — Харвуда и свою маленькую трагедию, но тогда рядом были близкие и Рита. Ригану не нужны ни ее чувства, ни переживания. Они вместе, пока притяжение не иссякнет. После Эванс отправится на поиски новых знакомств и острых ощущений, а ей придется все начинать заново. Одной.

Они провели вместе больше недели, и Агнесса понемногу привыкала к новому ритму Здесь, на Тенерифе, с его золотыми пляжами и теплым океаном, каждый день был наполнен развлечениями. Они загорали и купались, обедали и ужинали в ресторанах, а ночами сплетались в объятиях. Агнесса начинала понимать, насколько всегда и во всем сдерживала себя. Она слишком серьезно относилась к жизни, и та подбросила ей испытание — вынужденный побег из дома. Риган молчал о том, как продвигаются поиски шантажистов, и она предпочитала пока не думать, что будет дальше.

В один из вечеров он пригласил ее в клуб. Агнесса долго колебалась, но все же надела то самое красное платье, откровенное до безобразия. Взгляд Ригана, полный вожделения, мгновенно избавил от неловкости.

— Я уже и не надеялся, что ты его наденешь, — он обнял ее за талию и притянул к себе. — Выглядишь невероятно обольстительно.

Агнесса довольно рассмеялась.

— Подойдет?

— Более чем… — Риган почти касался губами ее губ, и по телу Агнессы пробежала волна возбуждения. Ночь обещала быть не менее жаркой, чем предыдущие.

Клуб оказался в индийском стиле. В современной его части растянулась длинная барная стойка с прозрачными пластиковыми стульями, танцевальная площадка и небольшая сцена. В ложах господствовала роскошь Азии. Темно-красные, с золотом, диваны, низкие резные столики, свечи и бронзовые статуэтки. Запах благовоний пьянил не меньше, чем близость Ригана. Здесь привыкли наслаждаться удовольствием, растягивая его на всю ночь.

Эванс заказал коктейли, и реальность снова начала размываться. Если бы не высокие каблуки, она бы танцевала ночь напролет, но ноги уставали, и приходилось возвращаться к столику. Они курили кальян, пили и целовались. Агнесса знала, чем закончится вечер, и сердце ускоряло бег. Краткие прикосновения, многообещающие взгляды — все это распаляло не меньше откровенных ласк.

А потом настроение резко переменилось. Она возвращалась из дамской комнаты и увидела рядом с Эвансом яркую девицу. Невысокую, в коротком белоснежном платье, которое выгодно подчеркивало смуглую кожу и длинные темные волосы. Присмотревшись, она узнала Петру — консультанта из магазина. В откровенном танце та едва не запрыгивала на Ригана: прижималась, обвивала руками его шею и едва не облизывала его.

Агнесса ужаснулась желанию подойти и оттащить ее за волосы. Странно, но она никогда не ревновала Джона. Или он просто не давал ей повода? Больше того, она всегда гордилась выдержкой и спокойствием, которым без устали удивлялась Рита. Конечно, рассчитывать на верность Эванса даже на время их короткого романа было глупо. Равно как и выделять себя из толпы девиц, с которыми он развлекался. Горьковатый привкус разочарования испортил весь вечер. Ей уже не хотелось продолжения, и тем более не хотелось лицезреть самодовольную рожу Эванса.

Агнесса через силу улыбнулась и быстро подошла к парочке. Она не позволит считать себя подстилкой, рядом с которой можно спокойно лапать других женщин.

— Дай мне ключи от машины. — На девицу Агнесса даже не взглянула.

Если она задержится здесь еще немного, то поддастся искушению вцепиться в накладную шевелюру Петры.

— Устала? — Эванс выразительно приподнял брови.

— Да, — Агнесса сцепила зубы. — Можешь не провожать.

— Тогда пойдем, — он пропустил выпад мимо ушей и предложил ей руку, — рад был повидаться, Петра.

Риган с девицей обменялись откровенными улыбочками, и это явно говорило о том, что «повидались» они не в первый раз. Агнесса сложила руки на груди, развернулась и пошла к выходу. Она не знала, что делать — продолжать злиться или злорадствовать над тем, что Эванс уходит вместе с ней. Он мог просто отдать ключи, но почему-то решил бросить Петру.

Риган догнал ее у выхода и кивнул в сторону парковки.

— Похоже, тебе нравится, когда за тобой бегают.

— Нет, я не выношу, когда меня принимают за идиотку! — вырвалось у Агнессы, и она тут же махнула рукой, не пытаясь ничего объяснять. — Забудь. Почему ты ушел со мной?

— Не хотел ехать на такси.

А чего она ждала? Заверений в том, что с ней ему лучше? Смешно! Она прекрасно знала правила игры. Скривившись от злости на саму себя, Агнесса упрямо заявила:

— Я поведу!

Риган хитро улыбнулся и протянул ей ключи.

— Как скажешь, солнышко.

Агнессе не нравилось это обращение. Оно напоминало ей о своих капризных волосах и о превосходстве Эванса.

Она вырвала ключи из его рук, обошла машину и села на водительское сиденье. Шикарный спортивный автомобиль отличался от тех, к которым она привыкла. «Порше» так и просил скорости, и она гнала все сильнее. Гнев не утихал, а улыбающийся Эванс только подливал масла в огонь. Он откровенно наслаждался поездкой: откинулся на спинку сиденья и смотрел прямо на дорогу. Его не смущала ни скорость, ни ее настроение. Да и она сама хороша! Раньше и в голову не пришло бы сесть за руль после трех коктейлей. Как же низко она пала!