хочешь мне сказать, Макс! Но я не могу её оставить, понимаешь? Ты своим сарказмом каждый раз задеваешь меня за живое, а я никак не могу тебя сломить! Ничем!

Тхагелов стал медленно походить к нему.

-Ни морально! Ни физически! Ты как кремень!

Он ударил Максима.

-Тебя бьёшь, а тебе ни по чём!

Из глаз Демидовой покатились слезы.

-Ты поднимаешь глаза и продолжаешь смеяться мне в лицо! – почти сошёл на крик Ибрагим. - Она – мой единственный козырь, моё верное средство, с помощью которого я, наконец-то, смогу с тобой справиться!

Макс подождал, пока боль от удара утихнет, а потом, подняв глаза, тихо произнёс:

-Не трогай её, Ибрагим.

Тхагелов театрально закатил глаза и скорчил жалостливую гримасу.

-Не трогай её, Ибрагим! – передразнил он Максима.

Затем его лицо снова стало серьёзным, и он, подойдя к нему, угрожающе прошептал:

-Я не могу упустить возможность помучить тебя напоследок, Макс.

Тяжело дыша, Каверин посмотрел ему в глаза, и после недолгой паузы сказал:

-Ты устраиваешь это представление своего удовольствия ради. Почему ты меня так ненавидишь?

Ибрагим сверлил его взглядом, как будто раздумывая, отвечать или нет, а потом, сжав кулак и усмехнувшись, спросил:

-Ты правда не знаешь?

Максим покачал головой. Этот вопрос часто всплывал в его голове, но не имея на него ответа, он о нём забывал. Но то, что в Тхагелове пылала личная ненависть к нему, Максим знал точно, потому что аль-Каюм был слишком занят глобальными проблемами, чтобы снисходить до такого мелкого создания, как Максим Каверин.

-А ты вспомни, Макс, детский дом и тот день, когда мы перестали быть друзьями! – выкрикнул Тхагелов. – Покопайся в своей памяти и, может быть, ты найдешь ответ на этот вопрос!

Виктория вздрогнула, когда услышала, что когда-то они были друзьями. Она перевела взгляд с Ибрагима на Макса и увидела, что тот смотрел куда-то в пространство, забыв, что происходило вокруг.

Максим молчал. Он пытался вспомнить, как получилось так, что из хороших друзей, которыми были, они превратились в заядлых врагов, но в голову ничего не приходило. Ничего такого, что могло бы заставить Тхагелова столько лет хранить в себе чувство такой сильной ненависти.

-Неужели дело в том щенке, которого я спас? – спросил, нахмурившись, Макс, когда вырвался из своих детских воспоминаний. – Ты мстишь мне за то, что я не позволил тебе сломать ему шею?

Ибрагим громко рассмеялся.

-Та дворняга тут ни при чём, Макс! - сквозь смех ответил он. – Хотя именно она стала причиной, по которой у тебя появилась эта надпись на груди.

Демидова слушала их разговор и старалась восстановить картину прошлого, которую они обсуждали.

-Вспомни, как ты назвал меня, когда Аркаша помешал нашей с тобой беседе!

Максим стал напрягать память, но такие детали не отложились в его голове. Он был слишком мал, чтобы помнить всё, кроме того бездомного щенка, маленького и беззащитного, трясущегося от страха под тяжёлым ботинком Тхагелова.

-Турецкий выродок, - сверкнув глазами, сказал Ибрагим. – Ты назвал меня турецким выродком и, смеясь, ушёл. Хотя мы были друзьями, Макс!

Каверин слушал его и не мог поверить в то, что тот говорил. Действительно, что-то похожее всплыло в сознании, но неужели одна нелепая фраза, сказанная восьмилетним ребёнком, заставила Тхагелова всю жизнь вынашивать план мести? Из-за неё погиб Аркаша несколько лет назад? Из-за неё убили Ника и весь его отряд? Из-за тех двух слов Максиму пришлось пройти через все те муки, которые до сих пор заставляли сердце нестись вскачь?

Макс смотрел на Тхагелова, и на его лице читались полная растерянность и сильное потрясение.

-Ты больной ублюдок, Ибрагим! – прошептал он.

На лице того показалась довольная улыбка. В этот момент он и правда казался сумасшедшим.

-Мне было восемь! – проговорил Максим, всё ещё никак не придя в себя. – Вы с Аркашей были на четыре года старше меня. Я и половины значений тех слов не знал, которые вы употребляли!

-Не прикидывайся невинной овечкой! – прорычал Ибрагим. – Ты уже тогда отличался сообразительностью! – выкрикнул он, подойдя к Максиму. – Ты видел, что меня задели эти слова, и всё равно продолжал смеяться. Ты смеялся, Макс!

Он схватил его за волосы и поднял голову так, чтобы видеть его глаза.

-Теперь пришла моя очередь смеяться!

И на живот Макса обрушился ещё один удар.

-Так убей меня! – сказал Каверин, прокашлявшись. - Убей и успокойся, если твои задетые детские чувства получат отмщение, и ты оставишь девушку в покое!

Тхагелов покачал головой.

-Я бы с радостью это сделал, Макс, но, как оказалось, ваше с Викторией присутствие срочно необходимо в России!

Вике показалось, что она ослышалась. Что её разум сыграл с ней злую шутку. Ибрагим собирается отправить их в Россию? Живыми?

-Как видишь, тебе опять везёт! - продолжал тем временем он. - И ты уходишь из моих рук живым.

Максим смотрел на Ибрагима. Это была уловка? Он столько времени потратил на их поиски только для того, чтобы найдя, вернуть назад на родину? Пока Макс размышлял, Тхагелов взял стул и, поставив его между ним и Викторией, сел. Смерив взглядом сначала её, а потом его, он сказал:

-Помнишь, я говорил тебе, что сегодняшний день будет полон сюрпризов? Так вот это был один из них. Приятный, правда? Но, судя по твоему лицу, ты мне не веришь!

Максим молчал, ожидая продолжения.

-Я и правда отправлю вас с Викторией в Москву. Мало того, я даже искать повода для новой встречи с тобой не буду!

Каверин подозрительно посмотрел на него.

-И в чем подвох?

На лице Ибрагима заиграла хищная улыбка. Макс хорошо её знал, она появлялась на его лице и в детстве, когда в его голове рождался или уже вынашивался какой-нибудь хитрый план, чтобы причинить вред тому, кто, по его мнению, перешёл ему дорогу.

-Ты, как всегда, очень проницателен, Макс! Подвох и правда есть, но касается он исключительно тебя.

Виктория бросила испуганный взгляд в сторону Максима. Немного помолчав, Ибрагим продолжил, глядя в сосредоточенное лицо Макса:

-Вижу, ты не понимаешь. Что ж, придётся пояснить! Ты не задавался вопросом, почему помощь из России от твоих друзей из разведки так и не пришла?

Максим действительно спрашивал себя об этом, но ответа на этот вопрос, как и на многие другие, найти не мог.

-Они считают тебя предателем, Макс.

Эти слова прозвучали для него, как гром среди ясного неба. Второе потрясение за несколько минут. Этот день и правда был полон сюрпризов! О каком предательстве шла речь? Он посмотрел на Тхагелова, пытаясь понять, была ли эта фраза очередным трюком. Виктория так же не сводила глаз с Ибрагима. Для неё эта новость стала таким же ударом, как и для Максима.

-Твои друзья уверены, что ты поехал на