Наши взгляды вновь переплетаются в отражении. Теряясь в зеркалах в его глаз, пытаюсь понять, может ли этот горячий парень, способный с легкостью пленить девичьи сердца, оказаться маньяком и убийцей? Ну, разумеется. С ним даже я теряю способность адекватно мыслить, что говорить о таких мечтательницах, как Алия и Марьям, купившихся на шарм загадочного и греховного художника. И если, Джейдан убийца…черт, вовремя я об этом вспомнила. Еще секунда, и он отымеет меня у зеркала, как одну из шлюх, которые развлекаются сейчас внизу, занимаясь примерно тем же. Вот Зейн посмеется над моей хитроумной стратегией проверки подозреваемого. Я могла затащить сюда любого парня, чтобы не святится под камерами (уверена, что они установлены в каждом углу дома) в одиночку, и я почти выбрала кандидата, пока не появился Джейдан Престон и не смешал все карты. Прямо сейчас я собираюсь провалить задание, трахнувшись с подозреваемым? Серьезно? Ни один член в мире не стоит этого.

У нас не будет ничего. Никогда. Ласки руками не считаются. Так…ничего и не было. Всего лишь синхронно кончили, не более. Развлеклись. Бежать нужно, и как можно скорее. Но как бы я себя не уговаривала, от жаркого секса с Джейданом меня спасает лишь то, что дверь в спальню резко и с грохотом распахивается. Нас застает не кто иной, как мисс Рами. Пожаловала, стерва. Без приглашения, дрянь. Женщина окидывает нашу бесстыдную позу пытливым и заинтересованным взглядом, фиксируя его на достоинстве Джейдана — это ненормально, но я испытываю ощутимый укол ревности и собственничества.

Он мой, сучка. Куда пялишься?

— Ты сказал, чтобы я начинала без тебя. Я так ждала, Джейдан, — полураздетая, обтянутая безвкусно кружевным платьем стерва пожирает Джейдана взглядом и кидает фразу, задевающую самые болевые точки моего самолюбия. Черт возьми, я себя дурой чувствую. Я думала, что в этой партии нашего спектакля вела я, но на самом деле это Престон от нечего делать подыграл мне, и как выяснилось, мог проделать то же самое с мисс Рами.

Тоже мне, хотела ему запомниться. Наша «премьера» по ходу закончилась полным фиаско.

Сальма завлекающе хлопает ресницами, пока Джейдан и не думает отпускать мои бедра. Стоит, как непоколебимая скала, окидывая суку изучающим взглядом, совершенно не стесняясь своего положения — …черт, ему и нечего стесняться, и все выглядит так, будто он только что меня оттрахал, даже не сняв трусики.

— Как насчет вечеринки втроем? — чарующим голосом интересуется Сальма, за секунду освобождая себя от платья, и встает в призывную позу, демонстрируя Джейдану свое обнаженное тело. Голодный взгляд мерзавца с интересом скользит по точеной фигуре Сальмы, останавливаясь на ее промежности — на лобке у Сальмы набит китайский иероглиф, и, честно говоря, я не собираюсь мешать Джейдану и дальше изучать ее тело. Выжигающая едкой кислотой ревность скручивает внутренности, но я никогда не подам виду, как сильно горю внутри. Тут и гадать не нужно — Джейдан хочет вдвоем, втроем, неважно. Как и большинству мужчин, ему все равно с кем.

– Сальма, твое предложение очень заманчиво, — тягучим хрипловатым голосом выдает Престон, заставляя меня задохнуться от возмущения. — Очень и очень заманчиво…

Я не даю ему договорить. Наспех поправив платье, резко разворачиваюсь к Джейдану и по привычке замахиваюсь для удара по острым скулам. Черта с два, ловкач в мгновение ловит мое запястье мертвой хваткой, и скручивает до боли, поставив на место фирменным дьявольским прищуром. Вот они, стальные яйца, о которых я говорила. Джей слегка встряхивает меня за удерживаемое запястье, замечаю, насколько напряжены его челюсть и скулы, взгляд горит синим пламенем. Его движения и взгляд красноречивее любых слов, пробирает до дрожи, оседая тяжестью в сердце и ноющей пульсацией внизу живота.

— Ударить хотела? — шепотом надсмехается, Джей. — А зря. Подумай над предложением, Рика. Меня бы хватило на вас двоих, — без рук бьет меня Джейдан, обесценивая все то, что только что произошло между нами. А ничего и не было, это я, ослепленная идиотка, напридумывала себе неимоверную страсть. Что его ко мне тянет с той же силой, что и меня, и все другие меркнут рядом…но это не так. Я ошиблась, ошиблась. Самое время вспомнить, что я вообще на задании, и не должна тут заниматься устройством личной жизни, и вообще опустить все лишние эмоции.

— Еще чего, Престон. Справляйтесь без меня, — шепотом, чтобы чертова Рами не услышала. — Вперед, трахни ее, Джейдан. Да только ты почувствуешь разницу, — обещаю, едва ли не заклинаю я, приближая лицо к его губам. — Ты же художник, и как никто другой должен понимать, что копии никогда не заменят оригинал, — пылко выплевываю я, и отстраняюсь от Джейдана, вырываясь из его хватки. Но Престон останавливает меня, властным движением обхватив подбородок, заставляя вновь посмотреть в его глаза:

— Ты не «оригинал», Рика, — его взгляд что-то надрывает, задевает самые глубокие струны души. Взгляд, по которому я понимаю: он все-таки влюблен. Безоговорочно, навсегда, безвозвратно. Убийца с маниакальными наклонностями он, или же одинокий мужчина, но его сердце наглухо закрыто и сохранено для голубоглазой стервы, кочующей из холста на холст.

Тем оригиналом не суждено уже стать никому из его окружения. И я тоже всего лишь копия, всего лишь тень девушки и его личной одержимости.

— Но это не значит, что в скором времени ты не будешь кричать подо мной, умоляя дать тебе больше, — обещает Джейдан, и я отступаю на шаг назад, с яростью наблюдая за тем, как обнаженная Рами прижимается к его разогретому после меня телу обнаженной грудью, потираясь о мощный бицепс.

— В чем проблема, Рика, чего ты так обозлилась? Мы уже делили любовников, я не против поделиться и в этот раз, — встревает Сальма, намекая на Ильдара. Во взгляде Джейдана вспыхивает нездоровый блеск и буйный огонь, но я уже не придаю его запоздало вспыхивающим эмоциям никакого значения.

— Ты так думаешь? — уже громче отвечаю я, игнорируя реплеку Рами. — Что ж, с нетерпением буду ждать этого момента. Я тебе не по зубам, Престон. Сломаешь, — и с гордо поднятой головой, я выхожу из спальни. Только когда дверь за мной закрывается, я позволяю своим ногам дрожать, а себе схватиться за стену, ощущая, как в душе разворачивается настоящая буря. Достав из клатча маленький пульт управления, я нажимаю на «запись», включая жучок, который будет записывать все звуки, что раздаются в комнате с этого момента. Меньше всего я хочу услышать на записи стоны Сальмы, и удары от слияния их тел. Но даже от этого вынимающего душу, сдавливающего грудь чувства ревности я избавляюсь, напоминая себе о том, что привязаться к опасному подозреваемому, у которого в глазах то черти пляшут, то музы порхают — это то, что я не могу себе позволить.

И почему, то меня не покидает странное ощущение того, что Джейдан едва ли окажется серийным убийцей. Возможно, он даже хуже…неизвестность – всегда пугает больше, чем нечто изученное и то, к чему я уже готова. Джейдан Престон выходит за рамки мною изведанного, каким бы «простым художником» он не казался на первый взгляд.

Джейдан

— Не думала, что она такая пуританка, — вздрогнув от звука резко хлопнувшей двери, ухмыляется Сальма, разворачивается ко мне, вплотную прижимаясь к взмокшему и напряжённому от неудовлетворённого желания телу. Я все еще не в форме, и вряд ли мой член быстро смирится с тем, что его только что продинамила голубоглазая сумасбродная сучка с самомнением королевы и наглой заявкой на оригинальность и уникальность. Воистину эксклюзивная самоуверенность! Если бы не другая? не менее сумасбродная сука, я бы сейчас с остервенением трахал «номер один», а не изнывал от ноющей, болезненной пульсации в паху. Я успел надеть брюки до того, как Эрика взбесилась и набросилась на меня, и сейчас грубая ткань брюк причиняла ощутимый дискомфорт. Сумасшедшая, дикая кошка. Сначала устроила шоу, достойное дорогостоящей шлюхи, поливая себя маслом, хватая за член и кончая на мои пальцы, как голодная самка, а потом вдруг включила заднюю из-за прервавшей нас в самый интересный момент Сальмы. Я не собирался трахать обеих, просто проверял реакцию Эрики. Кто ж знал, что она такая бешеная? Оставила меня со звенящими яйцами и своим запахом, от которого до сих пор мозг плавится, заставляя снова и снова мысленно возвращаться к отражающемуся в зеркале взмокшему извивающемуся телу Эрики, жадно стремящейся к разрядке. Ее стоны, конвульсивно сжимающиеся вокруг пальцев мышцы, горючая влага, обильно стекающая по бедрам…