— Еда внизу.

Я взглянула в указанном направлении. В ногах пассажирского места красовался приличных размеров пакет. Судя по количеству, дорога предстояла не короткая. Рик молчал и заметно нервничал. Сощурилась. Кажется, мой всесильный не совсем уверен в том, что делает. Это плохо. Достала термос, налила кофе, развернула бутерброды, позавтракала, глядя в окно на проносящиеся мимо поля и исчезающие позади «рено» автомобили.

— Рик, — позвала я, закончив. Он напрягся.

— Остановить древнего может только другой древний, — спустя несколько минут ответил мой Бес.

— А он согласится? — с готовностью откликнулась я.

— Не он. Она. Не знаю.

— А кто «она»?

— Ангелина.

— Наконец-то! — обрадовалась я. Рик нахмурился, повернулся ко мне. Я стушевалась.

— Имя хорошее, привычное...

Он улыбнулся.

В голове крутились вопросы. Я ждала, все еще не решаясь задавать слишком много вслух. Выбрала из вереницы самый емкий.

— Почему именно она?

— Ангелина меня любит... по-своему.

Я против воли застонала и откинулась на сиденье. Еще одной влюбленной я не выдержу! Честное слово.

— Нет, не так, — усмехнулся Бес. — Она моя бабушка. Ну, или вроде того.

Мое лицо, должно быть, приобрело выражение крайней степени озадаченности.

— Нет. Я не настолько старый. Она родоначальница. Мы с Георгом ее дальние потомки.

— А-а, — протянула я ошарашенно. Ну, все понятно. Чего тут непонятного? Здравствуй, Трямляндия. Ты снова меня радуешь замысловатыми поворотами сюжета. — А телефона у нее нет?

— Она их не любит.

— А-а.

Я улыбнулась абсурдности происходящего и уткнулась Рику в бок, обняла, прижалась щекой. Помолчала, потом решила уточнить.

— Я так не мешаю?

— Нет.

— Хорошо, — шепнула я, обнимая его крепче. — Рик.

— Да?

— Долго ехать?

— К утру доберемся.

К вечеру я благополучно кивала носом, глядя в окно. Попыталась свернуться калачиком на пассажирском сиденье. Перебираться на заднее не хотелось. Не знаю отчего, наверное, оттого, что так дальше от Беса. Даже самое маленькое расстояние отзывалось болью в груди. Рик погладил меня по голове.

— Иди сюда.

Взглянула на него. Последний раз меня удостоили крика. Он понял, о чем именно подумала. Серо-желтые глаза стали сердитыми.

— Я уже объяснял. Или ты предпочла бы стать жертвой насилия?

Я прикусила губу, послушно положила голову на колени, закрыла глаза, вздохнула, поерзала, устраиваясь поудобнее, и погрузилась в дрему, убаюканная равномерным шумом двигателя.

— Грубиян, — недовольно шепнула я, начиная просматривать первый красочный сон. Услышала над головой тихий смех. 

Проснулась оттого, что машина остановилась. Рик заглушил двигатель. Перетянул меня к себе на руки и вышел из машины. Я приоткрыла веки, но разглядеть толком ничего не смогла, потому просто уткнулась носом в грудь и спросила.

— В лесу. Дальше машина не пройдет.

— М, — протянула я, вновь засыпая.

— Эрик? — мягкий женский голос вывел меня из забвения. Я встрепенулась и огляделась. — Кто это?

Прямо надо мной нависло маленькое миловидное личико. Этой девушке на вид лет меньше, чем Катеньке. Я протяжно вздохнула. Это и есть древняя? Решила на случай быть вежливой.

— Здравствуйте, — хрипловато после сна проговорила я.

Тонкие брови приподнялись, женщина улыбнулась.

— Ой! Какая прелесть. А ну-ка спой мне, — глядя в глаза, велела женщина.

— Зачем? — не поняла я.

Рик усмехнулся.

— Ой! — она изящно приложила ладонь ко рту.

— Вы это уже говорили, — подсказала я.