- Пон-нятно… - Протянул Николай, поглаживая подбородок. Щетина кололась – в гостях у Рашидова он забыл побриться, а теперь всё руки не доходили. – Если Куюк-Асу закрыт – нужно или возвращаться восвояси, или огибать северный хребет через киргизскую Степь.

- Это многие месяцы пути. – Кивнул Алим. – Наш товар не из скоропортящихся, однако нам заплатили за доставку в краткий срок, к тому же кто знает, безопаснее ли объездной или обратный путь – каждый час вне городских стен мы рискуем быть атакованными.

- Почему же вы не вернулись в Аулие-Ата? – Спросила Саша. Она присутствовала на «военном совете», который устроили прямо в тени большого воза, вместе с мужчинами – китаец не возражал, а хозяин каравана, узбек Насреддин-ака, заметно побаивался его, и не решался спорить.

- В Аулие-Ата тоже нет стен. – Сын Поднебесной с готовностью повернулся к девушке, позволив себе лёгкую улыбку. На него определённо подействовало Сашино очарование, и мужчина вёл себя с юной сыщицей весьма дружелюбно – в то время как с остальными был попросту вежлив. – Гарнизон там слаб, и возглавляет его трусливый командир. Этот город – первая цель для бунтовщиков, если они всерьёз намерены свергнуть правителя. Богатый и слабо защищённый… Настоящая ловушка. Даже в чистом поле нам сейчас безопаснее, чем там.

- И вы, значит, намерены торчать в этом самом чистом поле, покуда всё не утихнет? – Выгнул бровь Николай.

- Ну что вы.  – Алим всплеснул руками. - Мы выслали разведчиков к перевалу, проверить слухи и собрать информацию. Они вернутся к темноте – тогда и будем думать. Весьма вероятно, придётся применить силу – тогда-то ваше содействие и пригодится нам. А наше – вам.

- Да, в плане силы вы вполне способны посодействовать. – Согласился Николай, присаживаясь на телегу. – Охраны у вас под сотню человек, и… Что за груз вы везёте?

- А это так важно? – Китаец приподнял бровь – в точности, как капитан минуту назад.

- Возможно.

- И всё же? Прошу объяснить ваше любопытство. – Выходец из Поднебесной прищурился. – Ведь я не спрашиваю вас о вашей… дипломатической миссии.

Капитан ответил медленно, с расстановкой, глядя ему в лицо:

- У вас в охране гвардейские сипаи хокандского хана. Пусть они одеты как наёмники, у них слишком хорошая выправка, такой нет даже у обычных регулярных кавалеристов. К тому же у них у всех одинаковые сабли, от одного оружейника. Ещё у вас есть по меньшей мере один пулемёт «перепёлка», российского производства. Его станина выглядывала из-под покрывала – я заметил, когда нас пропускали между подвод. Полтора года назад у хана не было пулемётов. Как минимум три экипажа, выставленные вокруг вашей палатки – это цистерны высокого давления. В таких транспортируют мальварин, спецтопливо для мощнейших европейских паровых двигателей. В Китае предпочитают уголь и машины попроще. А вот хан вроде бы собирался покупать в Европе некоторое количество старой техники для своего войска…

- А ещё в караване едете вы – китайский советник с опытом то ли дипломатическим, то ли разведывательным. – Саша сложила руки на груди и как могла сурово уставилась на Алима. Вышло не слишком грозно, если уж на чистоту, однако для неё даже это было неплохо. – С вашей политикой изоляции русский язык на таком уровне знают лишь те, кто работает в строго определённых сферах. И, к тому же, вас слушается как старшего командира тот, кто называет себя владельцем каравана.

Она кивком указала на Насреддина, который, не владея русским, весь разговор молчал, стараясь в меру сил не выглядеть глупо.

- Я полагаю, вы везёте не шелка и фарфор. – Продолжила девушка. Дронов не знал, поняла ли она всё только сейчас, или же начала догадываться одновременно с ним, однако теперь стажёрка говорила уверенно и серьёзно, в который уже раз напоминая офицеру Анастасию. – Вероятно, ваш груз - вещи более востребованные и… прикладные.

- А вы не боитесь, что после таких догадок я прикажу с вами что-нибудь сделать? – Глаза китайца окончательно превратились в щёлки, но тон при этом ничуть не изменился, остался таким же ровным и учтивым. – Что-нибудь нехорошее?

- Без боя мы не дадимся, и в итоге эскорт ваш будет потрёпан. – С напускным равнодушием заметил Николай, продолжая спокойно сидеть. Потянувшийся было к палашу Черневой, сопровождающий Александру, замер. – И в итоге вы останетесь наедине с летучими отрядами повстанцев, которым ваш груз очень пригодится… Даже если там действительно лишь ткани и посуда, они будут рады любой добыче.

- А если мы сейчас согласимся, а потом избавимся от вас каким-нибудь иным методом? – Подданный Сына Неба продолжал щуриться, но лицо его окончательно сделалось каменным. – Коварным. Отравим, к примеру?

- У нас своя еда. – Усмехнулся в ответ капитан. – И главное - проблемы повстанцев это для вас не решит. А я могу заверить, что вам вреда мы не замышляем, у нас свои задачи. Разве что доложим о встрече куда надо, но подозреваю, где надо о вас и так уже осведомлены.

- Этот разговор стоит на сей ноте завершить. – Сказал вдруг китаец. – Он не имеет смысла до возвращения лазутчиков. Пока можете считать, что я с вами, в принципе, согласен. О чём будем говорить дальше – зависит от результатов разведки.  Теперь - отдыхайте.

Коротко поклонившись отдельно Саше, отдельно Николаю, он развернулся через плечо и удалился вместе с владельцем обоза. Офицер и молодая сыщица переглянулись. Не сговариваясь, дружно выдохнули. Оба только сейчас по-настоящему ощутили напряжение, сопровождавшее диалог.

- Как же всё непросто… - Пробормотал Николай, спрыгивая наземь.

     *                                                          *                                                               *

- Как ты думаешь, Саша,  нас угораздило догнать тот самый караван, который везёт в Ташкент нашего пленника из иных миров? – Поинтересовался Дронов, отпивая из оловянной кружки глоток травяного чая – русские устроились у самой стенки «азиатского вагенбурга», в стороне от прочих его обитателей и далеко от часовых, что позволяло говорить достаточно свободно. К тому же, слова скрадывал треск сухих дров в костре, который развели казаки, чтобы вскипятить воды для заварки.

- Я в это не верю. – Качнула головой Александра, держащая свою чашку двумя ладонями. Ей, как обычно, заботливые станичники налили порцию первой, и чай уже достаточно остыл, чтобы не жечь пальцы. – Китайцы причастны ко всей этой истории, без сомнений. Но иным образом, уверена. По всему выходит, что именно китайские агенты сбросили Анастасии Егоровне информацию о том, куда стремятся доставить похищенного. Если похищение устроили сами китайцы – значит, данные ложные, и пленника везут вообще в ином направлении. Если же сведения правдивы – то очевидно, что его украла третья сторона, которую китайская разведка хочет подставить под наш удар. – Она тоже отпила немного, чтобы смочить пересохшее горло. - И в обозе, где заправляет китайский агент, пленника точно быть не может.

- Вроде логично, Николай Петрович. – Вставил сидящий тут же унтер, радуясь возможности поучаствовать в беседе. Будучи приставлен к Саше эдаким телохранителем, он привязался к ней больше прочих солдат, и немного расстраивался от того, что во время «умных» разговоров стажёрки и капитана мало что понимает.

- Не поспоришь, логично. – Согласился Дронов. У него и вправду чуть отлегло от сердца – достигнуть цели их путешествия вот прямо сейчас капитану отчего-то совсем не хотелось. Конечно, если б удалось найти и выручить несчастного пришельца где-то здесь, то не было бы нужды форсировать закупоренный мятежниками перевал и ехать в неведомый Ташкент… Зато возникли бы иные проблемы – как сбежать с тяжело раненым парнем и хрупкой девушкой через враждебную страну, например? Да ещё с погоней на хвосте, вероятнее всего. Даже, может, с несколькими погонями разом.

- Ну а что вы думаете…

- Саша! – Офицер отставил кружку и посмотрел на стажёрку укоризненно.

- Ой! То есть… А что ты думаешь о грузе, Николай Петро… Николай? – Девушка покраснела и прикрылась чашкой.