- Как же я об этом ему скажу? Он не знает слов. - расстроился мальчик.

- Здесь не помогут слова. Нужно доказать, что ты сильнее.

- А как это сделать? - спросил малыш, опасливо поглядывая на собаку.

- Ты помнишь, какую песню я пою каждое утро, когда мы идем в лес встречать рассвет?

- Помню, - ответил мальчик, только это не песня. Там нет никаких слов. Ты просто кричишь протяжно, как будто долго зеваешь.

- Нет, это песня, которой встречают солнце, - серьёзно сказал диида, - и оно даст свою силу тебе, если споёшь песню правильно. И нет такого зверя в освещаемом солнцем мире, который не покорился бы твоей воле. Попробуй.

Мальчик открыл рот и попытался выжать из себя точно такие же звуки, какие слышал от деда по утрам. Кобель перестал грызть и уставился на вопящего человеческого детёныша. Малыш воодушевился и стал кричать ещё громче, выжимая все, что можно из своего детского горла. Пёс с трудом поднялся, подхватил кость и заковылял подальше от шумного ребёнка.

- Дедушка, я победил! - обрадовался мальчик. - Я всё сделал правильно! Он покорился!

- Неплохо для начала, - пряча улыбку, ответил бывший шаман. - Теперь мы будем петь гимн солнцу вместе.

Дигахали сделал глубокий вдох и, закрыв глаза, увидел огромный красный солнечный диск, встающий над утренним лесом. Мелодия, рождённая низким горловым звуком, сорвалась с губ и полетела навстречу начавшей своё смертоносное движение пальпе демона. Охотник не мог видеть этого. Он приветствовал солнце, встающее по его воле над ночным лесом. Светило поднималось всё выше, нестерпимый свет ощущался даже сквозь закрытые веки, жар почти обжигал лицо. С финальными звуками гимна солнце воссияло прямо над головой, и не было кругом ни одного укрытия, чтобы спрятаться от его всевидящего ока.

Он открыл глаза и в первый момент подумал, что ослеп, не увидев ничего, кроме черноты вокруг себя. Было холодно, как будто только что вышел из вод быстрой реки. Через некоторое время зрение возвратилось, подтвердив, что он по-прежнему в ночном лесу. Один. Злого Духа нигде не было видно. Охотник вспомнил, как давеча нашёл своего подопечного, просто подумав о нём, и решил повторить тот же трюк. И это сработало. Ссгина вытянулся в струнку под стволом поваленного дерева, и это выглядело по-настоящему смешно. Но Дигахали смеяться не стал. Сконцентрировав своё внимание на демоне, он мысленно поинтересовался: "Успокоился?".

В ответ пришло ощущение боли, страха и полной покорности.

- И нет такого зверя в освещаемом солнцем мире, который бы не покорился, - пробормотал человек и приказал: "Вперёд! В ту сторону. В пути никого не трогать!".

* * *

Злой Дух бодро катился в нужном направлении, больше не обращая внимания на разнообразную лесную живность. Охотник двигался следом, радуясь, что к рассвету они должны достигнуть нужного места. Он много думал о предстоящем разговоре с Манфредом, твёрдо решив отказаться от дальнейшего сотрудничества. И хотя работа сулила неплохой заработок, Дигахали осознавал, что совершает нечто запретное, приводя в наш мир обитателя дикого леса.

"Каждый должен жить там, куда его определил Махео, дав птице небо, зверю - сушу, а рыбе - воду", - вспомнил он начало одной истории, которую любил слушать, будучи ребёнком. В ней говорилось о глупом бурундуке, решившем стать рыбой. Огромная щука захотела его съесть, но бурундук сумел вырваться и с тех пор у него на спинке видны следы от щучьих зубов.

Всё чаще стали попадаться тропинки - характерный признак того, что где-то рядом должно находиться поселение йонейга. Там, где дети леса пройдут не оставляя следов, белые люди обязательно протопчут дорогу, будто идущие к водопою кабаны. Охотник заставлял демона обходить такие места, опасаясь кого-нибудь встретить. Он почти не устал, хотя провёл на ногах вечер и большую часть ночи, шагая позади Ссгина. Но, достигнув обжитых мест, решил идти впереди, чтобы самому определять скорость передвижения Злого Духа.

Лес поредел. Теперь они двигались вдоль сплошных зарослей кустарника, за которым простирались открытые пространства, где белые люди выращивали зёрна и пасли скот. Дигахали и рад был бы пройти другим путём, круче завернув на полуденную сторону, но там начинались заболоченные места, а старший предупреждал его об особой любви Ссгина к воде.

Этих йонейга охотник услышал гораздо раньше, чем смог разглядеть. Он нисколько не сомневался - звук шагов и манера передвижения вполне соответствовали белым людям. Это могли оказаться люди Манфреда, идущие в точку встречи, до которой оставалось совсем немного. Дигахали приказал демону остановиться и залечь в ямке под большим корневищем упавшей сосны, а сам поспешил взглянуть на йонейга. Сначала он решил, что их трое, но потом услышал ещё двоих, изрядно отставших. Впереди уверенно шёл один человек. Шуму от него было немного, и охотник в первый момент подумал, что кто-то из детей леса нанялся в качестве проводника. Но, приблизившись и внимательнее рассмотрев незнакомца, понял, что ошибся.

Это был йонейга, чьи повадки выдавали в нём человека, неплохо знающего, как вести себя в лесу. Он не был похож на тех, кто состоял при Манфреде, и Дигахали не стал себя обнаруживать. Следом, шелестя, топая и спотыкаясь, брели ещё двое молодых белых - высокий парень и сопровождавший его подросток. Эти, в основном, смотрели себе под ноги, а не по сторонам. Охотник легко мог бы подойти к ним на несколько шагов с любой стороны и остаться незамеченным. А те йонейга, которые отстали от своих, в полной мере оправдывали все насмешливые прозвища, придуманные для белых людей детьми леса. Сказать, что они шумели - значит - ничего не сказать.

"Слепой и то мог бы пройти осторожнее и незаметнее, - усмехнулся про себя охотник, наблюдая, как двое молодых йонейга ломятся - другого слова не подобрать - через лес. - Аджила от них не пахнет, но ведут себя, будто пьяные".

Мало того, что шум, который они издавали, мог бы услышать и глухой, так они ещё и болтали о чём-то. Дигахали прислушался, но понял лишь то, что эти двое должны не отстать от других, прошедших здесь ранее. Охотнику наскучило наблюдать за странными людьми. Он уже давно не пытался понять йонейга, совершавших множество странных поступков. Вот и сейчас ходившие друг за другом по ночному лесу белые лишь позабавили его, не вызвав никаких подозрений.

Рассвело. Солнце едва угадывалось за плотным облачным покровом, и Дигахали погнал демона дальше, не опасаясь, что тот полезет прятаться от дневного света. Злой Дух следовал за ним, останавливался, если того требовала обстановка и сам продолжал движение, как только человек снова пускался в путь. Охотник уже не оглядывался, чтобы убедиться в его покорности, всё внимание было поглощено тем, чтобы не встретиться ни с кем из людей. Обошёл стороной военное поселение йонейга, как только обнаружилось, что оно не пустует.

Дигахали неплохо знал здешние места. Выходило так, что им придётся дважды пересечь дорогу, по которой уже проскакали какие-то всадники. Топот копыт очень заинтересовал демона, который стал "принюхиваться" и не сразу отреагировал на команду двигаться дальше. Понаблюдав за дорогой, охотник заставил Ссгина проскочить через неё, как можно быстрее, мысленно представив, на всякий случай, яркое полуденное солнце. Маршрут проходил вдоль дороги через холмы, поросшие молодыми соснами, в том направлении, куда ускакали всадники.