Сева зашёл в ванную комнату с одеждой и полотенцем. Владлен стоял спиной к нему абсолютно голый. Дронов присвистнул, увидев шрамы. А когда друг обернулся, то изумился ещё больше. На груди тоже было несколько рубцов.

— Нифигасе, как тебя покоцало, Чеченец.

— Принес одежду, вали отсюда. Я, конечно, не стесняюсь, но как музейный экспонат разглядывать меня тоже не нужно, — сощурил глаза Садовский.

— Окей, дружище, пойду, на стол накрою, — Сева поднял руки ладонями кверху, а потом ушёл.

Вода стекала по телу, которое за время жизни в ауле возмужало. От занятий спортом у него были небольшие мускулы, а тут ещё физический труд поспособствовал. Владлен теперь не выглядел, как прыщавый юнец, уходящий в армию. А с бородой и вовсе был похож на мужика. Упругие струи били по телу, почему-то вызывая возбуждение. Как давно он не мылся в душе. Сейчас это было настоящим блаженством. Вымывшись, Владлен нашёл станок друга на привычном месте, а затем безжалостно сбрил бороду. На кухню он уже выходил тем самым Владленом, которого хорошо помнил Сева.

— Ну, вот. Хоть на человека стал похож. Садись хавать и рассказывай, — Дронов указал на накрытый стол.

Владлен присел на стул и под водочку и закуску, вкратце рассказал о том, что с ним приключилось. Сева в свою очередь поведал, как обстояли дела тут. Помянули Ирину Валентиновну, не чокаясь. Владлен нахмурился, вспоминая о матери.

— Не кисни, брателло, ничего уже не вернешь. Ты теперь должен жить ради неё. Она же до последнего не верила, что в гробу ты. Только вот как жить будешь? Ты у нас теперь бомж получается. Хотя есть идея, но давай о делах на трезвую голову. Сейчас я тебе хочу настроение поднять. Закажу бабу у Агдама. У него всегда элитные девочки, — промолвил Сева, пьяно жестикулируя руками.

— Хах, откуда у бомжа деньги на шлюх. Ну, ты даёшь, Севка, — хохотнул Владлен.

— Это же мой подарок к твоему воскрешению, Владлен. Не думай о деньгах.

— Окей, только если у него до сих пор наши общие знакомые работают, предупреди, чтобы их не присылал. И ещё одно. Теперь я для всех Равиль. Прикипел я к этому имени. Называй меня только так. Прозвище можно оставить. Я ведь действительно чеченец по отцу.

— Как скажешь, Равиль. А что, красивое имя. Тебе даже идёт.

Сева набрал номер телефона клуба и вызвал девочку на дом. Он был счастлив, что друг оказался жив. Поэтому хотелось хоть чем-то порадовать его.

Через полчаса в дверь постучали. Сева открыл и увидел сексуальную девицу в коротенькой мини-юбке и топике с глубоким вырезом. Девочка была хороша собой. Стройная фигурка, голубые глаза, волнистые светло-коричневые локоны до плеч. Выглядела проститутка слишком молодо на лицо, хотя грудь была третьего размера, не меньше.

— Привет. Я Катя. Вызывал меня, сладкий, — улыбнулась девица.

— Привет. Сева. Ты подарок для моего друга, который приехал издалека. Обслужи его как следует, — строго сказал Дронов, понимая, что эту девушку он у Агдама ещё не видел, — Новенькая, что ли?

— Первую неделю работаю, — Катя сняла туфли, а потом пошла вслед за хозяином дома.

Сева проводил её в свою комнату. Там, на кровати, сидел друг.

— Гляди, Равиль, какая цыпа, — Сева хлопнул проститутку по заднице и отошёл. — Пойду, в комнате родителей посплю.

— Стой тут! — резко бросил Садовский.

Чеченец подошёл к девушке и пристально посмотрел на неё своим тяжёлым взглядом.

— Сколько лет?! — рыкнул ей прямо в лицо.

— Тебе-то что, дядя? Обычно мой возраст никого не волнует. Титьки на месте, пизда тоже. Трахай и плати, — ехидно осклабилась девица.

Дронов наблюдал за всем этим. Он даже не успел среагировать, когда друг схватил проститутку за горло, а потом припечатал к стене.

— Отпусти, больно, — захрипела девица.

— Сколько тебе лет, тварь продажная?! Не скажешь правду, я тебе шею сломаю! — заорал Владлен, сжимая пальцы, — ну, отвечай! Или решила сдохнуть?!

— Шестнадцать. Правда, шестнадцать, — прохрипела Катя, совсем задыхаясь.

Она пыталась своими руками разжать его пальцы, но рука мужчины была словно стальная.

— Убери от меня эту малолетку, Дрон! Я с детьми не сплю! — Владлен разжал пальцы, а Катя, как расплавленный воск, стекла по стене.

Дронов поспешил выставить девицу из квартиры. Напоследок он приказал ей молчать под страхом смерти.

— Позвоню Агдаму и объясню недоразумение, — пробурчал недовольно, выгоняя её из квартиры.

Вернувшись в комнату, он застал друга лежащим на кровати.

— Ты чего такой бешеный, Чеченец. Сейчас позвоню, пришлют совершеннолетнюю. Я же не знал, что Агдам сикарах стал на работу набирать.

— Не хочу ничего. Спать иди, Дрон. Завтра обсудим твоё предложение, а сейчас спать. Черепушка раскалывается. Зря я столько выпил, — буркнул Владлен, накрываясь лёгким одеялом.

— Как хочешь, — пожал плечами Дронов, уходя и гася свет.

Сева не узнавал друга. Раньше Владлен таким бешеным не был. За эти три года, что они не виделись, Садовский сильно изменился. Сева даже не знал, хорошо это или плохо.

От автора. Так как Владлен отказался от своего имени, в следующих главах и книгах его будут звать только Равиль.

========== Глава 28 ==========

Утром Равиль с трудом вышел на кухню. Голова раскалывалась на мелкие осколки, по крайней мере, так казалось. Запив последнюю таблетку водой из чайника, он сел у окна. Вспомнил, как вчера чуть не придушил малолетнюю проститутку. «Да, дядя Ильяс прав, пить мне нельзя. Контузия даёт о себе знать. А по пьяни вообще «крышу» ураганом срывает. Интересно, почему Дрон за неё не заступился?»

— Доброе утро. О чём задумался? — на кухню выполз помятый Дронов.

— Да вот, думаю, почему ты вчера меня от этой девицы не оторвал? Я же её придушить мог, — Равиль пристально глянул на друга.

— Хм, я бы вмешался в последний момент, но ты и сам её отпустил. Думаешь, мне проблемы нужны? Давай яичницей позавтракаем, а на обед я ушицу сварю, — беспечно сказал Сева.

— Хорошо. Пойду рожу сполосну. Потом нужно будет до ближайшей аптеки сгонять. Таблетки закончились.

— Аптека за углом в соседнем доме. Я потом сбегаю, не переживай.

Сева быстро умылся прямо на кухне и принялся готовить. Заодно отзвонился Олегу и сказал, что ему плохо с бодуна, следовательно, его можно сегодня не ждать. Когда уже накрыл на стол, Дронов заметил на пороге кухни посвежевшего друга.

— Садись, поклюём малость.

— Спасибо, дружище, — Равиль снова сел у окна.

Он с удовольствием принялся уплетать яичницу с колбасой, приготовленную другом. Потом запил всё это порцией хорошего растворимого кофе.

— Я смотрю, кофеёк элитный пьешь? — улыбнулся Равиль.

— Я не бедствую. Вчера не говорил. Мы с Олегом Зозулей в криминал подались. Причём Олежа на должности бригадира сейчас. Впрочем, я тоже не простая шестёрка в бригаде. Деньги водятся. Вот родителей на юг отдыхать отправил. Только они не знают правды. Я сказал, что Пашкин отец на хорошую должность к себе на фирму взял. Ты-то как жить теперь думаешь?

— Для начала мне нужно одному типу отомстить, который меня буквально на колени поставил. Я вчера рассказывал. Оружие поможешь достать? Ещё мне новенький паспорт нужен и свидетельство о рождении. Как заработаю, рассчитаюсь.

— Ага, сказочник, заработает он. Без прописки тебя разве что дворником возьмут, и то не факт. Но я могу устроить на работу. Наш пахан киллера ищет. Деньги будут хорошие, — с серьёзным видом изрёк Сева.

— Ты мне предлагаешь людей убивать?! — изумился Равиль.

— А на войне ты не то же самое делал? — Дронов взмахнул рукой.

— Война это — война, Сева. Тут мирная жизнь, — парировал Равиль.

Сева встал и заходил по комнате туда-сюда, в раздражении жестикулируя руками.

— Что ты знаешь об этой мирной жизни, Чеченец? Нет тут никакой мирной жизни. Война, друг мой, может быть, такая же, как там. Приходят козлы, ебанутые на всю голову, а потом начинают территорию распределять. Хапать то, что им не принадлежит. А вместе с этим братву, как траву, косят. В нашей группировке уже пятеро погибло. Паук постарался. Даже бригадира грохнул. На его место сейчас Волчару поставили, дружка нашего, Зозулю. Где гарантия, что Паук завтра и его не грохнет? Николаевские четырёх братков похоронили. Зяма, который пытался Паука убить, суда ждёт. Облажался по полной, потому что не профи. Князь за Паука предлагает бабло, но только профессионалу заплатит, и в случае смерти этого беспредельщика. А если сумеешь его подручных вместе с ним уложить, то цена будет в пять раз выше. Согласишься, я тебе убежище организую. Документы новенькие. Да что хочешь, сделаю.