Митчелл.

— Я чувствовала, что письмо будет приятное! – поделилась Mэлoни.

— Конечно же, я это заслужила! – сама себя убедила Джоди.

Сомнение. Самое противное из всего, что изобрел мистер дьявол! Оно подобно клеткам

рака. Противоядия нет просто потому, что раковые клетки ты получаешь как бесплатное

приложение к своей жизни. Мы все – носители раковых клеток, разовьются они в собственно

опухоль или нет – другой вопрос… Мэри с сомнением глянула на подруг.

— Девочки, скиньте-ка мне свои письма! Если не ошибаюсь, все извещены об одном и

том же событии, что лелеяли всегда?..

Как правило, самое главное событие в твоей жизни не происходит без того, чтобы не

произошла ошибка. Ошибка либо препятствует событию произойти, либо само такое событие

– ошибка. Про это знают даже блондинки… Леди сразу же отдали Мэри свои письма!..

Хозяйка дома отодвинула чайную чашку, положила четыре листка перед собой на стол и

стала вдумчиво изучать. Леди замерли в ожидании…

Четыре одинаковых текста, только обращения в них разные за счет разности имен.

Написанные одним и тем же почерком. Видно и без вдумчивости!..

8 Шеллак ( от голл. schellak) — природная смола, вырабатываемая лаковыми червецами (Laccifer lacca), паразитирующими на некоторых тропических и субтропических деревьях. При соединении со спиртом из

смолы получают укрепляющее покрытие для ногтей. Гель и лак в одном флаконе.

— Девочки, надо по глотку ликёра! Срочно! Наша интуиция нас не подвела! — Мэри

вскочила и отбежала к настенному бару. Леди захлопали в ладоши и загылились!

Мистер гонец поморщился и… увидел блондинок в совсем другом свете. Так бывает – мы

видим восхитительную женщину, её желаем и уже почти любим, но… объект обожания

делает характерный жест, что… низвергает кумира грёз с пьедестала, нарисованного нашим

воображением... Всего один жест способен изменить наше отношение! Только что была

сладко-приторная гостиная – мгновение – и это уже не гостиная, а… Террариум – то место, где обитают змеи. Склизкие, равнодушные, скользкие! Гады, которых гонец принимал за

блондинок. Однако ж… это не любовная игра и никакой не съём тёлок, в конце-то концов!

Рассыльный обаятельно улыбнулся.

— Я рад, что принёс вам хорошие вести, леди. Могу чем-то ещё услужить?

Мэри возвратилась к дивану, составила на столик четыре бокала, плеснула по чуть-чуть.

На слова курьера никто не обратил внимания, пока роскошные штучки не выпили. Когда же

выпили, то на курьера обратили внимание сразу все.

— Он очень мил. Девоньки, надо насыпать Рассыльному!

— ОК…

— Да-да!

— Ну раз вы этого хотите…

Блондинки схватили сумочки и начали в них копаться. Каждая нашла в сумочке

стодолларовую купюру.

— Возьми-ка!

— Без стеснений!

— На!

— Бери, пока дала!

Когда блондинка за что-то платит – это видится странным. Когда блондинка платит кому-

то – это рассматривается ещё нелепей. Много ли вы видели таких блондинок?.. Речь не о

перекрашенных суках, доедающих последний хрен. Честно живущих на зарплату секретаря

или продавца-консультанта. Такие девицы пачками встречаются в супермаркетах дешевой

еды и в метро. Речь о продуманных суках, которым повезло кушать хрен в шоколадной

обертке… Гонец собрал банкноты и положил их в карман.

— Благодарю всех, леди. Может, нужно отвезти ответ… отцу Патрику?

Если мистер Фэйс – святой, то Его Высочество – уже король. Но какая разница, как он

себя называет?.. Блондинки – всего лишь куклы… в кукольном домике. Омерзительно и

интересно.

— Не надо ответ!

— Ответ не надо!

— Передай, что мы едем в храм!

— Нет-нет! – внезапно запротестовала Мэри. Леди подошла к гонцу, на ходу доставая из

сумочки ещё сотку. — Буду признательна, если подбросишь нас до нужного места. Я видела

твою тачку, и здесь ведь не так далеко…

Сотня долларов из рук в руки. Просящая гримаска дорогой штучки. Церемонный кивок

курьера в знак согласия.

— Я помогу вам добраться.

ПОПОЙКА СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛЕЙ

В ризнице, у алтаря, причащались двое: Джозеф и Патрик. 9

Джозеф являлся священником – кряжистые и немного дрожащие руки, доброе румяное

лицо, большой золотой крест на мощной груди. Зрачки отражают чувство вины, что —

подобно потаённой мысли, всегда присутствует в глазах. О чем бы священник не говорил и

9 Алтарь ( буквально с лат. «высокий жертвенник») – это стол в католическом храме, где свершаются

главные богослужения. Соответствует святому престолу у православных ( прим. автора. ).

что бы не делал! Грех – сие наказание для души, имеющей слышащие уши… Когда-то

Джозеф служил капелланом сухопутных войск США. Армейский священник – по-

граждански. Духовник генерала Лоренса – по собственному желанию.

Патрик представлял собой диакона весом ровно триста фунтов. 10 Других внешних

отличительных признаков не имел. Если не считать таким признаком наивные глаза –

слишком наивные даже для человека духовного звания.

Патер вопрошал, наливая из сосуда терпкое вино в чашу:

— Ты знаешь, Патрик, почему мы обращаемся к живым людям на «вы», а к покойникам

на «ты»?

— Но к живым мы тоже обращаемся на «ты», — не согласился юный диакон. — У меня

есть знакомцы, которым я говорю «ты»… Да и мы с тобой, отец Джозеф…

— Истинно! – степенно перебил священник, аккуратно ставя сосуд с вином на алтарь. Он

поднес чашу к носу, шумно понюхал и блаженно зажмурился. Открыл глаза и веско изрёк.

— Патрик, у тебя есть знакомые и отец Джозеф — мы обходимся без церемоний. Только

незнакомые люди обращаются друг к другу на «вы». А мертвецам говорят «ты» всегда.

Джозеф испил святого вина и закусил святым сухариком — просфорой.

— А как же церковный канон? – удивился Патрик. — Иисус везде обращается к людям на

«ты»! Как и человек к нему. А?

Джозеф отряхнул со стихаря хлебные крошки и налил вина диакону.

— Канон – каноном, — разъяснил священник. – А… вот скажи, Патрик, когда ты

покупаешь газету, ты говоришь: «Эй, Джон, дай мне газету»?

Патрик взял чашу и выпил вино без остатка. И запротестовал:

— Не-ет! Я глаголю: «Мистер Джон, дайте мне газету, сэр».

— Истинно! – огласил Джозеф. – А когда этого Джона принесут отпевать, что скажешь?

— Светлая Память тебе… Джон! – размыслил диакон.

Священник налил по второй. Оба выпили. И Патрик запальчиво спросил:

— И почему же такое непочтение к мертвецам, отец Джозеф?

Пастырь крепко взялся за золотой крест обеими руками и пафосно подытожил:

— У живого человека есть душа! А у трупа души нет, она отлетает в момент смерти.

Поэтому к трупу обращение всегда на «ты», в отличие от живого… Вся соль в душе, Патрик!

Священник вознамерился налить по третьей, но попойку служителей прервал мистер

Фэйс, что возник на пороге ризницы. С жестокой усмешкой он нагло заявил:

— Уполномочен сообщить, отец Джозеф, что Господь срочно призывает тебя на небеса.

Поэтому бросай бухать и быстро мчись туда!

В правой руке киллера блеснул револьвер. На стволе громоздилась толстая черная трубка

с маленькой дырочкой на конце – уже знакомый нам глушитель.

Чувство вины получило Прощение и исчезло из глаз Джозефа. Зрачки патера резко

расширились, лицо наполнилось страданием.