- Но эта ходка мне нравится определенно больше предыдущей. Кормят вкуснее, дают винишко.
- Ходка?
- М-м-м… заключение под стражу, тюремный срок. Это жаргон.
Джеймс озадаченно моргнул.
- Так говорят в Гатии? Никогда не слышал.
- Ключ принес? - оборвал его Рой.
- Ах да…
Он извлек из кармана универсальный ключ - массивный, с оттиском полицейского управления на шейке. Разомкнул оковы и нежно погладил чуть сбитую на запястьях кожу, снова вызвав в душе Роя всплеск раздражения. Что он себе позволяет? И почему она не возмущается?
- Спасибо, - сказала Даяна, глядя на Роя.
- Эй, он-то тут при чем?! - громко возмутился Джеймс. - Это же я их снял!
- И вам спасибо, господин Каннингем, - девушка ловко отобрала у Джеймса ладонь, сунув вместо нее блюдо с закусками. И потянулась к своду законов. - Лорд Фицбрук, вы позволите?
- Бесполезно, - хмыкнул Джеймс, с аппетитом уминавший закуску. - Я и так помню. У Пилора все права. Женщины до двадцати пяти лет находятся под опекой мужа или старшего родственника. Исключение - владелицы собственного дела с ежемесячным оборотом не менее двух сотен либров.
Глаза девушки загорелись азартным блеском.
- Свое дело?! Отлично, мне подходит!
- Но ты не сможешь его открыть и развить без разрешения опекуна, - поспешил развеять ее надежды Джеймс.
- Да уж, - девушка невесело усмехнулась. - Магистр скорее упрячет меня в дурдом, как обещал…
- А вот с этим я могу помочь, - Джеймс оживился. - Доктор Пекстри - штатный медик полицейского управления имеет дополнительную квалификацию психиатра. Сейчас поем и сходим на освидетельствование.
За это ему досталась нежная улыбка.
- Буду невероятно признательна, господин Каннингем.
- Не за что. Для меня в радость помочь прекрасной девушке, леди Эгмонт.
Рой скрипнул зубами. Какого демона? Джеймс всегда был таким - беспардонным, показушно-развязным. Всегда между делом подбивал клинья к любой мало-мальски симпатичной особе, чтобы забыть о ней ради вкусного ужина или выпивки в хорошей компании.
Почему же сейчас приятеля хочется взять за грудки и выволочь из камеры?!
- Ну хорошо, с врачами вопрос решим, - продолжала рассуждать девушка, накручивая локон на палец. - Но это не помешает “папочке” запереть меня в монастыре, не так ли?
- Увы…
- Получается, единственный шанс избавится от магистра - выйти замуж? - она нахмурилась и забарабанила пальцами по столу. - Осталось понять за кого…
Погодите! Эта сумасшедшая что - действительно собирается замуж?! Какого демона!
- Есть другой способ, - услышал Рой свой голос, как со стороны.
- Какой?! - с жадностью переспросила девушка.
Он помедлил, сознавая, что обратно пути не будет. Нужен ли ему этот демон в юбке с сомнительным прошлым и ворохом проблем?
Определенно.
- Я могу стать твоим опекуном…
Глава 18. Особняк
Перехватить меня пытаются еще в полицейском управлении. Стоит подмахнуть бумаги об освобождении и отсутствии претензий, как Палпатин появляется - словно из ниоткуда.
- Дитя мое! - восклицает он с интонациями заслуженного артиста на пенсии. - Бедное мое дитя…
- Хороший день, магистр Пилор, - я одаряю его сияющей улыбкой. - Как спалось?
Он чуть запинается, встревоженный слишком радушным приемом. Но продолжает гнуть свою линию.
- Твое душевное самочувствие так и не улучшилось, дитя… Какая жалость.
- Напротив, - заверяю я, разглядывая, стоящего за папашиной спиной, доктора и двух дюжих молодчиков. Готова спорить, что это санитары из той самой лечебницы, которой запугивал совет. - Мое душевное здоровье просто превосходно. Но я прислушалась к вашим словам и на всякий случай прошла освидетельствование у полицейского эксперта.
На свет появляется гербовая бумага. Магическая печать и номер регистрации в едином королевском реестре не оставляют “папаше” никакой надежды. Даже опекун не может вот так просто объявить подопечную помешанной. Требуется свидетельство специалиста, а полицейский врач будет поавторитетнее лекаря для скучающих домохозяек.
- Доктор Пекстри сказал, что моей психикой можно колоть орехи - такая она устойчивая и крепкая. Но я искренне благодарна вам, магистр, за проявленное беспокойство, - медовым голоском добавляю я, любуясь на перекошенную рожу жреца. - Так приятно видеть чужую заботу.
Он злобно зыркает и хватает меня за локоть.
- Ладно, пойдем! Тебя ждут на площади, торжество вот-вот начнется…
- Магистр Пилор, будьте добры отпустить мою подопечную, - на плечо Палпатина опускается тяжелая рука. Жрец охает и вынужденно разжимает пальцы. Отскакиваю в дальний угол комнаты.
Ваш выход, милорд.
- Вашу подопечную? Вы, случайно, рассудком не повредились, лорд Фицбрук?! Что значит “вашу подопечную”?!
- Очень просто, - бесстрастно отвечает мой заступник. - Даяна Эгмонт - обладательница сильного магического дара, с которым она абсолютно не умеет справляться. Согласно пункту сто три подпункту тринадцать свода законов “О магах и магии” ей необходим ментор.
- Нельзя решать такие вопросы без моего соглас…
- Можно, - обрывает его лорд, тыкая в раскрытый на столе свод законов. - Для обладателей дара от семи единиц по шкале Рихтара-Дагера согласие опекуна не требуется.
- Надо еще разобраться какой у Даяны дар…
- Не надо.
На свет извлекается еще одна сияющая магическими печатями бумага.
- Я провел тесты. У девушки полноценная семерка. Нельзя оставлять дар такой силы без контроля. В соответствии с протоколом ментора я принимаю на себя полную ответственность за жизнь, действия и здоровья Даяны Эгмонт на время обучения. Одобрение Конклава уже получено.
Фицбрук говорит напористо и жестко, а я невольно любуюсь на него. Ну приятно же, когда за тебя вписывается сильный и умный мужчина.
Чем платить за заступничество, я подумаю позже. Сейчас можно просто поумиляться. Подтянутый, гладко выбритый и застегнутый на все пуговицы милорд кажется невероятно привлекательным - куда там киношному Торнтону? А на зрелище, как он морально унижает Палпатина можно смотреть вечно.
- Вы не имеете право! - почти орет покрасневший от негодования жрец.
- Имею, - непоколебимое спокойствие моего защитника на фоне истерики “папаши” просто великолепно. - Я старший инквизитор на службе у его величества и могу выступать ментором.
- Я надену на нее браслет!
- Вы не хуже меня знаете, как губительна длительная блокировка для обладателей сильного дара.
- Постоянное присутствие мужчины рядом недопустимо! Оно уничтожит репутацию моей дочери! Я буду жаловаться в Конклав!
- Жалуйтесь, - соглашается Фицбрук с ехидной ухмылкой. - И не забудьте упомянуть, чем девушка занималась до того, как стала вашей дочерью.
И все мое очарование лопается, как мыльный пузырь.
Пилор полностью посрамлен и морально уничтожен, но эта победа уже не радует так, как должна. Молча наблюдаю за тем, как Фицбрук педантично - одна за одной - собирает в папку бумажки. Маленькие ступеньки на пути к свободе.
Лорд предлагает руку, и я послушно опираюсь на нее, стараясь не показать насколько задели его последние слова.
- Что он имел в виду под “постоянным присутствием”? - а голос звучит естественно и даже беспечно - никакой обиды. Хорошо.
- Ментор полностью отвечает за подопечного. Боюсь, что тебе придется переехать жить в мой дом.
Ну вот - здрасьте!
***
Вручение награды героической мне происходит прямо на площади перед ратушей при изрядном скоплении народа. Парамобиль, в котором находимся мы с милордом, отчаянно гудит. Люди расступаются неохотно, бросая на меня жадные взгляды. В толпе не чувствуется того восторга, что был вчера на пристани, но нет и враждебности. Только нетерпение и любопытство.