- Я сейчас себя немного странно чувствую, - хмыкнул Абель, покачав головой.

- Те же ощущения, - также хмыкнул Дэклан. Их глаза встретились. - Мы оба ошибались, да? - Кай кивнул, прикусив губу. - Ничего не делай, ладно? Это просто мой совет. Лично я считаю, что у вас от ненависти до игнора один шаг.

- По-моему, фраза звучала как-то… по-другому.

- Я перефразировал, - быстро отмахнулся Дэклан, закатив глаза, - Грант-то и сам не знает об этом. Пусть и не знает, иначе… иначе я не знаю, о чем он там подумает и что ему в голову взбредет. Тебе остается просто не поддаваться на давку коллектива и жить так же, как ты жил до этого, только без панциря. А Грант пусть сам решает, что там для него важно. Расставляет приоритеты, это его проблемы, верно?

- Вы правы, - кивнул Абель, почему-то успокоившись. Такая странная встряска с психологом у него была впервые. Казалось бы, обычный разговор, но сколько всего он внезапно понял за эти несколько минут. Сколько всего осознал. Ему будто глаза медленно открыли на все то, что происходило все эти годы. Дэклан был прав, нужно просто перестать думать о том, что подумает Грант. Считает себя победителем? Ради Бога, пусть считает. Абель не проиграл, случилось то, что случилось. Плевать на его мысли. Если все эти годы все зависело от него, пора было вырываться из-под его влияния, о котором Абель узнал только что. Стало сразу и противно, и непонятно. Ведь он считал, что все было совсем по-другому. - Мистер Флаймер?

- Что-то еще, Кай? - Дэклан снова поднял на него внимательные глаза. Парень кивнул, сев на самый край кресла.

- Дело в том, что меня мучают кошмары. По ночам. Все эти сны… я не могу от них отделаться.

- Это с чем-то связано? - Дэклан вспомнил, как читал об этой проблеме в старом журнале старого психолога.

- Да, вообще, это болезнь, кошмары не периодические и не внезапные. Они всегда практически, еще с детства. Это меня выматывает иногда. Я не контролирую их, - он тяжело вздохнул, подняв глаза на Дэклана. Тот настороженно прищурил глаза, поджав губы.

- Твои кошмары связаны с какой-то конкретной ситуацией? Или они непроизвольные?

- Нет, это всегда с чем-то связано. И знаете… это всегда связано с тем, что оставило на мне неизгладимый отпечаток. Как… поражение какое-то, понимаете? Например, в детстве со мной случилась одна страшная ситуация. Когда мне было шесть, на меня набросилась большая собака. Я сейчас не боюсь собак и не обхожу их стороной, у меня даже дома есть собака. Но мне снился этот момент вплоть до одиннадцати лет. Практически каждую ночь. И во всяких разных вариациях. Я серьезно просыпался в холодном поту каждый раз, это повторялось из ночи в ночь…

- Ты сказал, что это происходило до одиннадцати лет. Что произошло потом? - спросил Дэклан, беря в руки ручку. Кай сцепил пальцы в замок и поерзал на месте.

- Потом случился еще один страшный случай. Но я не хочу о нем рассказывать. Главное то, что это потом перебило все мои кошмары о той собаке, и мне стало сниться совершенно другое. Но одно и тоже каждую ночь. Это продолжалось до сих пор, только в последнее время не так часто, как всегда, но все равно меня мучили эти кошмары, - сказал Кай, снова вздохнув и чуть прикрыв уставшие глаза, - а сейчас случилось еще кое-что. И это снова перебивает все то, что было до этого. И теперь мне снится ЭТО, и поверьте, лучше бы мне снилась собака или то, что со мной произошло в одиннадцать лет, чем это. Это хуже. Я спать уже не могу.

- Твои кошмары не повторяются? Я имею в виду, те кошмары из прошлого, они больше не снятся тебе? Все твои сны теперь о том, что произошло недавно? - спросил Дэклан, открывая тумбочку и внимательно изучая ее содержимое. Кай покачал головой.

- Нет, то есть да, теперь все сны только об одном, тех кошмаров будто бы не бывало. Я уже ходил к разным врачам, но они только сказали, что это болезнь и это пройдет, и все…

- Они правы, Кай. Это что-то вроде болезни, и от нее не избавится так просто. Нужно ждать, обычно с возрастом это проходит. Это еще связано и с тем, что ты очень впечатлительный. Страшные моменты твоей жизни не забываются, как у обычных людей, а плотно откладываются в памяти, мозг отказывается их… м-м, как бы это сказать… переваривать, понимаешь? Может, сам ты об этих случаях и забыл, но сны тебе об этом напоминают, потому что это эмоции, Кай, они выходят через сны. А эмоций у тебя полно, ты просто не знаешь, куда их день. Ночь - подходящее время, ты расслабляешься и даешь волю эмоциям и воображению. Отсюда и кошмары. Тебе нужно справиться с этим.

- Знаете… я уже привык, - горько усмехнувшись, сказал Абель. Дэклан вытащил из ящика какой-то маленький пузырек с таблетками и поставил его перед учеником.

- Это пройдет. Я тебя уверяю в этом. Это и возраст, и эмоции, и внешняя обстановка. Все проходит, - Дэклан быстро улыбнулся, беря в руки справку и записывая на ней номер этих таблеток. - Вот, возьми. Это и успокоительное, и снотворное в одном флаконе. На месяц хватит, потом придешь ко мне еще раз, если будет хуже или так же, выпишу еще, - он кивнул на таблетки, и Абель встал, подойдя к столу и беря маленький пузырек в руки, осматривая его.

- Спасибо, Мистер Флаймер, - он кивнул, громко вздохнув, скорее от усталости. – С вами и правда легче, чем с Мистером Уотсоном.

- Приятно слышать, - Дэклан улыбнулся, прикрыв глаза.

- Можно вопрос? - вдруг остановившись на полпути к двери, сказал Кай. Дэклан внимательно на него посмотрел, вопросительно вскинув бровями. - А вы уже разговаривали с Брисом Уэлстриком? Ну… как психолог с пациентом? Я понимаю, что это что-то типа врачебной тайны, но…

- Нет, Кай, он не приходил ко мне, - Дэклан покачал головой, тоже встав и взяв в руки документы.

- Я просто не понимаю того, что происходит. Ну… между вами. Он странно на вас реагирует, вам не кажется?

- Может, он просто не любит психологов? - Дэклан постарался улыбнуться, но его тоже эта ситуация немало волновала. На самом деле, он думал о Брисе почти постоянно, пытаясь понять, в чем проблема.

- Он часто бывал у мистера Уотсона, насколько я знаю… я не хочу сказать, что ему не нравитесь именно вы, мне наоборот просто кажется, что у него что-то случилось, вот и все.

- Спасибо за твои переживания, Кай. Я и сам замечаю, что что-то не так. Но не могу же я насильно затащить его на прием в кабинет, - Дэклан сдержанно улыбнулся, прислонившись поясницей к краю стола. Кай положил руку на ручку двери, оглянувшись на психолога.

- Будете ждать?

- Буду ждать, - повторил Дэклан, кивнув. Абель внимательно и как-то спокойно на него посмотрел, медленно повернув ручку.

«Мне ничего больше и не остается», - подумал Дэклан, косясь в окно, за которым медленно стал капать дождь. Первый за этот год дождь.

***

Несмотря на всю ту суматоху, что охватила всю школу, первый этаж всегда был предан своей атмосфере. Казалось, будто бы Раундвью делилась на две зоны: первый этаж общежитий и все последующие этажи. Он будто существовал отдельно от школы и вовсе не был ее частью. По сравнению с ним приличные общежития второго корпуса казались просто раем, потому что, стоило спуститься сюда, как запах разврата, грязи и секса просто уволакивал за собой, заставляя забывать о том, кто ты и какой у тебя статус. В этом хорошо убедился Лори Хэйл, который под влиянием Кравитца нередко оказывался на первом этаже, теряя голову от поцелуев и нехило возбуждаясь еще и от риска, что их могут засечь. Что их может засечь Теренс или кто-то из его компании. Кравитц Теренса никогда не боялся. Такие, как Кравитц, и не должны его бояться, Вилли относился к нему с иронией при всех, но в глубине души он жутко Зеттерса презирал. Обычно побаивались Теренса такие, как Лори или Адам. Особенно раньше, когда Зеттерс мог кого угодно подмять под себя и сделать что угодно. Он был восьмикурсником. Сильным. Высоким. Паскудным. Что ему могли сделать такие, как Хэйл или Адам? Разумеется, сильно к Лори он никогда не лез, он его в этом плане не привлекал. Хэйл - зануда, всем известно. Но ему нравилось его иногда подстебывать или запугивать, пусть Лори и редко поддавался. К Адаму было не пробраться. Даже Теренсу не хотелось связываться с отморозком Нейтаном, который, может, и был слабее его в несколько раз, но одни его глаза были какими-то слишком стремными, проницательными и недоброжелательными. Впрочем, ему ничего не мешало лезть к остальным. Все успокоились, когда внезапно Теренс перестал вести все эти свои игры. Вот так. В один миг. Некоторые говорили, что он одумался и забил, но Паркер всегда говорила, что такие, как Теренс, не меняются, и, скорее всего, он просто нашел себе постоянную жертву среди всех них и расправлялся втихаря только с ней одной. Никто и не подозревал, насколько она была права.