и Андрея. С друзей хоть сейчас пиши картину с очень коротким, но очень выразительным названием «Депрессия».

- Это произошло больше двух недель тому назад, - Сергей отвёл глаза, как будто признался в позорном пороке. – После дежурства я забрался в палатку и попытался уснуть. Только сон упорно не шёл. Примерно с час я пролежал в темноте с раскрытыми глазами. Через вход в шалаш я наблюдал за твоей спиной, Ян, и размышлял обо всём, что тут с нами приключилось. Поток мыслей незаметно ушёл в сторону. Так бывает, когда сознание начинает балансировать на гране между сном и явью. Разум ослабляет логические узы и мозг выдаёт такое! – Сергей поднял глаза. – В общем, в голову полезли обрывки воспоминаний, неясные образы и дикие мысли.

Я вспомнил то утро на вокзале, когда мы отправились к тому проклятому кубу. Перед глазами поплыли виды: привокзальная площадь, воробьи под ногами, ты, Ян, вылезающий из автобуса. Потом отправление. В общем, мы сели в вагон и поезд тронулся. И тут я вспомнил.

Сергей взял драматическую паузу. Друзья, словно зрители в театре, остались сидеть на чурках возле почти прогоревшего очага.

- Когда вагон дёрнулся, - продолжил Сергей, - я выглянул в окно и заметил трёх странных мужчин. Разглядеть их толком не успел. Но один из них пристально глянул мне прямо в глаза, улыбнулся и махнул рукой. Рукав его куртки съехал вниз и на запястье блеснуло вот это.

Сергей поднял правую руку, массивный тёмно-синий браслет обнимает запястье.

- И что? – Ян похож на недовяленную селёдку. – Ты хочешь сказать, что та троица на вокзале это мы из будущего?

- Да, - Сергей опустил руку на колено. – Когда-нибудь мы вернёмся на Землю и проводим самих себя в то самое путешествие. Без речей и цветов та странная троица провожала именно нас.

- Может ты выдаёшь желаемое за действительное? – Андрей недоверчиво поморщился. – Может тот незнакомец просто подсказал тебе, как удобней носить универсальный подарок. Может на самом деле он смотрел в соседнее окно.

- Может быть. Может быть. Всё может быть, - Сергей кивну. – Поэтому я ничего и не говорил вам. Андрей, Ян, вы можете сомневаться сколько угодно и у вас для этого есть все основания. Только для себя лично я решил: рано или поздно, завтра или через тысячи лет, мы вернёмся на Землю. Я верю в это.

Каким бы слабым не был бы рассказ Сергея, как бы он не казался выдумкой, однако он сделал самое главное – надежда, хрупкая и нежная, словно трепетный огонёк свечи на ветру, поселилась в душах друзей. Каменистый островок исчез за поворотом, по берегам вновь потянулась не тронутая руками человека природа. Дубовые рощи спускаются к воде. Между ними, словно через широкие окна, проглядывает бескрайняя степь. Местное солнце как и прежде поливает землю зноем.

Глава 4. Мальчик-беглец

В одном Сергей оказался прав на все сто: жестоко избитый и повешенный дикарь весьма наглядно и доходчиво предупредил их. Долгожданная встреча с людьми приобрела горький вкус страха. Плот как и прежде скользит вместе с речной водой на юг, друзья как и прежде во все глаза осматривают берега. Раз была одна стоянка, значит должны быть и другие. Обязательно должны быть. Только… Только глаза напрасно шарили по прибрежным зарослям и кустам. Как и прежде ни одного хотя бы косвенного признака людей.

День за днём прошла неделя. На восьмой день в полдень самый остроглазый Ян неожиданно заорал:

- Смотрите! Вон, там, что-то есть!

- Где? – Сергей тут же подхватил весло.

- Да вон! На левом берегу, - Ян ткнул пальцем. – На большой поляне торчит что-то серое такое, непонятное.

- Проверим, проверим, - Сергей торопливо опустил весло в воду. – Только не ори как резаный. Звук по воде как камешек по льду далеко улететь может. Мало ли что.

- Боишься? – улыбнулся Ян.

- Вляпаться в неприятности всегда успеем, - Сергей энергичней заработал веслом. – Хватит болтать, лучше помоги.

На всякий случай друзья чуть-чуть вытащили плот на низенький песчаный берег.

- Это всего лишь сено, - разочаровано протянул Ян.

- Не просто сено, а стог сена, - тоном сельского учителя произнёс Андрей. – Или, по-твоему, трава сама скосилась и в кучу сползлась?

- Это не просто стог сена, - Сергей пошевелил плотно смётанную кучу травы, - а прошлогодний стог сена. Если не ошибаюсь, до сенокоса ещё далеко.

- Тогда что он тут делает? – Ян обошёл стог по кругу. – Если он простоял всю зиму, тогда почему местные травоядные его не съели?

- А мне почём знать? – Сергей пожал плечами. – Может, его специально оставили здесь в качестве приманки, а хозяева рядом сидели и знай себе голодную дичь отстреливали. Всё может быть.

- В любом случае, - Андрей словно вор в чужом доме огляделся по сторонам, - деревня недалеко. Никто за тридевять земель косить траву не поедет. Мой дед во времена СССР так же делал. С лугами для личного скота большой напряг был, вот он и ездил по реке. Найдёт где полянку, траву косой раз и в лодку её и до следующей поляны.

- Не обязательно, - возразил Сергей. – Не забывайте: мы в степной зоне. Леса здесь маленькие и жмутся к воде. С километр от реки и коси не хочу. Вот что: плывём дальше, но на середину выходить не будем. Ничего, погребём ручками. Если увидим – причаливаем к берегу и выдвигаемся на пешую разведку.

План прост и однозначен. Друзья столкнули обратно плот в воду и неторопливо погребли вдоль берега. В камышовых зарослях и заливчиках течение совсем слабое. За пару часов плот преодолел всего пять – семь километров. Зато нашли ещё один стог сена.

На этот раз стог не забыт и не заброшен. Из вершины копны выглядывает толстый шест, а по бокам зияют большие прорехи. Маленький заборчик надёжно стережёт запасы сена от непрошенных нахлебников. Главное, еле заметная тропка, быстрее просто примятая трава, уходит в глубь дубовой рощи.

- Здесь хоть и не часто, но бывают, - Ян с колен осмотрел примятую траву. – Насколько часто сказать не могу, но траве не дают встать в полный рост и скрыть тропинку.

- Тогда прячем плот и выдвигаемся лесом вдоль тропинки, - Сергей запрыгнул обратно на плот. – Ох! Чует моё сердце – люди рядом совсем.

- Будем надеяться, что нас ждёт тёплый приём, - Андрей поднял весло.

- А не кандалы и ошейники, - мрачно добавил Ян.

В сотне метрах ниже по течению в маленьком заливчике