нет?

На секунду я даже опешил от вопроса старшего коллеги, после чего собрался с духом и рассказал о преследующем меня в последнее время кошмаре о доме с каменной саламандрой.

По мере того как я говорил, лица дяди Саши и прислушивавшегося к нашему разговору из салона «уазика» Гранкина вытягивались все больше. Когда я закончил свой рассказ, они многозначительно переглянулись.

– Ядрена копоть, Степа, – протянул дядя Саша, – мы с Мишей знаем, что это за дом.

– В смысле? – воскликнул я.

– На коромысле! – передразнил в ответ старший оперативник. – Помнишь Темного, что мы после футбольного матча по твоей наводке ловили? Ну вот. Мы шли по его следу. Он с Петровского рванул через Тучков мост на стрелку Васильевского, а там по Дворцовому мосту в сторону «Адмиралтейской». Не знаю, почему он на «Спортивной» сразу в метро не спустился, видимо, по дороге еще с разгоряченных футбольных фанатов сливки силы снимал. В общем, на «Адмиралтейской» мы с ним и схлестнулись. И пока суд да дело, он и там потасовку между фанатами устроил. Полиция и ОМОН станцию оцепили. И нам с Бизоном пришлось идти до служебной машины аж до Гороховой.

– Дядь Саш, давай ближе к делу! – не выдержал я, чувствуя, что еще чуть-чуть, и я буквально взорвусь от нетерпения.

– Ядрена копоть, так я к тому и вел, что на Гороховой тот самый дом из твоих снов и стоит. Ну, скорее всего, потому что по твоему описанию очень похожий. Правда, пока мы там были, я ничего особенного в нем не приметил.

Глава 8

Дождь. Горячий болезненный ливень. Я пытаюсь укрыться от внезапного ненастья, задрав над головой полу куртки, но все бесполезно, порывы ветра гонят потоки воды почти параллельно земле. Пара мгновений – и я промокаю до нитки. Но мне не холодно, наоборот, все тело ноет от нестерпимого жара, будто я стою не под проливным дождем, а под струями душа с выкрученным на максимум краном горячей воды.

Пытаясь прервать эту нестерпимую боль, я мечусь в разные стороны, пока не замечаю сквозь водяную завесу крыльцо, на котором я смогу укрыться. Сделав пару шагов в сторону спасительного навеса, я понимаю, что вновь угодил в опостылевший кошмар.

И как всегда, я вижу каменную ящерицу, тело которой начинает извиваться и осыпать на землю кусочки фасада. Словно хлыст в руках погонщика, хвост саламандры хлещет ее каменные бока, зрачки наливаются багрянцем, а из распахнутой пасти вырываются языки пламени:

– Он придет за тобой с юго-востока…

Я застываю точно соляной столп и безропотно смотрю на каменное чудовище, прекрасно осознавая, что в следующий миг меня окутает горячее пламя. Но вместе с потоками огня из пасти саламандры доносятся слова:

– Он принесет спасение…

Жгучие огненные струи ниспадают на меня словно водопад, и я пытаюсь закричать. Рот мой беззвучно, словно у выброшенной на берег рыбы, открывается и закрывается, но из пересохшего горла не раздается ни звука.

– Он обманет тебя… – рокочет надо мной саламандра, но я не придаю этим словам ни малейшего значения. Судорожно пытаюсь уловить мельчайшие тени между обуявшими мое тело сполохами огня, чтобы ухватиться за них и укрыться в спасительном Сумраке.

И как всегда, тело мое превращается в пепел, смываемый через мгновение потоками ливня.

* * *

Проснувшись, я судорожно вдохнул и едва не закричал во весь голос. Да что же это такое, когда меня наконец перестанет мучить этот проклятый кошмар? Шаря впотьмах рукой по влажным от пота простыням, я нашел мобильный и посмотрел на часы. Половина седьмого. Скоро должен сработать будильник, и мне следовало бы вставать. Чувствовал я себя отвратительно.

Шлепая босыми ногами по полу, я сходил на кухоньку и приготовил себе чай. Затем, прихватив чашку и пару слегка зачерствевших пирожков, уселся за компьютер. Пришла пора разобраться с надоевшим сновидением раз и навсегда.

Забив в поисковую строку интересующий меня адрес, я принялся изучать всю доступную информацию по дому с саламандрой.

Построен в 1760 году, принадлежал нескольким видным жителям Петербурга, пока его не выкупило в начале прошлого века общество страхования от огня «Саламандра», чья контора располагалась в соседнем доме. В тридцатые годы здание отвели под нужды ЧК, и до своего отъезда в Москву в этом доме работал сам Феликс Эдмундович Дзержинский. Здесь располагались кабинеты сотрудников, в том числе руководителя петроградской ЧК, а также камеры заключения.

– Занятная у домика история, – пробормотал я и стал искать дальше.

После переезда ОГПУ дом вновь стал жилым, и до начала этого века в нем успели пожить немало известных людей. Впрочем, это вполне обычная история практически для всех зданий в историческом центре Петербурга.

«А вот это уже интересно!» – подумал я, отставляя в сторону успевший остыть чай.

Несколько лет назад появилась новая городская легенда, что если забраться на крышу этого дома и загадать желание, то оно обязательно сбудется. А еще многие утверждали, что попасть на крышу желаний могут лишь люди с добрым сердцем и чистыми намерениями, а вот злым и темным людям путь туда заказан.

По собственному опыту я знал, что зачастую подобные слухи и легенды рождаются не на пустом месте. Скорее всего какое-то время одним из жильцов дома был Светлый Иной, строго следящий за благополучием своего жилища и старательно отводивший беды и несчастья от его обитателей. Но узнать, так это или нет, у меня возможности не было. Петербургские Дозоры не вели архивных записей почти тридцать лет, с семидесятых по нулевые.

Но самое интересное ожидало меня дальше. Три года назад в доме с саламандрой открылось Генеральное консульство Румынии в Петербурге.

Прочтя об этом, я мысленно представил, что кусочки мозаики в моей голове принялись собираться в единую картину.

Если мои видения связаны с тем самым Темным Иным, что каким-то образом умудрился раздобыть из небытия мифическую «катушку Теслы», то все наконец-то приобретает смысл. Наконец-то я видел связующие нити.

Энциклопедия бухарестского дозорного с упоминанием Николы Теслы. Румыния находится в Юго-Восточной Европе. Дом общества страхования от огня «Саламандра» из моих ночных кошмаров. И в этом самом доме располагается посольство Румынии, неподалеку от которого оперативники Ночного Дозора потеряли след неизвестного Темного, обладателя «катушки Теслы».

Слишком много совпадений.

Из омута размышлений меня выдернул звонок мобильного телефона. Рассеянно поведя рукой по столу в поисках гаджета, я мимоходом уронил на пол недоеденный пирожок. Чертыхнувшись, полез под стол в поисках мучного беглеца, одновременно отвечая на вызов:

– Слушаю вас.

– Степа! Это я! Помоги! На меня напали…

Женский голос, наполненный отчаянием. Голос тоненький, такой знакомый и родной, едва не срывающийся на крик. Это была сестра! Я застыл как громом пораженный, продолжая прижимать к уху мобильник. Но что могло случиться с ней в густонаселенном и наводненном людьми городе? Да что угодно,