ощупывания. — Наш любимый хан велел выдать… ханым-бай, — она небрежно поклонилась Элизе, — все, что ей необходимо для приготовления праздничного соте. И послал меня помочь ей, если нужно.
— Ты имеешь шо-то против? — Орчанка уперла руки в боки. — Или хан думает, что тетя Сагха не справится?
— Тогда я ухожу? — улыбнулась зомбичка и исчезла.
— Лишь бы ничего не делать, — недовольно пробурчала тетушка. — Кушать хочешь?
Элизабет энергично затрясла головой. Отравит ведь! Но орчанка, даже не посмотрев в ее сторону, вздохнула:
— Взяли бедную маленькую девочку из дома, от мамки с папкой, и бросили в степи голодную! Матушка небось переживает.
— Мама умерла, когда я была маленькой.
Элизабет стало себя так жалко, что она не удержалась и шмыгнула носом.
— Сиротка, ай-ай! — поцокала языком Сагха и вдруг прижала Элизабет к груди, громко ругаясь: — Ах орки безмозглые! Да я им…
А маркиза Элизабет Рауль, аристократка в двадцатом колене, ханым-бай самого воинственного племени, жена могущественного шамана и свирепого хана, разрыдалась на обширной груди незнакомой орчанки, обхватив ее за талию и вцепившись в халат, и почувствовала себя маленькой несмышленой девочкой.
— Ме-э-э?
— Брысь! — громким шепотом отогнала кого-то тетка Сагха. — Исчезни, порождение глумливого мага и козлоногого фавна!
— Тетка Сагха!
На этот раз в кольце света появился молодой орк, он с острасткой глянул на волков.
— Там прибыл маг и его кошка, хан просит чаю заварить. Пожалуйста.
— Пусть ждет! У меня тут девочка голодная и расстроенная!
Спустя десять минут Элизабет сидела за столом, на коленях у нее вальяжно развалился мурчащий кот со смешной кличкой Витор, а перед ней стояла тарелка, полная ароматных пирожков, и огромная красная кружка горячего чая с вином.
— Смотри тарелку мне не покоцай, — бросила тетушка Сагха, споро разделывая большую рыбину. — Кошка — это прозвище одной деловой дамочки, самой удачливой стряпчей в трех мирах. Она прибыла договор брачный составлять, а маг ее никуда одну не отпускает, ревнует к шельмецу Дри. Со стряпчими связываться — сплошная головная боль, я тебе говорю, но малыш Шеол только этой красотке и доверяет. Мальчик так доверчив! Но старой Сагхе не нужен такой гембель на ее больную голову. Я таки тебя научу, что требовать, а то взяли моду таскать невинных девиц! Да еще таких хорошеньких! Эй, Ши!
Волк поднял голову. Элизабет наконец-то научилась их различать: у Ми уши были больше, и одно заваливалось назад.
— Принеси ведерко со сливами.
Элиза слушала мягкое урчание кота, странные речи орчанки и сама не заметила, как взяла в руки последний пирожок. Готовила тетушка Сагха умопомрачительно, и Элизабет едва сдерживалась, чтобы не собрать с тарелки крошки. Но нельзя, аристократы себя так не ведут!
Тем временем рыба отправилась на костер, а на доске выросла горстка нарезанных овощей.
Может, мне помочь? — совершенно не уверенная, что сумеет это сделать, предложила Элизабет.
— Ме-э-э…
Из-за шатра выглянула козья голова, внимательно и хитро осмотрелась вокруг, на мгновение задержала взгляд на тазике, полном зеленой фасоли, и уставилась на лежащих у огня волков.
— Бе-бе-бе!
Элизабет могла бы поклясться, что коза дразнилась! Эта наглая синеглазая тварь с кокетливым желтым бантом на шее дразнила волков! Кот на коленях девушки приподнял голову, осмотрел пустую тарелку и лениво сиганул на землю. Потерся о ноги тетушки Сагхи, бросил уничижительный взгляд на козу и вдруг, выпустив когти, ударил Ми по ляжке. Волк подскочил на месте.
— Ме! — радостно воскликнула коза, и спустя мгновение из-за шатра выглянул лохматый белый хвостик.
Он кокетливо помахал злобному волку и скрылся. Ми с рыком бросился следом, Ши, то ли в знак солидарности, то ли просто пожелав лапы размять, рванул за братом.
— Вот стервь феевская!
Орчанка едва успела подхватить таз со сливами, когда мимо, радостно взбрыкивая ногами и счастливо мекая, пронеслась коза, а за нею два волка.
— Занеси им чай, да пусть проваливают на свою Изнанку!
Тетушка Сагха сунула в руки Элизабет поднос, на котором стоял чайник и четыре чашки, и махнула в сторону синего шатра, легонько подтолкнула в спину.
Элизабет, осторожно обходя камни, медленно приближалась к шатру. Еще никогда ей не приходилось носить подносы! Тяжелые да с горячим чаем! Было страшно упасть или разлить, а еще страшнее сделать это на виду у снующих и поглядывающих на нее с любопытством орков. Богиня, неужели у них нет слуг? Интересно, а какой статус у тетушки Сагхи? Судя по всему, ее побаиваются. И куда подевались другие орчанки?
— Ме-э-э!
Истошный вопль раздался прямо за спиной, Элизабет вздрогнула, пошатнулась, чашки зазвенели, но она сумела выровняться и остановиться. Только перевела дух, как с громким мявом к ней под ноги бросился Витор, следом за ним, низко наклонив голову, неслась коза, преследуемая Ши и Ми. Со всех сторон послышался смех, Элизабет оглянулась и увидела компанию веселящихся зомбичек, которые хохотали, показывая на козу пальцами. Это они над нею смеются? Элиза разозлилась, подняла поднос, глянула на козу с ненавистью и представила, что это Амадея.
— Ах ты… ты… двенадцать шесть восемь пять! Да я тебя!
Но опустить поднос на голову шелудивой твари она не успела, ее вдруг подхватило легким ветром и, подняв над орущей кучей из кота и двух волков, понесло в сторону синего шатра. Элиза испуганно вцепилась в поднос, но он и не думал вырываться из ее рук.
Возле шатра стоял улыбающийся Дри, он поймал перепуганную летунью, чмокнул ее в щеку и, отобрав злополучный поднос, первым скрылся за тяжелой бархатной шторой.
Элизабет оглянулась. Коза, словно она ни при чем, с самым невинным видом жевала какую-то зеленую тряпку, а в пыли рычал и вертелся клубок из трех звериных тел.
— Ханым-бай, мы ждем тебя, — раздался громкий рык Шеола, и Элиза поспешно, но с достоинством вошла в шатер.
Было немного страшно, но после разговора с тетушкой Сагхой настроение стало боевым. Она Рауль, а Раули всегда добиваются того, что нужно им!
«Какая она все же красавица, — думал Дри, любуясь на девушку, подписывающую брачный