собираюсь заняться тем же самым.

– Могу я спросить?

– Конечно.

– Миледи Вероника, а кто такой Ричард?

– О как… Ну, во-первых, не Ричард, а милорд Верд, даже принц Тигверд, а во-вторых… Это Паша с Рэмом вчера мою личную жизнь обсуждали?

Он густо покраснел.

– Это мой несостоявшийся жених. Я так понимаю, и Паша, и Рэм лелеют относительно него грандиозные планы вызвать его на дуэль.

– Только Рэм. Пауль уже сомневается.

– Уже хлеб.

– Это чем-то грозит… нам всем? Просто я так понял, это сын императора. И если от нашей семьи будет исходить угроза…

– Не переживай. Мы с семьей еще не доросли до того, чтобы от нас исходила угроза. А к тому времени, как это случится, я думаю, мы как-нибудь угомоним Рэма. Он просто болезненно относится к вопросам, связанным с защитой моей чести.

– Но ведь он прав?

– Возможно. Но я бы предпочла, чтобы он не вмешивался в мои отношения. Теперь относительно тебя. Пусть господин Ирвин, как появится, свяжется со мной. Будем и тебе физкультуру вводить потихоньку.

Я потрепала его по голове и уехала. Город оглушил меня шумом, толчеей и большим количеством народу. Все это было… странно и уже непривычно.

Это привело меня в хорошее настроение – и я широко улыбнулась. На кафедре меня встретили как родную. От щедрости души отдали заочников со следующей недели. У них как раз начиналась установочная сессия второго семестра.

– Как ты с ними работаешь? – возмущалась коллега, которой отдали моих любимцев в первом семестре. – Зыркают, возмущаются. Ничего не учат. Все пытаются мне объяснить, насколько им все это до фени. Это я цитирую. И что им только диплом нужен.

– О! Мой любимый материал! – хищно улыбнулась я. Как раз мне под настроение. Вот группам повезет! Все историю родной страны знать будут. Это уж я им обещаю.

Кроме того, завкафедрой обрадовал, что нам в этом году повезло и именно кафедра истории отвечает за студенческую научную конференцию в рамках нашей Академии. Но про это как-то все подзабыли. А теперь остались всего две недели, и сразу после каникул – вперед, на танки. Так что надо быстренько. Но хорошо. И, главное, успеть обрадовать студентов, которые еще сдают экзамены и зачеты. А то разбегутся – ищи их потом. Поскольку у меня пары массово только со второго семестра, то есть через эти самые две недели, то мне и поручается все это безобразие организовать.

Помнится, меня когда-то такое страшно раздражало. Сегодня я только улыбнулась блаженной улыбкой соскучившейся по дурдому идиотки и понеслась. И по кафедрам – радовать, что завтра они мне дают списки, кто и по какой теме выступает. И по знакомым студентам – напомнить, что они жаждут выступать. Еще я обзвонила бывших студентов – сообщила, что они выступают у меня на научном обществе. Связалась со знакомым профессором в Большом Университете. Попросила выступить у нас. Он как раз собирал материал для своего словаря жаргонов. Осенью я обещала ему поднапрячь знакомых в полиции относительно реального материала. Потом я исчезла – идея заглохла. Но теперь… Мне обещали помочь – я обещала помочь. Не жизнь, а сказка! Никогда не думала, что после бала во дворце с принцем буду потом с таким удовольствием преподавать в Академии МВД… Кому рассказать – ведь не поверят…

Вечером, после работы, – в бассейн. А потом, ближе к одиннадцати, заявиться к родителям, покатавшись вволю на машинке. И все. Никаких снов. Никаких Ричардов. Никаких мыслей. Никаких сожалений. И это я еще себе для бодрости духа учеников на вечер не искала. Все – спать!.. Красота!

Утром я повторила все снова – только предупредила родителей, что останусь ночевать в городе. Паша радостно закивал – ему одной поездки из Санкт-Петербурга вечером да по пробкам вполне хватило.

Когда вечером, придя с работы, я распахнула знакомую дверь, то поняла – это была не лучшая идея.

Казалось, все это было тысячу лет назад. Или с другими людьми. Или в другой реальности.

Раскрытый ноутбук, разбросанные мобильники. Помнится, Денис категорически запретил их брать с собой. Перевернутая вверх дном кладовка – мы с Пашей никак не могли найти наши спальники.

Слой пыли, перекрытые краны с водой.

И главное, ощущение совершенно нежилого помещения. Словно людей, которые тут жили, действительно не стало.

Я мысленно надавала себе оплеух и решила в войне со своей меланхолией применить старинное оружие, всегда рекомендуемое моей маменькой, – генеральную уборку.

Так… Одежду попроще, музыку погромче… И вперед. Ударим доблестным трудом по дурным мыслям! Ура!

Я домывала коридор, самозабвенно подвывая любимому Кипелову:

– Тысяча сто!!! Тысяча сто-о-о!!!! Смерть в лицо нам дышит!!

И тут услышала настойчивый звонок в дверь.

– И кто это там так не вовремя! – проворчала я и пошла открывать.

За дверью оказался милорд Милфорд.

– Добрый день, – поздоровался со мной вежливый начальник имперской контрразведки.

«Мы летим к земле, как молния, поминая всех святых. Жаль, в будущем безмолвии нет этой высоты…» [4] – ответили ему колонки.

– Добрый, – и я посторонилась, давая ему пройти. Выключила музыку и вопросительно уставилась на аристократа. Он оглядывался молча. Видимо, моя среднегабаритная двухкомнатная квартира с кухней в почти девять квадратных метров произвела впечатление на его неокрепшее имперское сознание. Или растрепанная я со шваброй? Или ведро с грязной водой посредине небольшой прихожей? А может, он никогда пылесоса не видел? Дикие они там, в империи Тигвердов…

– Хотите чаю? – вежливо спросила я. – Могу сделать бутерброд.

– Спасибо.

– Спасибо – да?

Милорд Милфорд кивнул. И тут я потрясла его еще раз. Я протянула ему комнатные тапки. И мне все равно, что в империи они – в смысле аристократы – такого не носят. Или уличные туфли, или домашние. Переобуваются, кстати, пройдя через весь дом – в гардеробной. У меня такого безобразия не будет – зря я, что ли, полы намывала?

– Я в вас верю. У вас получится, – серьезно сказала я. И, оставив растерявшегося вельможу наедине с непонятной ему обувью, пошла выливать ведро, мыть руки и заваривать обещанный чай. Тем более что сама проголодалась.

– Надеюсь, вы прибыли не для того, чтобы заниматься со мной магией? – поинтересовалась я.

– Нет, – улыбнулся он. – Мне показалось, а его величество согласился, что я – плохой учитель.

– Не думаю. Просто материал для обучения попался очень неподатливый, – рассмеялась я.

– Его величество беспокоится о вас. Вы практически беззащитны.

– И вам приказано приглядывать за мной?

– Именно так. Кроме того, я должен известить вас о том, что завтра в пять часов вечера у вас состоится аудиенция у его величества императора Фредерика.

– А это еще зачем?

– Миледи! – укоризненно заметил милорд Милфорд.

– Я вот собиралась в бассейн.

– Миледи Вероника! – прорычал имперец.

– Это деспотия!

– Извольте быть.

– Хорошо. Только вопрос – а как я попаду в империю?

– А как вы в нее изначально попали?

– С помощью кулона, который мне дал Рэм.

– А что вам мешает