– Здесь установлена защита от прослушки, посему поговорим откровенно.

– Шоу с генералом на веранде устроено на всякий случай или есть основания опасаться германской разведки?

– Опасаться? Да здесь на каждого жителя по три немецких шпиона! На острове тоже нацистов хватает!

Затем началась настоящая лекция о внутриполитической обстановке в Великобритании, где общественные организации и некоторые политики открыто обвиняют Черчилля за развязывание войны с Германией. Теперь Олег понял причину крайне жесткого осуждения нацизма, на котором настояли союзники в Нюрнберге.

Но в данный момент Олега заботила иная тема:

– Мне необходимо наше оружие.

– Я в курсе, вас увезли даже без зубной щетки и бритвы.

– Вот именно, в карманах ни копейки! Но оружие на первом месте, на кону стоит выполнение задания.

– Деньгами обеспечу, Москва прислала особое распоряжение. Касательно оружия сегодня же отправлю ваш запрос.

– Два пистолета «ТТ» тридцать девятого года с глушителями, комплектами сменных стволов и двухмесячный запас патронов.

– Пистолеты и патроны возьмете в нашем арсенале, – ответил атташе.

– В диппредставительстве есть оружие?

– Разумеется, иначе теряется смысл охраны. В сороковом была реальная угроза немецкого десанта, и Москва прислала дополнительный взвод.

Каждое государство охраняет свои дипломатические представительства, а курьеры с диппочтой разъезжают по белу свету с солидным арсеналом. Это узаконено международным правом, но громко не афишируется, есть и то, о чем вообще умалчивается. Диппредставительства служат базой для тайной агентуры, здесь можно получить и оружие, и документы, и деньги, и многое другое.

– Запрос придется отсылать, еще нужен снайперский вариант винтовки «АВС-36» с глушителем, – продолжил Олег.

– Отошлю, у нас только автоматическое оружие.

– Что именно? – заинтересовался Олег.

– Есть новый автомат Дегтярева под промежуточный патрон, недавно прислали партию. Есть кавалерийский пулемет Федорова образца двадцатого года под патрон 7,62×41. Рекомендую пулемет Федорова под казачий патрон, никогда не подведет.

– Для моряка вы неплохо разбираетесь в стрелковом оружии, – заметил Олег.

– Я кавалерист, а морская форма для маскировки.

В боевых характеристиках этих пулеметов Олег убедился на практике, и не раз, чешский «Bren» не годится им в подметки. Союзники готовятся к дебюту по глубокому проникновению во вражеский тыл и шанс провала слишком велик. Операцию можно продумать до мелочей, но результат целиком и полностью зависит от исполнителей. Оказавшись среди немецких войск, новички могут дрогнуть, а их срыв приведет к боестолкновению, в котором без надежного пулемета не выжить.

– Положусь на ваш опыт, лично я знаком с этим пулеметом под патрон 6,5×50, он отлично показал себя в бою, – согласился Олег.

Преодолев череду бронированных дверей, они прошли в бомбоубежище, которое находилось под двухметровым бетонным перекрытием. Охранник у входа без лишних вопросов открыл арсенал и помог разобраться со штабелями ящиков с оружием. Пистолеты «ТТ» тридцать девятого года в комплекте с глушителями лежали ближе всех. Далее нашлись пистолеты Прилуцкого образца четырнадцатого года, и Олег попросил атташе:

– Можно взять парочку?

– Отличный выбор, – похвалил Пилипенко, – в Империалистическую «ТП» считался лучшим пистолетом.

– Почему?

– Из-за чрезмерной мощности патрона «Браунинг длинный» за границей под него не создавали оружия, зато в России пистолеты Прилуцкого были нарасхват.

– Почему? – повторил вопрос Олег.

– За безотказность и точный бой, – пояснил атташе.

Дальнейший разбор завалов в арсенале принес настоящий сюрприз. В одном из ящиков лежали крошечные пистолеты-пулеметы, внешне похожие на чешские «Scorpion Vz.61».

– Нравится? – с усмешкой спросил атташе. – Самое лучшее оружие для боя внутри зданий. Пистолет-пулемет Коровина образца двадцать седьмого, длина тридцать сантиметров, есть отсечка на одиночный выстрел. Магазин на тридцать патронов 7,65 Браунинга.

– Можно взять один? – попросил Олег.

– Забирайте хоть все, гриф секретности с довоенных моделей оружия снят, – ответил атташе.

Вот он шанс выполнить задание! Не надо подрывать поезд, не надо сражаться с охраной, не надо спешно драпать с тяжелым грузом. Надо позволить немцам доставить мешки к борту подводной лодки и там захватить их. Бетонные капониры Ла-Паллиса построены по типу пчелиных сот, где каждая ячейка рассчитана на две подводные лодки. Пятнадцать стволов «ППК» не оставят охране с экипажем ни малейшего шанса.

Отряд спокойно войдет на территорию базы, там вообще проходной двор, ибо ни один здравомыслящий человек не сунется к подводникам по доброй воле. Дурная слава о беспробудном пьянстве с драками экипаж на экипаж дошла до ушей правителей Рейха, и фюрер утвердил рапорт Деница о реорганизации отдыха морских волков. Гросс-адмирал лично встречал лодку, и сразу после вручения наград подводников сажали в поезд для проведения отпуска в кругу семьи.

Год назад французские рыбаки рассказали все, что знали о базе подводных лодок, а знали они немало. Как бы немцы ни берегли свои секреты, а сложный фарватер и сильные течения вынуждали их пользоваться услугами местных лоцманов. Готовая к выходу лодка переходит в специальный «отходной» бункер, где дожидается прилива, а затем лоцман ее выводит в открытые воды. На этом Олег и строил свой план, ибо отходной бетонный куб стоял на удалении трех километров от прочих строений базы.

11. Отвага или нахальство?

После нескольких дней безделья Олега отвезли в порт, где он поднялся на борт эсминца. Там его переодели в форму подполковника и познакомили с милой барышней, обещанной Черчиллем учительницей английского языка. На берег они спустились вдвоем и выделялись в толпе морских пехотинцев разве что орденом «За выдающиеся заслуги». Советские награды остались у атташе и согласно с законом должны были быть переданы по месту службы.

Миловидная Гарриет Маунтбеттен на вкус Олега была несколько полновата. Во время знакомства девушка сразу предупредила:

– Интимные отношения между нами невозможны, – немного подумала и добавила: – Я капитан контрразведки восьмой армии.

– По документам я ваш муж Оуен Маунтбеттен и жить нам придется вместе, – напомнил Олег.

– Всего лишь несколько дней, в учебном лагере коммандос нам не придется разыгрывать комедию.

Вместо комедии Олег угодил в трагедию. «Женушка» оказалась логопедом, причем вместо «rain in Spain» его начали мучить уроками правильного произношения отдельных звуков. Гарриет бесцеремонно хватала пальцами его язык и ставила, как ей казалось, в правильное положение. Жуть, тем не менее прогресс был очевиден и он начал произносить понятные для окружающих слова.

Аналогично сложились и личные отношения. Первую ночь Олег провел на диванчике, а вторая началась с визита наставницы. Явившись неглиже, она увела его в спальню, попутно упрекнув:

– Ты плохо знаешь английский язык и совсем не понял моего предложения.

Но вот настал долгожданный день, когда Гарриет позвонила начальству и «супруги» получили билеты на самолет до Глазго. После посадки где-то у реки они пересели на поезд до города Лидс, и Олег получил возможность увидеть своими глазами жизнь в глубинке. Реальность поразила до глубины души: сложенные из плитняка домики смотрелись вполне прилично, но хозяйство выглядело убого. Покосившиеся сараюшки и тощие коровенки могли вызвать слезу у самого бессердечного человека.

Нельзя сказать, что в СССР сталинского периода крестьяне жили припеваючи, но они отнюдь не бедствовали. Нижняя планка оплаты за трудодень составляла три рубля, а количество трудодней превышало календарный год. В результате колхозник получал меньше рабочего, но больше инженера. Если прибавить деньги с рынка, где продавали продукты с личного подворья, то крестьянская семья могла себе позволить мотоцикл.