Олег не препятствовал состязанию в стрельбе по головам. В этой войне человеколюбие невозможно, ибо нельзя назвать людьми тех, кто миллионами уничтожает мирных советских граждан. Взяв с собой двух бойцов, он отправился осматривать остров – сбежали не все, есть спрятавшиеся трусы и затаившиеся смельчаки. Кроме того, надо проверить штабные документы и штурманские карты. Они прояснят маршрут полетов, расположение основных и вспомогательных аэродромов. Если повезет, найдет ответ на главный вопрос – число самолетовылетов и количество переброшенных солдат.

Среди руин выделялся островок высоких железных шкафов, явный признак штаба с гарнизонными писарями. Канцелярский народ обязан вести тщательный учет всех событий, начиная от замечаний на утреннем построении и заканчивая расходом денежных средств. Увы, сохранившиеся гроссбухи никак не отражали работу аэродрома, и Олегу пришлось искать косвенные сведения. Среди отчетов по столовому довольствию нашелся подраздел по питанию «чужих» солдат – десантников Люфтваффе и спецподразделений Вермахта.

Прежде чем заняться арифметикой, Олег выбрался из крошева глины с торчащими пучками соломы и стряхнул бурую пыль. Столы под навесом рядом с летней кухней не очень пострадали, и он решил разобраться с гроссбухом в более комфортных условиях. Сбросив пыльный комбинезон на лавку, достал карандаш и принялся выписывать цифры. Полученный результат заставил невольно ойкнуть, из запланированных шести полков немцы успели перебросить два.

– Командир! Эти четверо сами сдались, остальных прикончили. – Разведчики свалили на стол ворох документов и полевых сумок.

– Оружие собрали? – поинтересовался Олег.

– Вдвоем не осилить, по всему острову разбросано, нашли даже пулеметы в заводской упаковке и море патронов.

– Бомболюки и планеры проверили?

– А как же, битком набиты гранатами и минометами с минами!

– Отложите три миномета с боезапасом, мало ли что, может пригодиться в дороге.

Олег предложил пленным сесть и принялся за разборку трофейных документов. Начал с полетных карт и авиационных планшетов с выписками курсов и расчетов времени полета между путевыми точками. Обалдеть – немцы летали с острова Родос мимо Кипра, а союзники этого не видели! Посадок в Сирии действительно не было, а конечным пунктом было горное плато. Причем в десяти километрах от концентрации войск находился город Солтан Абад с узлом железных и шоссейных дорог. У дивизии Рейха отличный шанс взять Тегеран в считаные часы!

Чтобы успокоиться, Олег просмотрел прочие трофейные бумаги и наткнулся на кассовый отчет за прошлый месяц. Опаньки, а все приходы и расходы в английских фунтах, придется разгребать руины, иначе сейф не найти. Сложив документы стопкой, он обратился к пленным:

– Почему решили сдаться?

– Поспорили, – усмехнулся веснушчатый лейтенант-летчик, – штурман утверждал, что база атакована англичанами, а я поставил на русских и оказался прав.

– Вы поспорили, а проставляться придется мне? – в ответ усмехнулся Олег.

– От четырех бутылок герр майор не обеднеет, а пьяному пуля не больно бьет в затылок.

– А вы хитрец, лейтенант, выбрали самый легкий вариант расстрела.

– Что вам, что англичанам пленные будут помехой, а так хоть расслабимся и вспомним дом.

– Можете написать письма, но предупреждаю, передам только после войны, – решился Олег.

– Спасибо за обещание, после войны даже лучше. Без перлюстрации СД не пропустит ни одно письмо.

– Не страшно летать над Кипром?

– Над Кипром? – удивленно переспросил лейтенант и вдруг захохотал: – Мы летаем через Турцию, а маршрут на карте проложен на всякий случай.

– Мы перебрасываем двадцать вторую аэромобильную дивизию, – добавил штурман.

– Детали операции «Длинный прыжок» давно известны, – соврал Олег.

– В таком случае почему проводите акцию только сейчас? – недоверчиво спросил лейтенант.

– Чтобы у Берлина не осталось времени на разработку новой операции.

– Существует насколько запасных вариантов, для исполнения которых переброшена уйма толковых специалистов, – заметил штурман.

– Мы с вами солдаты, шпионов и диверсантов ловят другие люди.

– На легкую победу не надейтесь, выход в долину охраняет крепость Аббас Абад с нашим гарнизоном, – предупредил пилот.

– И что? Пусть сидят за крепкими стенами до взятия Берлина, – насмешливо ответил Олег.

Немцы растерянно примолкли, в их понимании противник должен штурмовать крепость, а защитники мужественно отбиваться.

– Я могу взять шнапс для своих парней? – нерешительно спросил лейтенант.

– В любом количестве, только пейте здесь на виду, чтобы мои бойцы не застрелили по ошибке.

На стоянке самолетов затарахтел трактор, и разведчики лихо прикатили к навесу:

– Задание выполнено! Отложили три миномета и три сотни мин!

– Надо порыться в развалинах, там должен быть сейф с фальшивыми фунтами, – приказал Олег.

Вскоре к поискам «сокровищ» присоединился весь отряд, и Немцу пришлось чуть ли не силой отправлять двоих к оставленным на берегу машинам. Охранение необходимо даже дружественной территории, а здесь освободителями и единомышленниками считаются немцы. Наконец под дружное «ура» тракторок выдернул из-под завала денежный ящик.

Второй раунд всеобщего развлечения заключался в конкурсе «Вскрыть дверь сейфа с первой попытки». Причем этой самой попыткой считался выстрел из маленькой пушечки почти в упор. Раунд закончился неудачей: опасаясь повредить содержимое, большинство промазало, прочие добились рикошета. Последним к конкурсу присоединился радист с увесистой кувалдой и одним махом разрушил замок:

– Дурни, у него механизм из литой латуни, он крошится как лед.

Но его никто не слушал, разведчики торопливо выгребли невиданные ранее, а посему таинственные фунты и бережно положили добычу перед Олегом. Тот протянул Немцу финотчет:

– Считай, затем составь акт за пятью подписями.

– Ну и перестраховщик ты, Студент! Кстати, откуда узнал о фальшивых деньгах?

– Источники информации за чистосердечное признание перед расстрелом получили по бутылке шнапса.

– В Берлине печатали?

– В концлагере «Заксенхаузен» по миллиону фунтов в месяц, – ответил Олег и прикусил язык. Откуда он это знает? По жизни никогда подобными темами не интересовался. Вероятнее всего, где-то случайно услышал, а сейчас память услужливо вернула информацию.

Передав Олегу письма с аккуратно написанными адресами, немцы разделились. Трое ушли к кромке летного поля, где начали копать общую могилу, четвертый взялся за изготовление креста с четырьмя табличками. Разумное решение, особенно после того, как разведчики сбросили в реку трупы разгромленного гарнизона.

– Не вижу разницы между речными раками и земляными червями, – презрительно сплюнул Немец.

– Разница в памяти, при царе имена утонувших или захороненных в море писали на стенах храмов, – ответил Олег.

– Ты еще перекрестись и поцелуй крест, – хохотнул замполит. – Что решим с ночевкой?

– Ждем ответ из Москвы, если до темноты ничего не получим, то заночуем в машинах.

– Ты прав, без транспорта и пулеметов мы не протянем и дня, – согласился Немец.

Расстреляв пленных, разведчики взялись за обустройство временного лагеря и пополнение запасов из собранных трофеев.

– На северо-западе самолет с планером летит к нам! – крикнул дозорный.

– Самолет сбиваем, а планер никуда не денется, сам сядет, – приказал Олег.

Разведчики в спешном порядке начали готовить «УБ». К острову приближался четырехмоторный «Юнкерс Ю-90» и бить надо наверняка, иначе уйдет, ищи его потом по всем сторонам света.

Олег приготовил винтовку и сел на крышу кабины – он на подстраховке, основной удар нанесут мощные «Березины». После расцепки с планером четырехмоторный гигант снизился до двухсот метров, чтобы сбросить рядом с ВПП буксировочный трос. Три «УБ» ударили разом, от крыльев и фюзеляжа на землю посыпались ошметки, крайний двигатель сразу остановился, за ним – второй, и самолет повело в сторону.