Под прикрытием дыма от горящих гаражей выполз на берег, как раз где сушились сети на вешалках. Рядом, у самой кромки воды, обнаружил сучковатого болвана, местная супербомба от жадности. Рыбколхозы частенько ставят хищнические заколы в местах захода рыбы, собирая почти всю, не давая ей отнереститься. Местным, конечно, это не нравятся и они запускают таких вот болванов, которые разогнавшись по течению, сносят все на своем пути: заколы, сети, мережи, разрывая, уничтожая дорогостоящие орудия лова. Тут же, для облегчения сталкивания в воду этого народного орудия борьбы, был устроен простейший слип - сбитые доски, под наклоном, уходящие в воду.

- Отлично, повезло, - прошипел Змей. Подполз к сетям, попробовал на прочность, - еще крепкие, подойдут, - сдернул.

В ближайшем гараже нашел то, что нужно, десятилитровую пластиковую канистру с Нигролом, какой же лодочный гараж без трансмиссионного масла, тут же вылил на себя все до капли.

-Кажется, здесь все, - обронил Змей и пополз к своему будущему средству передвижения. Накинул на торец бревна сети, закрепив за сучки, одно мелкоячеистое крыло, видимо бывшее когда-то частью бредя, кинул на середину и так же тщательно закрепил.

Стремительно темнело.

По воде плыли результаты ракетных ударов: пенопласт, деревянные куски сараев, ветки и различный техногенный мусор. Все было готово, да и время самое то, пора отправляться в плавание.

Змей достал из ножен «Аристократ», - извини старый друг, не хотел, но и тебе придется меняться, таков уж этот мир.

Положил на бревно нож, отрешился от всего, расфокусировал глаза и уже привычно скользнул в сотояние Оружейки, взял нож тонкими призрачными руками, он уже видел каким он будет: крепким, упругим с клеймом «Злого Клоуна» на пяте клинка и очень острой кромкой резанья.

- Будешь теперь «Темный Аристократ», - полюбовался клинком Змей, привычно разместив его не предплечье. Осмотрел себя, нож на месте, черный свет в кобуре за спиной, там же фляга с живчиком, кажется, можно выдвигаться.

- Умоетесь кровью нелюди, - угрожающе сказал Змей, и не без труда столкнув в воду массивное бревно, скользнул в течение сразу за ним, догнал, перевернул как следует и поднырнул под сеть, вцепившись в сучки, присоединился к плывущему по реке хламу.

Какое-то время Змей объезжал непослушного речного зверя, несущегося к устью. Получалось не очень, болван прибивало то к одному, то к другому берегу, сучки касались песка, и скорость сразу падала.

Пришлось перебраться еще немного дальше к задней части болвана, послушность заметно возросла. Теперь он уверено держался на середине течения, мысленно готовясь к быстрым решениям и действиям, когда его вынесет на поворот. На выходе, воды реки бьются в рукотворную дамбу, поворачивая на девяносто градусов, предстояло вписаться.

Пользуясь набранной скоростью и массой, плавсредству удалось срезать угол и почти без снижения скорости войти в Финский залив.

Теперь, на фоне багрового заката, он отлично видел три судна, уже включивших судовые огни.

От пришедших посудин отделились две резинки под моторами, и пошли к берегу, в скорости пройдя совсем рядом с ним. “За добычей пошли суки”, - подумал Змей, посмотрев в след, резинки входили в устье Коваша, в то, что это план, и он последовательно осуществлялся, Змей уже не сомневался.

Воды реки тащили его еще приличное время, теперь и он служил небольшим водяным парусом.

Обратным курсом прошли всё те же две груженые резинки, и если бы не более светлый горизонт, он вряд ли бы увидел их. Наконец, под действием обычного невского течения, его стало сносить с курса.

Не беда, он был уже совсем рядом, одно судно явно было водолазным. Работа кипела, на корме рабочие, при помощи поворотной кран-балки, спускали приборы подводного освещения. В воде работали два аквалангиста, они были хорошо освещены.

- Что ж, речной друг, спасибо за помощь, - тихо сказал Змей и оттолкнулся от бревна, нырнул и поплыл, удерживая себя в темном секторе, в полной уверенности, что его вряд ли кто сможет увидеть. Вынырнул у правого борта, здесь было тихо и темно. Проплыл вдоль, судно было и вправду водолазным, метров тридцати пяти, с транцевой низкой кормой. Наблюдения за надстройкой Змея радовали. “Ба, да это еще те мореходы, вахтенного и того нет”.

Рабочие на корме, привычно поругиваясь, прямо сейчас при помощи поворотной кран-балки спускали в воду, немного переделанную водолазную беседку, видимо, для подъема грузов. Один аквалангист исследовал акваторию разброса обломков. Змей видел его фонарь, глубина на глаз была метров двадцать-двадцать пять, видимость хорошей не назовешь, яхта лежала на боку, разломившись надвое. Второй аквалангист принимал водолазную беседку, спускаемую на тросе.

- Майна, - закричал крановщик, и беседка пошла вниз, в глубину. Лучшего момента может и не представится, беседка ушла под воду не белее как на четыре метра.

Змей напал со спины, вонзив нож в незащищённую шею, утянув аквалангиста сразу на другую сторону судна, в темноту. Быстро сняв с покойника акваланг, ласты, маску, пояс и утяжелитель, отправил убитого по течению. Второго аквалангиста он просто ждал в темном секторе, тот плыл с фонарем к трапу, не доплыл, удар ножом в почку, и вырванный загубник шансов на глубине не оставляет. Змей подобрал с нулевой плавучестью фонарь, и поплыл к водолазному трапу. Подошедшему посветил в лицо, тот хоть и выругался, но руку протянул, Змей схватился, подтянулся и ударил под левый сосок, парень обмяк, навалился на трап.

- Эй, - закричал Змей. - Помогай, видишь вдвоем не вытянуть. Подбежал второй рабочий перегнулся, Змей подтянувшись за поручень и всадил нож по самую рукоять в яремную ямку, лезвие пробило горло насквозь, с легкостью перерубив шейные позвонки.

- За Ласку, суки, - жалости для тварей у него не было.

Прислушался, кроме шума работы двигателя и генераторной установки - ничего. Переполз на корму, разоблачился, скинул трупы за борт.

- Плывите на запад, черти, говорят там Ад.

Подполз к рубке, там, тихо переговариваясь, неспешно потягивая алкоголь:

- Колючий, как думаешь, долго здесь провозимся?

- Не знаю, завтрашний день покажет, глубина маленькая, думаю, дня за два управимся. Кран-балку починили, что нам теперь, поднимай и поднимай. Правда, водолазов у нас две смены. Надо бы завтра у Сильвера еще двоих выпросить, пусть в три смены пашут, глядишь, и пораньше вернемся.

- Может у этих попросить, пусть помогут, что за зря тут болтаются.

- Эти? Да ты что, они стул лишний раз не передвинут, воины ёшкин кот, тяжелей автомата в руках ничего не держали.

- Ладно, Колючий, давай еще по одной, - капитан водолазного судна был не против.

За звуком столкнувшихся стаканов с янтарной жидкостью, они услышали, кто-то, видимо из рабочих, громко ругался матом, иногда переходя на обычный русский:

- Сука ты сухопутная, и как ты умудрился сломать кран-балку, ведь только починили недавно! - капитан с боцманом вскочили и ринулись из рубки. Капитан судна не успел понять, почему упал его боцман, как и для него свет потух.

- За Дока, твари, - процедил сквозь зубы Змей, вытирая об убитых клинок.

Открутил крышку фляги, глотнул живчика - хорошо, тепло стало. Осмотрелся, два судна, стоявшие чуть в отдалении, встали борт в борт, от туда слышалась музыка, похоже, гуляют, сволочи. «Ну да ладно, и до Вас доберемся».

- Ладно, двигаем дальше, где-то должна быть смена. Смену нашел в самых крайних каютах, умерли быстро. Осмотрелся Оком, на судне живых не было, зато живые были в низу, на Яхте. Дыханье сперло, Змей быстро напялил чужой гидрокостюм, поверх накинул свой комбез, быстро дошел до трапа, надел акваланг и все остальное. И лишь когда взялся за поручни, понял, что на ногах и ничего не болит. “Чудеса, и они мне очень нравятся”, - подумал Змей, привычно прыгнул, сгруппировался и спиной вошел в воду.

По тросу быстро спустился к Яхте, с флагштока забрал стяг братства. Носовая часть была приподнята и перевернута килем вверх. Подплыл к убитому аквалангисту? тот лежал на грунте, снял с него оборудование. Вошел в обломки, над головой шел центральный коридор нижней палубы, вот и вход в трюм, широкий люк с трапом, там же воздушный пузырь.