Комнатка была маленькая, но уютная. Такой особый деревенский уют - без лишних вещей и украшений. Старушка привела ее сюда и велела располагаться.

- В другой бы день в баньку сходить предложила, да не сегодня. Сегодня не положено.

В баньку Инга точно не хотела. Ни сегодня, ни в какой-то другой день. Так что и хорошо, что не положено.

- Это вы меня спасли? Спасибо. Мама всё хотела вас поблагодарить…

- Я знаю, - остановила ее старушка.

- И поэтому я их вижу?

Та качнула головой. Непонятно, то ли кивнула, то ли просто так…

- А почему их надо убивать? Что они такого делают? - это был важный вопрос. Старушка, спасшая ее в далеком младенчестве, вызывала у Инги скорее симпатию, и все-таки было страшно: вдруг она оказалась не на той стороне? - И почему плохо, быть человеком?

- Быть человеком хорошо, - задумчиво проговорила хозяйка дома. - Да только трудно. Не каждому удается…

Кажется, она не столько ответила на вопрос Инги, сколько высказала вслух что-то свое, важное.

- Доброй ночи! - с улыбкой сказала она и вышла, оставив Ингу наедине с ее вопросами.

Она уже засыпала, а может, даже и заснула, когда дверь в ее комнату тихо приоткрылась.

Зашел Стас. Ей не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что это он. Никто больше не умеет двигаться так бесшумно. Он подошел ближе, или ей это только снится? Лучше пусть снится. Инга не стала открывать глаза.

Она не сомневалась: он пришел сюда не разговоры разговаривать, а убедиться в том, что она спит и можно спокойно обсудить со старухой какие-то их тайные дела.

Нужна вам спящая Инга? Вы ее получите. Если тебя застали в состоянии полудремы, не моргать не так уж и трудно.

Она почувствовала, как он остановился над ней, замер, вглядываясь в лицо. Потом, кажется, наклонился. От него почему-то пахло травой и лесом. Странно, Анна отправила его гулять, но не валяться же по земле! Хотя кто их тут знает, как они просветляются.

Инга продолжала ровно дышать, стараясь ничем себя не выдать.

Стас еще немного постоял у изголовья ее кровати и вышел, а через минуту где-то далеко за дверью раздались голоса.

Мать все помнила точно, в этом доме действительно очень хорошо слышны разговоры за стенкой.

16

- Не смотри на меня так. Я не смогу. Она уязвима. Слаба, как и все люди. То, что у нее есть дар, - неправильно, и я не могу этим пользоваться.

- А ты у нее спроси.

- И не подумаю. Это не ей решать.

- А кому же? - Инга легко представила себе хитроватую усмешку старухи, когда она задавала этот вопрос.

- Мне! - твердо ответил Стас.

Повисла долгая пауза.

Почти дежавю, точно так же, как двадцать с небольшим лет назад двое чужих людей решали судьбу ее, пока еще не рожденной, так и сейчас, ее судьба решается без нее.

- Какова она? - раздался голос старушки.

- Вполне. Видит их, находит, а когда найдет, цепляется. Несколько лет прожила по соседству с одним. Долго не мог понять, в чем дело, почему не съезжала с квартиры, а потом нашел: сосед по площадке, алкаш, их этих.

- И что? - спросила старушка.

- А что может быть? Убрал.

Инга вздрогнула: вот значит как! Сосед по площадке, тот самый, которого в день появления Стаса она оставила без честно заныканной водки. Конечно, не самый приятный человек на свете, но признавать, что это из-за него она не могла покинуть дорогую квартиру в плохом районе, было неприятно. А теперь, значит, убрал…

- И скольких ты за ней нашел? - продолжала допрашивать старушка.

Стас помолчал. Инга с замиранием сердца ждала ответа. По всему выходило, шестерых. Трое - тогда в ее квартире, еще один в белом, потом тот самый «сомелье» в ресторане, ну и, как выяснилось, сосед-алкаш.

- С десяток.

- Вот видишь, она тебе нужна.

- Мне никто не нужен, - слишком быстро, быстрее, чем следовало, ответил Стас. - Я справляюсь сам.

- Ты их не видишь, - продолжала спорить старушка.

- Мне и не надо видеть. Я их чую, - последнее слово он выделил голосом, и снова Инга почувствовала, что они говорят о чем-то таком, только им двоим понятном.

Хозяйка дома тяжело вздохнула.

- Мало охотников. Ты ведь знаешь, я каждого младенца, что здесь рождается, на руки беру, да только дар взять не всякий может. Мало… Неволить тебя не могу. Да и могла бы - не стала б, но ты подумай. Ступай спать, утро вечера мудренее.

Было ли утро мудренее, Инга так и не поняла.

Старушки дома не оказалось. Завтракали вдвоем. Скромный деревенский перекус под ничего не значащие разговоры. Инга изо всех сил старалась не подать виду, что что-то вчера слышала. А Стас и не думал ни о чем ей говорить. Такое вот вранье на двоих. Каждому есть что скрывать, и каждый трепетно оберегает свои тайны.

Видимо, так и надо. Видимо, так и правильно. Зачем им общие тайны?

Зато сегодняшний Стас был куда приятнее вчерашнего. Он улыбался, он шутил, у него было отличное настроение.

- После того как я тебя сюда привез, как честный человек, я обязан… - он делает многозначительную паузу, но Ингу это не обмануло. Она не сомневалась, что никаких особенно серьезных обязанностей он брать на себя не будет, - устроить для тебя экскурсию по окрестностям.

- Не сомневаюсь, тут масса достопримечательностей! Не терпится осмотреть их все! - она тоже улыбалась.

Тайны у них были у каждого свои, а вот недоверие - одно на всех.

Но как ни странно, прогулка от этого не стала хуже. Инге нравилось идти по бескрайнему полю, обниматься с ветром, нравилось чувствовать себя частью всего этого, причем не песчинкой в океане, а самой настоящей частью, важной и значимой.

- И где обещанные достопримечательности? Или это они и есть. Вот этот холм например? - она махнула рукой в сторону поросшей травой возвышенности.

- Зря смеешься. Между прочим, с этим холмом связана очень романтичная старинная легенда.

- Романтичная? Я вся внимание!

- Давным-давно, в незапамятные времена жил охотник. И была у него невеста. Очень красивая, и умная, и готовила хорошо…

- Просто идеальная! - деланно восхитилась Инга. Намек на готовку ей не понравился.

- Почти. Был у нее один малюсенький недостаток - очень ветреная была. И как-то раз вернулся охотник из леса - а молодая невеста с другим… Ясное дело, ему это не понравилось. И тогда он превратил ее в птицу и отпустил на волю.

- Как превратил? Он был охотник или волшебник? - перебила рассказчика Инга. Они шли рядом по тропинке в направлении того самого холма.

- Никакого уважения к сказителю! Это же легенда! Сказано - превратил, значит превратил. Тебе логика нужна или красивая романтичная история?

Инга не ответила. Ей теперь хотелось узнать, как это все связано с холмом. Стас воспринял ее молчание как приглашение продолжать:

- Только далеко она не улетела. И когда охотник приходил в лес - все время кружила неподалеку. А поскольку в лес он ходил не пение птичек слушать, то однажды на охоте он ее застрелил.

- Погоди, он что не запомнил, в какую птицу ее превратил? Не стрелял бы в таких - и все.

- А я-то почем знаю? Может, склероз у человека, а может, нечаянно. А не надо лезть под руку человеку с заряженным ружьем!

- Ну хорошо, а дальше что?

- Да ничего. Расстроился охотник очень. Так-то он ее отпустить хотел на все четыре стороны, а тут - такая неприятность.

Стас замолчал.

- Погоди, а холм тут при чем?

- Холм? Ни при чем. Всегда тут стоял. Ландшафт такой.

Ну конечно! Он ее разыграл.

- Это никакая не легенда, ты сам ее придумал, - рассмеялась Инга.

- Не сам. Песня такая есть. Старая очень. Кстати, этот холм все-таки кое-чем примечателен. Прямо за ним начинается озеро.

- И с озером тоже связана какая-нибудь романтическая легенда? - с улыбкой спросила она

- Увы… Никаких легенд. Зато там живут русалки! - Стас говорил так серьезно, что Инга была готова расхохотаться сразу же.