Ааррон тихо рассмеялся.

— Вот теперь узнаю нашу Сольвейг. А то стоишь тут печальная, смотришь виновато, того и гляди плюнешь на свои чувства и согласишься. А так нельзя. Ты ведь огненная, тебе без эмоций жизни не будет. Я это понимаю. Идем дальше? — Аар протянул мне ладонь для рукопожатия.

«Идем дальше» — этими словами мы с Нэтом мирились в детстве. И парни именно этим рукопожатием закрыли почти годовое противостояние в школе. Я крепко пожала его руку, и Аар привлек меня к себе и обнял, тихо прошептав в макушку:

— Убью и умру за тебя, Сольвейг.

Я прикрыла глаза, закусив губу. В жизни не плакала, даже когда открытый перелом ноги был, и вот, пожалуйста, еле сдерживаюсь! Я обняла его и ответила:

— Убью и умру за тебя, Ааррон.

Простые слова некровного родства. Никакой магии, никаких клятв на крови. Но для огненных этого достаточно. И для нас с Ааром этого было достаточно. Я уткнулась ему в плечо и позорно всхлипнула.

Велиар ис-Лотиан, глава Совета магов мира Льда, предавался самому скучнейшему из возможных занятий, а именно — разбирал входящую почту. На его огромном столе из белого дерева, инкрустированного белым золотом, уже образовалось несколько стопок конвертов. Ис-Лотиан для себя охарактеризовал эти стопки как «важное», «срочное», «скучное» и «хлам».

Ознакомление со входящей корреспонденцией глава Совета магов мира Льда неизменно начинал со стопки «хлам». С одной стороны, объем макулатуры значительно уменьшался и видимость проделанной работы радовала глаз, а с другой — времени требовалось ничтожно мало. Самый приятный момент из самого неприятного рабочего процесса.

Вооружившись ножиком для бумаги, Велиар вскрыл первый конверт. Это было прошение о смене руководства на восьмом газовом месторождении. Глава Совета скривился и размашистым почерком написал резолюцию «отказать». Ис-Виртанен вызывал у него не больше симпатий, чем у собственных подчиненных, но дело свое знал. К тому же его сын показывал весьма красноречивые успехи в боевой магии, так что весьма вероятно, что парнишка попробует пробиться в Совет, достигнув требуемого возраста. Не зря же он вокруг Астарта пританцовывает.

В следующем конверте была просьба о снижении налога на ввоз и продажу спиртного. Ее раз в квартал на протяжении всего существования мира Льда присылала гильдия импортеров алкогольной продукции. Им каждый раз отказывали, потому что игнорировать уважаемых торговцев невежливо. Что характерно, причины для снижения налога каждый раз указывались разные. Ис-Лотиан поражался воображению гильдейщиков, но недаром же они алкоголь ввозили. Некоторые их прошения отличались невероятной оригинальностью указанных причин и подчас нечитабельным почерком.

Потом несколько конвертов из стопки «хлам» перекочевало в стопку «скучное», а один конверт даже в стопку «срочное». К срочным письмам ис-Лотиан подходил со всей основательностью и всегда оставлял их напоследок.

Последний конверт, классифицированный как «хлам», был идеально-серого цвета. Велиар озадаченно покрутил его в руках — цветной бумагой пользовалась только диаспора Огня, и то больше от скуки секретариата, чем для самовыражения.

Ис-Лотиан дважды перечитал письмо. Дорогая бумага, полное отсутствие отпечатков пальцев или магических следов свидетельствовали, что прислал это письмишко довольно сильный маг. Содержание же и слог указывали: текст мог составить или безумец, или шутник. Или журналист, жаждущий красивых заголовков. В любом случае главе Совета магов мира Льда с завидной регулярностью приходили письма самого разного содержания, и на фоне некоторых из них вот этот бред выглядел даже вполне прилично.

— Откуда это у меня на столе? — мрачно поинтересовался Велиар у спешно прибежавшего на звонок помощника.

— Как и всегда, уважаемый ис-Лотиан, из отдела корреспонденции, после проверки службы безопасности и моей предварительной приоритизации, — отчеканил юноша с горящим взглядом.

— И вот это письмо тоже? — уточнил ис-Лотиан, помахав серым конвертом.

— Эм… простите мою невнимательность, уважаемый ис-Лотиан, но я его не помню… — ответил парень уже не так бодро.

— Уверен?

— Уверен, ис-Лотиан. Корреспонденция на цветной бумаге поступает только от диаспоры Огня, но у них алые письма. Это письмо я запомнил бы.

— Хорошо… — задумчиво протянул Велиар. — Свободен.

Значит, кто-то из Совета магов решил пошутить над ним. Что ж, стоит устроить небольшие репрессии для сомневающихся в его силе.

Глава 11

Ис-Тиар обещание свое выполнил и с ректором поговорил. И вот мы первый раз попали на тренировку к шестому курсу. Шестой, выпускной курс боевого факультета тренируется подгруппами не более десяти человек. Стоит ли говорить, что мы попали к подгруппе Астарта?

Для меня было загадкой, почему тренер предложил сразу же перевести нас на занятия с шестым курсом. Ответ сообразил Ааррон — на шестом курсе не было огненных магов. На боевом факультете вообще всех огненных по пальцам одной руки пересчитать можно было, слишком уж мы слабые. Я сама при поступлении еле-еле проходила по уровню силы. Так что ис-Тиар решал две задачи сразу: давал нам возможность более плодотворных тренировок и демонстрировал навыки огненных магов на живом примере. И почему-то мне казалось, что это все затеяно с той только целью, чтобы расширить знания конкретного ученика, а именно ис-Лотиана.

Вообще, у ис-Тиара было довольно своеобразное представление о тренировках, и сразу стало понятно, как Астарту в голову пришла идея боевого клуба. Традиционно ледяные маги во время боя работают в паре. Если же количество человек в подгруппе нечетное, то самый сильный маг тренируется один, как, например, Астарт. Или задохликов сбивают в тройку, как, например, нас. А еще выяснилось, что ис-Тиар с завидной регулярностью тасует студентов внутри подгруппы, как только пара пристрелялась. Я понимаю эту логику — завтра ты можешь оказаться лицом к лицу с тем, с кем сегодня работаешь в паре. Но, демон, это же усложняет и так непростую задачу совместной работы.

Отец рассказывал, что в мире Огня маги работали либо в группе по три-пять человек, либо поодиночке. На выбор типа тренировок оказывал влияние не только уровень силы, но и особенности характера. Если бы мы учились в университете мира Огня, я и Кеннет тренировались бы поодиночке — мы привыкли думать только за себя и отвечать за результаты только своих действий. Мы неспособны слепо выполнять команды. Но каким-то невероятным образом в мире Льда у нас образовалась целая тройка. Впрочем, тройка оказалась не просто боеспособной, а превосходящей ожидания некоторых преподавателей.

Ис-Тиар долго гипнотизировал взглядом подгруппу, пока наконец не принял решение и не начал изменять составы «спаек» — пар боевых магов. Меня, к моей великой радости, оставили с Кеннетом, а вот Ааррона приставили к Астарту. Лица обо их едва уловимо скривились, но все-таки ледяные лорды удержались от излишних эмоций.

А вот само занятие меня поразило. Если мы на пятом курсе бились друг против друга или работали с искусственными мишенями, то шестой курс атаковал реальных диких тварей мира Льда. Боевая спайка заходила в защитный купол малого радиуса, где их ждал ледяной ящик. По готовности ящик открывался и выпускал существо в максимальной степени агрессии. Студенты должны были его уничтожить либо провалить задачу — выйти из-под купола. А кому не повезло, тому не повезло. Убить тебя, конечно, не дадут — ис-Тиар присматривал за процессом, но потрепать изрядно могут. Мы с Кеннетом переглянулись. Нет, мы знали, что у старших курсов живые пособия, но чтобы вот так… Сразу стало понятно, почему родители сквозь пальцы смотрели на наши приключения. Надо будет обязательно спросить у отца, как учились студенты в огненном университете. Бьюсь об заклад, там было что-то поопаснее.